По ту сторону границы (СИ)
В общем, Руслан лишь наблюдал, как командиры встречаются на перроне с делегацией сайхетов, и как потом уходят внутрь одного из зданий, в тень, чтобы заключить очередную сделку или обсудить текущую. Как понял Нечаев, всегда можно было договориться о чём-то дополнительном, так как у нас и у сайхетов внезапно мог появиться интерес к чему-то новому. Похоже сейчас был именно такой случай, так как сайхеты выглядели очень заинтересованными в чём-то.
Туземцы перегружали грузы на свои, как он их называли, песчаные баржи – медленные грузовики на больших безвоздушных колёсах, работающие на солнечной энергии. Или же они пригоняли огромных, раза в два больше африканских слонов животных, под брюхом которых спокойно прошла бы рослая лошадь с всадником. Этих флегматичных великанов снабжали специальным такелажем и крепили на нём ящики и коробы с грузом, а иногда цепляли к ним всё те же самые баржи нагруженные лесом, металлопрокатом или ещё чем.
Как оказалось, тот же лес пользовался у сайхетов огромным спросом, дерево они брали целыми составами, что кругляком, что брусом, что досками, но пограничники всегда занижали возможности своих поставок, оправдывая это различными причинами, суть которых заключалась, конечно же, в завышении цены на поставляемый товар. Наши тоже были не дураки поторговаться.
Руслану же оставалось прохлаждаться на воздухе, что вообще звучало как оксюморон, учитывая дневную жару, либо скрываться внутри вагона сопровождения, где, к слову, тоже не было кондиционера, так как он считался излишеством, но где было хотя бы на несколько градусов меньше, чем снаружи.
Иногда ему казалось, что местные, гораздо более привычные к таким температурам, специально согласовывают время обмена товаром на дневные часы. Так, маленькая вредность. От сослуживцев он слышал, что иногда всё-таки состав прибывает на станцию ночью, когда воздух становится гораздо более привычным для русского человека, но на его памяти такого ни разу не случалось – все поезда, которые ему приходилось сопровождать, отправлялись и прибывали, когда здешнее солнце висело в зените.
Короче, от местных, которых он старался запомнить во всех подробностях – когда ещё увидишь инопланетян живьём! – он, как правило, держался на расстоянии не по своей воле, но всегда испытывал какой-то неподдельный восторг, стоило ему их только приметить. А по возвращению, он делал зарисовки в альбоме по памяти, стараясь передать всю специфику местного быта. Вот только Нечаев подозревал, что все его художества останутся здесь, вряд ли ему позволят взять их на Землю из соображений секретности. Попытаться выяснить этот момент? Вдруг есть шанс забрать рисунки с собой. С другой стороны, из головы-то ему их никто вытащит, так что будь, что будет.
Однажды, после очередной разгрузки леса, он случайно встретился глазами с той, которая вот уже несколько недель не выходила у него из головы, посещая его во сне в самом откровенном виде, отчего он даже испытывал некоторые муки совести, но поделать со своим подсознанием он ровным счётом не мог ничего.
Тем более, что ОНА тогда тоже задержала на нём свой взгляд чуть дольше, чем того можно ожидать от мимолётного зрительного контакта незнакомых друг с другом людей.
- Готов к труду и обороне? – поинтересовалась появившаяся рядом Катерина, чьи русые волосы развевались на ветру из открытого окна. – Скоро прибудем.
- Как всегда, - констатировал Руслан. Катерина (именно, Катерина, а не Екатерина) была гражданским специалистом, если таковые здесь вообще могли быть. Тем не менее, он никогда её не видел в форме при погонах, но допускал, что многие из тех, избегал военной униформы, на поверку могли иметь самые настоящие погоны.
Вот и сейчас на ней был лёгкий, но довольно строгий деловой костюм светлых оттенков, белая хлопковая блузка и чёрные туфли на небольшом удобном каблуке.
Руслан, признаться, терялся в догадках, чем занималась Катерина. Но то, что она на довольно высоком уровне владела сайхетским языком, говорило в пользу того, что она работает либо с документами (сайхеты оказались теми ещё буквоедами), либо непосредственно с аборигенами на станции. В пользу последнего говорило то, что он несколько раз видел её в сопровождении командиров, когда те направлялись на очередные переговоры.
С другой стороны, а чего вы хотели? Среди разных народов на Земле то и дело возникают недопонимания при составлении международных договоров (для того и бьются переводчики, юристы и дипломаты, чтобы верно передать смысл слов одного языка для тех, кто говорит и думает на другом), а тут сайхеты! Вроде бы и выглядят как люди, и даже, как говорил фельдшер из санчасти, который как-то ознакомился с результатами вскрытия тел аборигенов, и внутри не сильно отличаются от обычных землян, но всё-таки самые настоящие инопланетяне! Жили и развивались по своим нормам и законам тысячи и тысячи лет.
Как бы то ни было, это место, станция, уже не было ему чужим, и не только потому, что он сопровождал груз не в первый раз. Да и не только станция, и не только городок с его казармами и пятиэтажками.
- Как тебе местные женщины? – вдруг как бы походя спросила Катерина, и Руслана сначала словно ударило током, а потом он ощутил, как его щёки становятся горячими от прилившей к ним крови.
С подружками ему не особенно везло даже в Москве. Ни одна не цепляла, из-за чего он быстро терял к ним интерес, а они на него обижались, а он, в свою очередь, чувствовал необъяснимую и нелогичную вину за своё поведение.
Ну, не жениться же из чувства вины или обязанности! Нет, если бы кто-нибудь из них, как говорится, залетела, то, конечно, но такого ни разу не случилось, так что вступать в брак после первой ночи…ну не девятнадцатый же век на дворе!
Совсем другое дело та, имени которой он даже не знал, но так хотел увидеть снова и снова.
- Какая именно? – попытался отбрехаться Руслан. – Там их много!
- Ну, не так уж и много! – возразила Катерина. – У сайхетов женщины наделены многими правами, почти как у нас, но с нами контактируют в основном мужчины, если ты успел заметить.
- Но ведь не только.
- Да, поэтому и спрашиваю, - кивнула Катерина, - в составе делегаций были женщины, ты их не мог не заметить. Лица они не скрывают, как женщины на Ближнем Востоке. Так как они тебе?
«К чему это она?» - растеряно подумал Руслан.
- Наши женщины красивее, или их? – уточнила Катерина.
«А вот в чём дело! - расслабился Руслан. – Чисто женское любопытство»
Руслан пожал плечами.
- Они другие, - сказал он и решил зайти с козырей. – Вот вы тоже очень красивы.
Он сделал паузу, наблюдая, как Катерина довольно заулыбалась, услышав комплимент в свой адрес.
- Вот Нефри… Нифре…
- Нефертити? – помогла Катерина.
- Она самая, - кивнул Руслан. – Она – красивая. Ну, на мой взгляд. Хотя и не так, как как наши женщины. А вот Клеопатра, видел я как-то её настоящий портрет, а не то, как её в кино показывали, так вот она – на любителя, если можно так сказать.
- И не удивительно, учитывая, что Птолемеи женились на сёстрах.
- Серьёзно? – прищурил один глаз Руслан. По истории в школе он имел твёрдую пятёрку, да и в институте тоже все зачёты сдавал, но о таких тонкостях не был осведомлён.
- Серьёзно, - подтвердила Катерина.
- Понятно, - задумчиво закивал головой Руслан. – Мона Лиза, кстати, тоже так себе.
- И здесь соглашусь.
- В общем, сайхетские женщины, те, что я видел, красивы, - продолжил он, чересчур мечтательно глядя на пролетающие мимо барханы, - только по-своему. Красоту сложно сравнивать, она либо есть, либо её нет. Вот если бы они все были страшные, как ядерная война, это сразу было бы видно, и думать бы не пришлось.
- Это верно! – рассмеялась Катерина, и они продолжили смотреть на приближающуюся станцию, где их уже ждали прибывшие сайхеты.
***
Обмен, а точнее, очередные переговоры явно затянулись, и солнце уже готово было окончательно упасть за горизонт, но всё ещё обжигало мир своими лучами. Сумерки, скоро наступят короткие семерки, а за ними придёт темнота, которая принесёт некоторое облегчение после дневного зноя.