По ту сторону границы (СИ)

Краем глаза, он заметил, как из купейных вагонов выходили офицеры с женщинами и маленькими детьми, самому старшему из которых по виду было не больше пяти лет. Дети? Серьёзно? Нет, здесь точно твориться какая-то лютая дичь.
Когда, наконец, все выстроились, наступило некоторое затишье и на возвышенность, сооружённую из составленных друг на друга ящиков, поднялся мужчина лет пятидесяти, в полевой форме, среди солдат именуемой "афганка".
В отличие от ранее встреченных Русланом генералов, этот явно обладал серьёзной харизмой и внушал уважение уже одним своим видом – с его появлением все окончательно стихли, и наступила такая тишина, что было слышно, как ветер полощет края брезента, наброшенного на одну из железнодорожных платформ.
- Товарищи солдаты! Бойцы! - раздался громкий голос генерал-майора, который без всяких микрофонов усиливался возвышающимися горами и отдавался эхом в тоннеле. - Вы были отобраны для важной миссии по защите нашей Советской Родины! И не только её! - Он сделал паузу и с расстановкой произнёс. - Здесь мы стоим на страже всего нашего мира!
Он осмотрел стройные ряды новобранцев.
- Многое для вас здесь покажется странным. Многое необычным. Но вы скоро к этому привыкните, и будете нести службу, как и положено солдату Советской Армии! С честью и гордостью за нашу великую Родину!
Генерал вновь замолчал на несколько секунд, но никто даже не подумал нарушить образовавшуюся тишину.
- На этом с пафос кончается, товарищи солдаты! – произнёс он, и рядом стоящий полковник гаркнул команду «Вольно!», а полковник продолжал вещать, но уже действительно без того напускного пафоса, что ранее, а скорее в строгом деловом стиле. - Чтобы не ходить вокруг да около, сразу сообщу вам, что вы не находитесь на территории СССР. Более того, вы даже не находитесь на территории Афганистана, с приказом на отправку куда вас и знакомили.
Спина совсем стала мокрой, и из-под полей панамы по виску стала сбегать капелька пота. Руслана начало потряхивать. Ему уже не было жарко, он чувствовал, как у него холодеют ноги и руки.
- Ты понял, о чём он говорит? Куда нас завезли? – сквозь зубы, не поворачивая головы, решился спросить Вова.
Догадываюсь, ой, как догадываюсь, думал Руслан. Только боюсь признаться себе самому, боюсь озвучить такое очевидное, но невероятное объяснение.
Он внимательно, как заворожённый, слушал генерала, который вещал с импровизированной трибуны, поэтому просто еле заметно пожал плечами. К тому же вдоль рядов курсировали сержанты и старшины, которые зорко следили за сохранением порядки и дисциплины.
- Мы – на Марсе! – произнёс кто-то за спиной и тихо с нотками истерики засмеялся.
- На Венере! Только там так жарко! – также шёпотом возразили ему. – Я в школе учил.
О, если бы на Марсе! Если бы на Венере! Марс расположен дальше от Солнца, а оно здесь вон как жарит. И сила притяжения там должна быть меньше, а я никакой разницы не ощущаю, рассуждал он про себя, как бы споря с теми, кто говорил за его спиной. А на Венере мы бы откинулись, не успев сделать полноценный вдох, как нас бы раздавило жутким атмосферным давлением. И это если не считать наличия всяких кислот в этой самой атмосфере и страшно высокую температуру воздуха. Здесь тоже не подарок, но на Венере всё на порядок хуже.
Ноги становились предательски ватными. Руслан слушал генерала.
- Если бы я знал точно, где мы сейчас находимся, я бы об этом сообщил всем, не скрывая! Но факт остаётся фактом – нам не известно, где мы и как далеко от родных нам домов! Возможно, что расстояние это измеряется миллионами световых лет, а возможно, что понятие расстояния здесь вообще не неприменимо!
Но что я могу сказать точно – мы на другой планете! В другом мире! И здесь проходит та Граница, - он выделил это слово интонацией, - которая по своей важности ничуть не меньше, а то и гораздо важнее, чем любая сухопутная, воздушная или морская граница в нашем родном мире!
И наша, - он вновь сделал паузу, - ваша задача, чтобы никто и ничто отсюда не могло бесконтрольно попасть в наш родной мир! Ибо опасность, на страже которой мы здесь стоим, может быть в разы страшнее, чем тысячи, миллионы ядерных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки!
  
Послышался звук падающего тела. Кто-то всё-таки не выдержал. Руслан на всякий случай себя ущипнул, чтобы убедиться, что он не спит, и что это не он упал в обморок. Кому-то ещё из вновь прибывших стало плохо. Кажется, поплыла одна из жён офицеров.
Генерал бросил строгий взгляд в сторону потерявших сознание, но лицо его не выражало недовольства, скорее уж, это было азартное удовлетворение от того, что он смог предвидеть такой результат. Видимо, такое случалось не впервые.
Генерал оглядел присутствующих и уверенно закончил:
- Сила – в правде! А правда за нами!
И мгновение спустя раздалось почти слитное, выданное десятками молодых и не очень глоток:
- Служу Советскому Союзу!
Последовала команда «По машинам!» и Руслан с остальными солдатами быстрым шагом направились к стоящим поодаль «уралам», чтобы занять в них своё место. Краем глаза он заметил, как люди с петлицами медиков подносят нашатырь к ноздрям тех, кто не смог совладать с эмоциями.
Когда они спускались с перрона, он заметил плакат, на котором было крупными буквами написано «Обезвоживание – твой враг! Солдат, не забывай пить воду!» Как назло, очень сильно, нестерпимо захотелось пить.
***
- Пришли плохие новости, Миша. 
- Что ещё, Стёпа? 
- Прибывший курьер сообщил, что принято решение выводить войска из Афганистана. 
- Там же проходят пути миграции! Кто их будет контролировать?! Они там совсем думать разучились? 
- Я тебе говорил, что Пятнистому не докладывают в целях элементарной безопасности. Комитет ему не доверяет. А если доложат, то, как бы не было хуже. Точнее, хуже будет – точно. Его лобызания с американцами до добра не доведут. 
- Ты ещё вспомни министра иностранных дел, этого генацвали, которого, такое ощущение, уже давно завербовали. 
- И не напоминай! Мне хватило того, что войска из Германии решили убрать, а тут ещё один удар. Творится какой-то абсурд, при этом всех пытаются убедить, что это на благо народа. Может быть, и так, только не понятно, чей народ имеется в виду. 
- Думаешь, и до нас дело дойдёт? 
- Думаю, да. Страна трещит по швам. Знаешь, твоя идея, чтобы взять власть в свои руки, мне уже не кажется такой уж плохой. 
- Значит у нас очень мало времени. 
- Ты о своей идее заполучить агента среди местных или о госперевороте? 
- Надо постараться всё успеть по максимуму. 
  
Глава 22
 
Вадим смотрел на себя в большом зеркале и размышлял. Он пытался понять, кого он сейчас видит в отражении: себя или кого-то другого? Обычного, хотя и довольно успешного предпринимателя, который мало себе в чём отказывал в пределах разумного, или совсем другого, незнакомого ему человека, который знает неизвестные до этого языки (правда, пока минимум один), умеет обращаться с огнестрельным оружием неземного происхождения, обладает навыками рукопашного боя с холодным оружием.
Ну хорошо, как управляться с местными автоматами, ему показали и объяснили, и он, чай не полный дурак, быстро схватил всё налету, как ни как опыт некоторый и до того имелся, а принцип оказался, насколько он понял, тот же самый.
А вот с остальными двумя пунктами всё было несколько сложнее. Что касается умения обращаться с ножом и приёмов рукопашного боя, ещё как-то можно было натянуть сову на глобус, допустив, что у него просто так всё удачно получилось и совпало, хотя разум и говорил обратное. Но – допустим!
Что же касается языка, бездыханная сова с выпученными и остекленевшими от ужаса и страданий глазами лопалась в процессе натягивания, высвобождая ничего не понимающий глобус.