Оружейник (СИ)

— Вот и чудненько, по пути захватим.
***
— Объясни мне, Швед, почему нам только байки, а сами на флаерах рассекают?
— Во-первых — вы еще только первую партию получили. Во-вторых — там управление не чета байку. Учить дольше. И в-третьих… — оружейник, шедший к приземлившейся возле бункера машине, остановился и посмотрел на Головина, — А на хрена вам, собственно, флаеры вдруг понадобились? Ты о них десять минут назад и знать не знал.
Открывший было рот для ответа Головин застыл в молчании, тщетно подбирая слова. Так и не дождавшись, пока Турок озвучит причину, Швед развернулся и продолжил путь к флаеру. Спохватившись, Головин бросился за ним.
— Ты пойми, Дмитрий Михайлович, мне не жалко дать вам парочку, но что вы с ними будете делать? Я понимаю, что вам хочется получить новую для вас игрушку, но хотеть ради того, чтобы она просто у вас была… короче, обойдетесь.
— А если я позже обосную?
— Время есть, думай. Только сразу скажу — оружия на флаере нет и его туда не поставить. В грузоподъемности, по сравнению с вашими дизелями, проигрывает почти вдвое. Скорость? Так байки быстрее и маневреннее. Возить с помпой начальственные задницы? Я тебя умоляю, ты сам на это не пойдешь. Или все же после заключения договора решил понты всем показать? — рассмеялся Швед.
— Тьфу ты, и возразить нечего, кругом прав. Получается, что они нам и нах не нужны, — улыбнулся в ответ Головин, — Но я все равно обдумаю этот вопрос.
— Ну-ну, дерзай. Даже демоны за века ничего не смогли придумать и используют флаеры только как обычный транспорт.
— А почему нельзя на них оружие поставить?
— Потому. Хранитель просчитал, что поставка такого средства с оружием на борту в другие миры несет угрозу нашему собственному миру. И мы такие вещи не экспортируем. Во избежание проблем в будущем.
— О… Тогда понятно. Мы бы тоже так сделали.
— А вот тут ты соврал. Вспомни-ка вашу историю. Вы постоянно продавали оружие неважно кому, лишь бы платили. А иногда торговали с обеими сторонами конфликта одновременно. Вы, Турок, беспринципная, полностью аморальная, лишенная совести и ответственности цивилизация. Никогда не смотрите даже в ближайшее будущее, лишь бы получить выгоду тут и сейчас.
— Ну, это совсем другое… — начал было Головин, но осекся, заметив насмешливый взгляд Шведа, — Черт… И тут ты прав на все сто. Но не все же такие.
— Были бы все — с вами бы никто не разговаривал. Откачали бы время и жили бы вы недолго и несчастливо. Зато с прибылью. Которую после смерти с собой не заберешь.
Из флаера в их сторону уже быстро шел Сифус, который, судя по всему, был рад хоть на время покинуть двух своих пассажиров. Те остались стоять возле машины, и теперь озирались по сторонам, рассматривая окрестности.
— Это кто? — громко спросил Головин, когда Сифус подошел поближе.
— Доктор Кириллов, собственной персоной, — осклабился демон, — Задолбал уже, всю дорогу вопросами мучал.
— А второй?
— Ну… можно назвать его телохранителем доктора. Нам он известен как Волк. Бывший следователь полиции Сергей Юрьевич Соломатин, после открытия разломов и начала смуты следил за порядком в своем районе. Потерял жену и дочь из-за трений с новым руководством, организовал себе липовую смерть и стал мстителем-одиночкой. Охотился на людей князя, и ни разу не то, что не попался, а даже не засветился.
— Откуда такое подробное досье? — удивился Головин, — Вы что, обо всех все знаете?
— Ничего запредельно сложного в этом нет. Наш человек работает с имперскими архивами, так что копнуть сведения на любого довольно просто. Гораздо сложнее найти информацию о жизни человека после нашего прихода. Но лендеры начали собирать сведения о всех мало-мальски значимых субъектах еще семь лет назад. Наша инфобаза к вашим услугам, — улыбнулся Сифус.
***
— Подготовка к операции займет дня три. Время реабилитации… от двух недель до полугода. Точные сроки сказать смогу только после проведения операции и обследования.
Кириллов нагнулся вперед, и взяв со столика бокал с коньяком, откинулся обратно на спинку кресла.
 
— Тогда операцию придется отложить, сейчас не лучшее время, чтобы валяться на больничной койке, — задумчиво произнес Мягков.
Головин внимательно посмотрел на Шведа. С недавних пор он решил сначала выслушивать его мнение.
— Это почему же не время? — не заставил себя долго ждать оружейник, — Помощники не справятся? Гнать таких помощников в три шеи.
Швед поднял раскрытую ладонь, заметив, что глава Дома собирается возразить.
— Давай начистоту, Миша. После операции ты будешь в сознании. Ведь будет? — оружейник перевел взгляд на Кириллова.
— Безусловно, — подтвердил тот слова Шведа.
— Ну вот. Руководить Домом, можно и не вставая с кровати, главное, чтобы к тебе стекалась вся информация. Ведь будет стекаться? — теперь Швед смотрел на Куликова.
— Без сомнения, — кивнул тот, — В полном объеме.
— Армия в лице Дмитрия Михайловича… — оружейник мотнул головой в сторону Головина, — … путчи и перевороты с целью захвата власти пока устраивать не собирается?
Головин всхрюкнул от неожиданности.
— Так какого, прости, рожна, ты тут выделываешься? А, Миша?! — закончил Швед и вновь развернулся к Кириллову, — Короче, доктор, наш консилиум закончен, готовьтесь к операции.
— Вот же… Взял, и за всех все порешал, — только и смог вымолвить ошарашенный напором оружейника Мягков.
— А что, у кого-нибудь возникли возражения? — удивился Швед и обвел присутствующих взглядом, — Принято единогласно. Я понимаю, что ты глава Дома и демократии тут нет, но нам нужен здоровый глава Дома, а не такой, что в неподходящий момент скопытится, и все наши общие дела и мечты о светлом будущем накроются медным тазом. И это… Кто там на разливе? Бутылка закончилась.
— Мда… Учитесь господа, как надо свою линию гнуть, — усмехнулся Мягков, — И возразить-то нечего. Хотя очень хочется… немного повыделываться.
— Леня, — обратился Швед к Куликову, — Ты Волка к себе заберешь или он к Головину отойдет?
Особист чуть не поперхнулся.
— Нашел время спрашивать.
— А когда же спрашивать, если не сейчас? Я бы с удовольствием для себя его забрал.
— Он что, вещь по-твоему? Заберешь, отойдет, забрать…
— Он не аналитик, как тебе требуется, хотя не глуп и выводы делает правильные. Турку он тоже не особо нужен, ибо привык в одиночку работать и дисциплину похерит сразу же. А вот в мою команду этот головорез впишется, как влитой. А разговор этот я начал с единственной целью…
— Да уже догадались, Швед, — перебил его Головин, — Он тебе приглянулся, и ты об этом поставил всех в известность. И причина понятна — чтобы потом не было в твою сторону наездов, что ты его захапал в свою команду без спроса. Но ты прав, мне одиночки не интересны, будь они хоть суперменами. А у Лени работать ему скучно будет, Волк человек действия. Так что я не против, забирай его к себе.
Куликов, немного помедлив кивнул.
— Дмитрий Михайлович прав. По информации кхм… демонов, Соломатин отлично разрабатывает планы по устранению, но он же сам их и воплощает, что в моей епархии неприемлемо. У нас четкое разделение функций…
— Бюрократия у тебя в епархии, — перебил его Головин.
— А у вас автократия, — парировал Куликов.
— Не автократия, а единоначалие, — поправил его Турок, и они заспорили, где больше свобод для творческого подхода к поставленной задаче.
Швед, убедившись, что его присутствие больше не обязательно, прихватил с собой непочатую бутылку, и тихо выскользнув из комнаты Мягкова, направился на улицу. На выходе из дома он поинтересовался у дежурного, где разместили Волка и направился прямиком к нему.
***
— То есть, как это — сбежал? — тихо прошипел Берендей, услышав доклад Тенебриса, — Ты кого к нему послал?
— Сначала трех обычных громил из банды монахов, что мы в город внедрили. Но они сказали, что не успели убить Кириллова, потому что их уделал какой-то местный авторитет.