По ту сторону границы (СИ)

Он встретился взглядом с кочевником. Дайхедд задумчиво склонил голову на бок и приблизился ещё на полшага, настолько, что Вадим уже мог смотреть в его глаза, радужка которых имела необычный для людей оттенок, и ощутил его запах – мускусный аромат животного и ещё какого-то пахучего эфирного масла.
«ты принёс» - голос-мысль в голове. Вопрос? Утверждение? Не понять!
Слова звучали прямо в голове! Вадима передёрнуло, и по телу пробежал озноб. Внутри черепной коробки слово куском пенопласта по бетону скребли.
Вот ты и дожил до голосов в голове. Что дальше – смирительная рубашка и комната с мягкими стенами?
«ты принёс» - снова расползлось волнами по серому веществу и царапнуло среднее ухо. Кажется, он даже непроизвольно сморщился.
Вадим посмотрел в глаза кочевника и понял, что к телепатической связи тот не имеет никакого отношения. Голову Вадима будто пронзила тонкая раскалённая игла и начинала медленно в ней проворачиваться, но игла эта имела совершённо определённый вектор.
Вадим отвёл глаза от дайхедда и посмотрел за его спину.
Там за другими спешенными кочевниками виднелась фигура, которая отличалась от остальных так же как самурай на фоне членов русского дворянского собрания.
Единственно, что объединяло фигуру с остальными присутствующими на этом ночном рандеву, так это, насколько мог судить Вадим, примерное гуманоидное строение.
Перемотанная какими-то тряпками, лентами и кусками разноцветной ткани с ног до головы. Поверх всего – плащ, но не такой как у дайхеддов или сайхетов. Какой-то поношенный что ли. Из-под накинутого на голову капюшона просматривались очертания головы, тоже замотанной в ткань, словно у древнеегипетской мумии.
Существо стояло, не скрываясь ни от кого, но все делали вид, что не замечают его. Или для всех присутствующих его присутствие не является чем-то необычным? Все о нём знают, поэтому не посчитали необходимым предупредить Вадима о нём.
Или сначала ты слышишь голоса, которые никто кроме тебя не слышит, потом видишь существ, которых никто кроме тебя не видит. Так это происходит? Так люди слетают с катушек. А собственно, чему тут удивляться, что ты, Вадик, спятил, учитывая твои приключения?
Или эту мумию в плаще реально никто не видит?
«Не понимаю» - только и смог подумать-произнести Вадим. Даже такое действие далось ему с большим трудом, и он посмотрел прямо туда, где по его представлению должны были бы располагаться глаза у мумии.
«ты видишь» - вопрос-утверждение.
«почему видишь»
«кто ты»
«где»
«вещь»
«должен отдать»
«где»
«кто ты»
Мысли-фразы сыпались каскадом, заставляя голову трещать как спелый арбуз под ударами придирчивого покупателя.
Укол в голове. Ещё один.
Тишина.
И дайхедд напротив и голос в голове внезапно замолчали.
Если бы совсем недавно кто-то заявил Вадиму, что он будет общаться с голосами в своей голове, он бы послал его куда подальше и не стеснялся бы при этом в выражениях. Не, ну если бы он был в лёгком подпитии, то он бы просто посмеялся.
Но не сейчас. Сейчас было совсем не до смеха.
«чужой - отчётливо ощутил Вадим – не тот» и взгляд дайхедда тут же изменился с надменно-самоуверенного на серьёзно-агрессивный.
Внезапно, позади и слева за барханами в воздух со свистом взмыла ярко-белая сигнальная ракета. Все непроизвольно обернулись, чтобы посмотреть на её полёт, а когда Вадим опустил голову и посмотрел на Даута, тот уже стоял с вытянутой рукой, в которой был пистолет.
В следующее мгновение раздался выстрел. Один из кочевников, стоявших за спиной Кхор-Дата, рухнул навзничь, зарывшись лицом в песок. Потом ещё один, а дальше началось что-то невообразимое. То, чего так опасался Вадим.
Лицо Кхор-Дата исказилось гримасой ярости, и он выхватил вою изогнутую саблю.
Рука Вадима, повинуясь какой-то своей воле, сама собой ещё более быстрым движением сняла автомат с предохранителя, и указательный палец до упора утопил в рукоять спусковой крючок, выпуская очередь по стоящим перед ним кочевникам.
За спиной Кхор-Дата один за другим стали появляться красные фонтанчики, а на его груди и животе – рваные дыры. Ни один броник не выдержит очередь в упор. У кочевника не было шансов.
  
Несмотря на полученные ранения, он всё же сделал шаг вперёд, и его рука, вооружённая саблей, снизу вверх упала на Вадима, прочертив рваную полосу по бронежилету.
С флангов, сзади и спереди раздавались выстрелы. Одни кочевники падали с дертейев замертво, другие разворачивались и начинали стрелять в ответ. Очевидно, что их застали врасплох.
Даут прикрывал собой Айюнар, и по всему было видно, что он уже схватил несколько пуль в корпус, защищённый бронежилетом, и одну в ногу, из-за чего и припадал на неё.
Айюнар яростно отстреливалась во все стороны, а на Вадима неслись сразу несколько всадников, но именно в этот момент в магазине по закону подлости закончились патроны.
- Сук@! Сук@! – закричал Вадим, вытаскивая магазин и собираясь вставить полный, который был валетом привязан к пустому. Но счёт шёл на секунды.
Гранатомёт! – вспыхнуло в голове. В следующий миг вспышка была уже впереди, и на Вадима стремительно падал мёртвый дертей с кочевником в седле.
Животное всей своей массой ударило Вадима в грудь и сбило с ног, а кочевник, на удивление не пострадавший от взрыва, ловко перекатился по песку и вскочил, выхватив из-за пояса нож.
Оглушённый столкновением с мёртвым дертейем Вадим, попытался подобрать автомат, который выпал из его рук, но кочевник с перекошенным от злости разрисованным лицом уже заносил над ним кинжал.
Со стороны Даута и Айюнар раздались звуки моторов, и плюющийся пулями пулемёт снёс очередью голову дайхедду за миг до того, как тот успел бы всадить кинжал в горло Вадиму.
Это принеслись бойцы, которые остались ожидать результатов переговоров.
Сверху на Вадима прыснула кровь и ещё что-то липкое с кусочками твёрдого, и на него навалилось необычно тяжёлое тело кочевника. Рядом с горлом Вадима в песок с характерным звуком вонзилось лезвие кинжала.
Вездеходы прикрыли своими корпусами Даута и Айюнар, кто-то с силой рванул Вадима вверх, поставил на ноги и повёл, потащил, отстреливаясь, в сторону машин.
Со всех сторон раздавалась стрельба и гремели взрывы, поднимая столбы песка вместе с кровью и частями тел. Боевые кличи и проклятья дайхеддов смешались с хрипением дертейев и командами наступающих со всех сторон сайхетов.
Вадим всё-таки смог перезарядить автомат и пригибаясь, огляделся, чтобы понять, что вообще происходит. Рядом сильно грохнуло, и сверху посыпался песок.
Тот, другой, который царапал мозг Вадима своими мыслефразами, испарился. Как будто его и не было.
На востоке занимался рассвет.
***
- Дайхедды очень самоуверенны. Всегда были такими, и навряд ли что-то изменится в будущем. Так что я решил, что у нас будет несколько секунд, чтобы расстрелять ближайших к нам врагов, когда мои люди начнут убивать их дозорных. Это бы их отвлекло, когда мои люди пошли бы в атаку.
- То есть ты оставил караван без охраны, Даут?! – воскликнула Айюнар.
Даут молчал, двигая челюстью из стороны в сторону.
Оказалось, что решение атаковать первым Даут принял сразу, как только понял, что караван столкнулся с крупным отрядом кочевников. Шансы на мирное разрешение вопроса, как считал Даут, были минимальными, и поэтому правильнее было, в случае чего, действовать на упреждение.
А когда он понял, что перед ним дайхедды, он осознал, что их не отпустят живыми ни при каких обстоятельствах. Оставалось только действовать в тайне от Айюнар и других, благо бойцы, охранявшие караван, имели соответствующую выучку и были готовы рисковать своими жизнями, несмотря на то, что были по большей части такими же наёмниками, как и сам Даут.
И да, с его слов выходило, что всё дело в Вадиме, а вернее, в чужаке, которого должны были встретить именно дайхедды, а вовсе не в желании разграбить богатый караван. Появление здесь дайхеддов было отнюдь не случайным.