Ангелы живут вечно (СИ)

   Часть вторая 
 
   Глава 11 
 
Антонина Евгеньевна, взглянув на Раису, сразу поняла: с дочерью случилась беда. Она усадила Раю за стол, напоила теплым молоком.
— Что сказали врачи? — спросила она дочь.
— Проблемы со щитовидкой, — негромко произнесла Раиса. — Надо ложиться в больницу.
— Значит, ложись! И немедленно!
— А как же корова? Наше хозяйство?
— У твоего мужа рук нет?
— Он справится, а вот корову доить не умеет. Мама, ты сможешь походить к нам, пока я буду на обследовании?
— На обследовании? Я думала, что лечиться будешь. Что-то серьезное подозревают?
— Да нет, не волнуйся, мама. Дообследуюсь, а потом продолжу лечение дома. Ты только Еве ничего не говори. Хорошо? — попросила Рая.
Антонина Евгеньевна согласилась, что не стоит Еве сообщать о болезни сестры, пока она не вернется из турне по Европе.
— Когда она возвращается? — спросила Рая.
— Точно не знаю, но ей обещали дать отпуск, сразу или чуть позже, — сказала женщина.
Спустя неделю Рая позвонила матери и попросила ее приехать к ней в больницу. Сердце матери больно сжалось в предчувствии беды, и оно не ошиблось. Раиса выглядела последнее время плохо, очень уставала, потеряла в весе, но все списывала на усталость. Муж мало помогал ей по хозяйству, но каждый день находил время, чтобы пошляться с друзьями по селу в поисках одноразового заработка, а потом посидеть у магазина и распить бутылку-две водки — в лучшем случае. Часто с ними за работу рассчитывались самогоном, и друзья не отказывались от такой формы оплаты. Все по дому и хозяйству лежало на Рае, которая из цветущей женщины постепенно превратилась в ее тень.
— Мама, мне нужно делать операцию на щитовидке, — сообщила Раиса матери.
— Не волнуйся, доченька, не ты первая, кого оперируют, — сказала мать, найдя силы улыбнуться. — Я буду рядом, не оставлю тебя.
— У нас не хватит денег, чтобы оплатить все расходы, — сказала Рая. — Ты сможешь одолжить нам немного денег? Я все тебе верну! Весной продам на рынке рассаду помидоров и весь выторг отдам тебе, потом пойдет ранняя клубника…
— Рая, о чем речь? Конечно же, я тебе помогу!
— Я понимаю, что ты горбатишься на огороде, с большим хозяйством, чтобы помочь Еве купить квартиру, но…
— Рая, прекрати! Я вас одинаково люблю.
— Но Ева одна, а у меня есть муж, — произнесла Рая с болью в голосе. — Знаю, что сама виновата, выйти за него было моим решением.
— Не стоит ворошить прошлое, — сказала Антонина Евгеньевна и обняла дочь. — Доченька, перестань копаться в себе, отыскивая ошибки, корить себя за прошлое, которое уже не изменишь. Жизнь продолжается! Сейчас тебе надо подлечиться, а не думать о плохом.
— Мама, не говори Еве о моей болезни, — попросила Рая. — У нее такой прекрасный голос! Ей надо идти вперед, развиваться, покорять зрителей, а не проникаться моими небольшими проблемами.
— Ты права, Рая. Если Ева узнает, что ты больна, она будет переживать за тебя, еще и голос потеряет, а он у нее — самое большое богатство. Жаль, что отец не услышал, как она поет!
— Он все видит и слышит оттуда, — Рая взглянула вверх. — Слушает нашу птичку и радуется.
Раису прооперировали, и вскоре она была уже дома. Когда к ней приехала Ева, Раиса прикрыла горло шарфиком, чтобы сестра не увидела шрамы, и не призналась, что больна. Погостив у матери, Ева снова уехала в город, так и не узнав, что Раисе сделали операцию. Вскоре Ева уехала на гастроли в Японию.
— Рая, почему ты оттягиваешь визит к врачу? — в который раз спросила Антонина Евгеньевна дочь, зайдя к ней в дом. — Ты мне обещала провериться, когда Ева уедет. Уже почти месяц, как она на гастролях, а ты все сидишь дома.
— Кстати, как она? Мне не звонила уже дней десять.
— Да и мне не часто звонит, — ответила мать. — Я ее понимаю, чужая страна, на сцене надо работать с полной отдачей. Когда там ей звонить? А ты мне зубы не заговаривай, Рая. Завтра же собирайся и немедленно езжай на прием к врачу. Прооперировалась и ни разу не прошла повторное обследование. Как так можно относиться к своему здоровью?!
 
— Сказать честно?
— Скажи.
— Плохо себя чувствую, даже хуже, чем до операции, — призналась Раиса. — Голова жутко болит, слабость, еще и зрение резко ухудшилось.
— Рая, ну что же ты так?! — с упреком произнесла Антонина Евгеньевна. — Я ведь просила тебя поехать на проверку!
— Я жутко боюсь.
— Чего, дочь?
— Что обнаружат еще что-нибудь и Вася меня бросит, — произнесла Рая, потупив взгляд.
— Боже мой! Да что ты в этом Ваське нашла?! Другая бы бежала от него без оглядки, а она боится! Что ты потеряешь, если он тебя бросит? Лишний раз некому будет тебе нервы помотать или оплеуху отпустить? Рая, надо себя любить, чтобы другие тебя любили.
— Мама, я его люблю — и точка!
— Мне никогда не понять такой любви, — вздохнула женщина. — Давай не будем о нем, пусть живет себе и попивает свой вонючий самогончик, а мы с тобой завтра же поедем на прием к врачу.
— Он почти не пьет в последнее время, — заметила Рая.
— Ест с хлебом?
— Я сама поеду, — заявила Раиса.
Вернувшись домой, Антонина Евгеньевна села у окна, задумалась. На душе было так тяжело, как будто там громоздились огромные валуны. Двух дочерей вырастила, обеим дала высшее образование.
«Рая училась на заочном отделении, но так и не смогла устроиться по специальности, теперь ее диплом пылится за ненадобностью, а она гнет спину с утра до вечера то на огороде, то по хозяйству. И какой толк с ее рабских усилий? — размышляла женщина. — Что ни заработает, все уходит на питание, на ремонт дома, на сено, которого на зиму всегда не хватает… Васька — лодырь, каких свет не видывал! А говорить красиво умеет! Так расскажет, что незнакомый человек и вправду подумает: настоящий хозяин. Ни капельки не жалеет жену. Внушил Рае, что она не может иметь детей, поэтому никому, кроме него, не нужна, а он, видите ли, благодетель! Теперь вот нужны деньги на лечение жены, а он и в ус не дует. Другой бы землю носом рыл, чтобы что-то заработать на лечение, а этот руками разводит. А Рая заявляет, что любит его. Не могу понять такую любовь, хоть убей! Говорят, что любовь слепа и безрассудна. Могла бы понять ее, если бы он хорошо к ней относился, а то ни во что не ставит, еще и руку может поднять — и за это можно любить? Если бы мой покойный муж хотя бы раз меня ударил, я бы его возненавидела».
Антонина Евгеньевна вспомнила Еву, и на душе посветлело. Младшая дочь была в детстве маленьким ангелочком, который не доставлял хлопот, но радовал своей любознательностью и желанием петь. Ева пела всегда, что бы она ни делала. Казалось, она была рождена для того, чтобы украсить мир своим пением. С двух лет, еще в детском садике, она исполняла песенки на всех праздниках, не оставила свое любимое занятие и в школе. Учителя посоветовали Антонине Евгеньевне развивать талант девочки, и она, прислушавшись к советам педагогов, отдала дочь в школу искусств. Первое время Рая провожала и встречала сестру с автобуса — учиться пришлось в городе, позже Ева сама ездила. Потом была учеба в музыкальной академии, где Ева продолжила обучение вокалу. А это все расходы, деньги, которые давались с огромным трудом, но Антонина Евгеньевна ни разу не пожалела об этом. Теперь Ева — певица в оперном театре, ездит за границу, ее имя — на афишах.
«У Евы тоже не складывается с личной жизнью, — подумала женщина, — но сейчас у нее появился парень, который, похоже, ей очень нравится. Хотя бы у них все сложилось!»
 
Антонина Евгеньевна снова мыслями вернулась к старшей дочери. Рая пообещала ей завтра съездить на прием к врачу.
«Надеюсь, что она сдержит свое слово, — подумала женщина, — и у нее будет все хорошо. Рая заслуживает лучшей жизни, но почему-то ее постоянно преследуют сплошные проблемы».
   Глава 12