По ту сторону границы (СИ)

Тоже хорошо. Смирнов, в целом не имел ничего против творчества Виктора Цоя, хотя и понимал, почему его не приветствуют всякие худсоветы. Слишком там много было такого, что могли воспринять как антисоветскую пропаганду. Ну, антисоветчину, при желании, можно и в «Винни Пухе» найти.
Тем не менее, песня напомнила ему про незаконченный космодром, на который они возлагали столько надежд, но который, учитывая политическую ситуацию в стране, вряд ли получится достроить.
Хотя бы один спутник, ну два, и можно было бы составить подробную карту планеты, можно было бы заглянуть в космос и попытаться понять, где они вообще сейчас находятся. Хотя, во втором случае, это всё вилами по воде, несбыточные надежды и сплошные гипотезы. А вот сделать карту, понять, что здесь где, что происходит на противоположной стороне планеты – было бы чрезвычайно полезно.
Сайхеты молчат, как рыба об лёд, и напрочь отказываются обсуждать вопросы картографии. Боятся – это понятно. Точнее, опасаются, боятся – это не про них. Народ довольно горячий и рисковый, готовый в массе своей на всякие авантюры.
Кроме космоса. Почему-то это направление у них заглохло давно и прочно. Не то чтобы у них имелся какой-то запрет, но потребности запустить какой-нибудь пикающий металлический мячик на орбиту они не испытывали. Понять, что и как делается на спутниках и прочих планетах системы, им тоже было не шибко неинтересно, они довольствовались наблюдением их в телескопы, но оставить собственный следы на пыльных тропинках…а зачем? С другой стороны, много ли можно изучить, просто наблюдая за небесными телами через стекляшки?
И от этого желание понять, чем и как живут сайхеты и другие народы этого мира разгоралось только сильнее. Может, им действительно есть, что скрывать от нас? Что-то, что однажды заставило построить здесь, по эту сторону границы, самую настоящую базу и организовать её снабжение, придумав такие схемы, которые никому до этого и в голову не приходили. 
А ещё загнать сюда не только военных, но и их семьи, чтобы если что, они бы стояли до последнего, ну и вообще, в качестве подопытных кроликов.
Или мышей. Мышей на опыты, должно быть, извели гораздо больше, чем косых. Однако, это не важно, да и глупо пенять кому-то, что ты для них всего лишь подопытный грызун, учитывая, что ты сам относился к другим людям, как к объектам для исследования.
С другой стороны, может не стоит так уж глубоко зарываться в философию, а жить, как живётся и делать то, что нужно? Делай, что должен, и будь, что будет. Так кажется? В конце концов, трудно сказать, что его как-то обделили или обидели в этой жизни. Ему вообще в каком-то смысле крупно повезло.
Он ловко выскочил из автомобиля, дав указание водителю прибыть за ним завтра в семь утра. Посмотрел на начавшее темнеть небо, где с небосвод не спеша пересекала маленькая яркая звёздочка. Не спеша? На самом деле она неслась со скоростью порядка тридцати километров в час. И сам факт её наличия наводил на очень нехорошие мысли, отчего лишь ещё сильнее хотелось запустить собственный спутник.
Пройдя мимо покрашенный яркой голубой краской скамеек, полковник вошёл в чистый и даже прохладный на контрасте с улицей подъезд и быстрым шагом, несмотря на протез, поднялся на свой этаж.
Дверь ожидаемо оказалась не закрытой, здесь редко закрывались на замок, просто не было необходимости.
- Дорогая, - позвал он, сбрасывая осточертевшие за день сапоги (может, стоит всё-таки начать носить кроссовки и чёрт с ним с уставом, генерал точно не будет против). – Ты дома?
Ну а где ей ещё быть, если подумать? Рабочий день в геологической лаборатории закончился, образцы породы взвешены, изучены, результаты записаны. Теперь надо заняться делами домашними.
- Да, здесь! – она показалась из кухни с полотенцем на руках.
- Мелкий тоже дома?
- Да, я забрала его из садика, как ты и просил. Играл у себя в комнате в солдатиков, потом уснул.
- В солдатиков – это хорошо, - он подошёл и обнял жену. Они поцеловались.
Они прошли на кухню, полковник Смирнов вымыл руки, ополоснул от уличной пыли лицо и сел за стол в ожидании ужина. Судя по запаху, сегодня на ужин был борщ со сметаной, котлеты и картофельное пюре. Намытые фрукты лежали аккуратной горкой в плетёной корзинке, распространяя аромат цитрусовых, яблок и груш.
  
Жена стала суетиться, раскладывая еду по тарелкам.
- Сына позвать? – поинтересовалась она.
- Да пусть спит, устал, наверное, за сегодня. Захочет есть – прибежит.
Поставив готовую еду на стол, супруга присела за стол и серьёзно посмотрела на полковника, который с аппетитом стал уплетать свежий борщ, знатно сдобрив его сметаной.
Ну вот, опять, подумал полковник, откусывая кусок хлеба.
- Стёпа, что с ним делают на этих твоих занятиях? Он сегодня был какой-то сонный после общения с твоими подчинёнными. Все эти твои специалисты…
Смирнов отложил ложку и ласково посмотрел в глаза своей половинке.
- Поверь, ничего плохого с ним там не делают. Но дальше ему будет легче. Если хочешь откровенно, то я пользуюсь своим служебным положением, чтобы дать ему преимущества во взрослой жизни. 
- Какие?
- Например, он будет лучше учиться. А учиться он будет лучше, потому как будет лучше всё запоминать. Ты же помнишь, что ему скоро пять лет и его, в любом случае, надо будет вывозить отсюда.
- Вместе со мной, я так понимаю? – в её глазах отразилась грусть, и она тут же добавила. – А ты останешься здесь?
- Там видно будет, - не стал прямо отвечать Смирнов. – Не исключено, что я здесь задержусь ненадолго. Пока об этом рано думать.
Супруга вздохнула. Было видно, что объяснения её не устраивают.
- Мне всегда кажется, что ты мне что-то недоговариваешь, - сказала она.
- Например? – он удивлённо приподнял бровь и произнёс заговорщицким тоном. – Хотя, я догадываюсь: я забыл тебе сообщить, что мы живём на другой планете!
Ну вот, он опять перевёл всё в шутку. Хорошо, так будет лучше.
Хороший борщ, наваристый, впрочем, как всегда.
***
Зайдя в свой домашний кабинет, полковник сел в кресло и закрыл глаза. День был насыщенный и воспоминания не заставили себя долго ждать, тем более, для их появления были все основания.
Пара вертолётов отстрелялась по колонне и уходила на север. Вертолёты сайхетов отличались рубленными линиями фюзеляжа, но при этом имели стандартную для таких винтокрылых машин конструкцию из двух винтов, несущего и рулевого на хвосте. Короткие крылья с узлами подвески, пулемёты, установки с НУРСами. Всё, как и должно быть. Но при этом их профиль ни с каким другим не спутаешь.
Группа разведчиков укрылась в скалах. Белая полоса выпущенного стингера, протянувшаяся от земли, и закрутившийся в дымной спирали ведомый вертолёт круто пошёл вниз. Ведущий не стал делать разворот для ответного удара, а ушёл в сторону пустыни. Видимо был пустой БК, или решил, что у врага на земле есть ещё один переносной ЗРК в заначке.
И он действительно был, только не здесь, а на базе, где было ещё несколько единиц этого оружия, которое советские воины-интернационалисты смогли отбить у каравана афганских моджахедов. Часть была отправлена в Москву на разборку и изучение, а часть, неучтённая, сюда. Стоит признать, хорошее оружие, от него сплошные проблемы для наших вертушек в Афгане. Пока американцы не стали их поставлять душманам, всё складывалось более-менее хорошо, но сейчас пришлось менять тактику борьбы с их отрядами.
Скорее всего, сайхеты тоже приспособятся, в конце концов, придумают тепловые ловушки или будут наносить удары с кабрирования, не входя в зону поражения. Но это потом. Пока мы их вертолёты кладём успешно при помощи даже отечественной «Стрелы».
Они подобрались к нещадно чадившему вертолёту. Очевидно, сайхеты раскупорили свои стратегические запасы углеводородов, ибо на солнечных панелях так не полетаешь, даже с учётом их успехов в солнечной энергетике.