Последний самурай
Наверное, сочла не особо нужным намекнуть на столь обыденную информацию. В то же время, бегать по квартире, переворачивая все подряд в поисках непонятно чего, идея явно не самая лучшая. Поэтому, разумнее просто вообще ни черта не делать.
– Такито… – Матушка покачала головой. – Я так и знала, что у тебя тот самый вирус был. После него, говорят, голова плохо соображает. Вон, посмотри, где камидана. Я их специально там положила, чтоб духи благословили.
Да етить-колотить… Камидана. Что за хреновина такая? Я снова быстренько нырнул в воспоминания настоящего Такито. Это – место духов… Твою ж мать…Охренительно помогло!
К счастью, в сознании мелькнула картинка из прошлого. Родительница, одетая в какой-то национальный костюм, подходит к полке, на которой стоят красивые цветы и…
Я моргнул несколько раз, не веря видениям в своей же голове. Да ладно! Серьёзно? Быть того не может!
Резко повернулся в нужную сторону.
Упомянутая матушкой камидана находилась в углу комнаты. Наверное, это – самое подходящее место для духов.
Полка была, да. Цветы какие-то были. А еще на ней стоял золотой дракон. Тот самый!
Я в два шага оказался рядом с камиданой и уставился на статуэтку в оба глаза. В какой-то момент мне вдруг показалось, что и эта золотая гадина тоже уставилась. Скорее всего, просто мерещится с устатку. Если что, я недавно умер. Мы оба умерли. И я, и Такито. Нам простительны галлюцинации.
– Не может быть… – Вырвалось у меня вслух.
Просто… статуэтка один в один походила на дракона, которого я вытащил из сейфа. Но это невозможно. Либо…
Да что я придумываю ерунду! Просто такая же фигурка, вот и все. Фух…
Меня прямо в момент отпустило, когда нашлось подходящее объяснение. Но ненадолго. Следом прилетела еще одна мысль. Этот дракон тоже золотой?!
Я осторожно протянул руку и потер пальцем башку статуэтки. Не понятно… Внешне очень похоже, что действительно сделан из золота. Однако тогда встает вопрос, а какого черта мы живем настолько скромно?
– Такито, что ты там бормочешь? – Матушка подошла ближе, взяла с полки небольшой бумажник, который выглядел слишком тонким, затем протянула его мне. – И перестань трогать духа за голову, ему это не нравится.
Я с сомнение покосился на родительницу. Она серьёзно или прикалывается? Судя по выражению лица, серьезно.
Очень хорошо. Значит, родительница у меня тоже с причудами, если считает, будто статуэтка может испытывать эмоции. Впрочем, так, наверное, даже лучше. Матушка – с предметами интерьера разговаривает, принимая их за духов, я – недавно умер. Отличная семейка. Зато вопросов никто задавать не будет. А с драконом все-таки надо разобраться, из чего он сделан. Если золото, то…В общем, посмотрим.
Я схватил бумажник, открыл его. Там сиротливо лежала одна банковская карта и одна пластиковая карточка, похожая на те, которые имеют все москвичи. Только, естественно, токийская.
– Спасибо, о-касан – Я снова чмокнул родительницу в макушку и выскочил, наконец, из квартиры.
Пока спускался на лифте с десятого этажа, где находилось мое новое жилище, размышлял, как же это прекрасно, что все воспоминания Такито остались при мне. В любом другом случае, боюсь, проблем было бы просто до хренища. Причем на начальном этапе, еще во время разговора с матерью.
– Вы выходите, Адачи-сан? Первый этаж вообще-то.
Меня от этого голоса, прозвучавшего за спиной, буквально подкинуло на месте. Как я не выматерился вслух, не знаю. Просто когда заходил в лифт, там вроде бы никого не было. Вообще. Теперь же в углу кабинки стояла маленькая, сморщенная старушка. Она смотрела на меня с детским любопытством и улыбалась. Прямо цветочек-василёк, а не бабушка.
Выглядела эта пожилая незабудка крайне специфически. На ней было надето платье светло-розового цвета, снизу до верху украшенное рюшами. На голове старушки имелась шляпа с широкими полями и бантом, грустно свисавшим набок. Бант почему-то особенно бросился в глаза.
– Что такое, Адачи-сан? Не заметил меня? – Бабуля как-то весело, по-молодому, подмигнула одним глазом.
– Да. Извините, задумался. – Ответил я и выскочил из кабинки, которая вот-вот могла закрыть дверь.
Видимо, слишком погрузился в мысли о новой жизни, поэтому, когда вошел в лифт на своём этаже, просто-напросто не обратил внимания, что там есть еще кто-то. Тем более, старушка выглядит настолько маленькой, крохотной даже, что вообще не удивительно.
– Хорошего дня, Адачи-сан. – Крикнула она мне в спину, когда мы вышли из подъезда на улицу. – Будь осторожен. Возвращайся до темноты.
– Благодарю! – Ответил я ей через плечо. Далась им эта темнота.
Потом вспомнил, кем теперь являюсь, остановился и развернулся лицом к бабуле, собираясь вежливо поклониться. Однако рядом со мной уже никого не было.
– Не бабка, а спринтер какой-то… – Высказался я вслух и пожал плечами, недоумевая с этих странных японцев.
А я сошел с ума! Какая досада…
Офис, в котором трудился мой предшественник, я нашел сразу. Сложностей не возникло вообще. Память Такито услужливо нарисовала маршрут, куда именно нужно идти. Мне даже в метро не пришлось спускаться. Просто прогулялся из одного района в другой.
Топал я целенаправленно, по сторонам не смотрел, на прохожих внимания не обращал, потому что все мысли были сосредоточены лишь на одном. Я пытался прикинуть план своих действий. И как не крути, в первую очередь всё упиралось в работу.
Учитывая скромность и неуверенность Такито, подозреваю, он просто заведомо решил, что имеет слишком мало опыта, а потому сам не искал ничего сто́ящего. Ну и еще эти загоны про полукровок. Сильно комплексовал пацан из-за своего происхождения.
Я повторять его глупость не собираюсь. У меня, вообще-то, есть диплом о высшем образовании. Я, вообще-то, закончил факультет естественных наук в токийском университете. Хм… Какой молодец.
Ну… Не совсем я, конечно, а мой предшественник. Однако, у нас теперь все с ним общее. И мозги тоже. Поэтому спокойно могу говорить это о себе. Информация осталась на месте, в голове. И слава богу, у меня к ней доступ имеется.
Правда, закончил Такито бакалавриат, но это уже – ничего б себе! А когда я посмотрел в воспоминаниях, сколько стоила учёба, «ничего б себе!» увеличилось многократно. Ну и цены у них на образование! Охренеть можно. За такие деньги они должны не только давать знания, но и предоставлять после обучения какое-нибудь особо шикарное место работы.
Погрузившись в размышления, я не заметил, как оказался возле офиса. Ноги, видимо, сами, по инерции, принесли, куда нужно. Очнулся только перед электронным турникетом, когда врезался с ходу в преграду и бестолково на нее уставился, пытаясь сообразить, почему не могу пройти. Настолько сильно погрузился в думы о настоящем и будущем.
– Адачи-сан, карточку свою достаньте. – Ко мне тут же подошел пожилой мужчина в форме охраны. – Не видел вас давно. Все хорошо? Давайте, помогу.
Мужик взял из моих рук пластик, который я как раз вытащил из бумажника, приложил его к турникету, и дверца отъехала в сторону, мигая зеленым.
– Спасибо…Ёсида-сан.
К счастью, память снова сработала вовремя, подсунув правильную фамилию. А еще подсказала, с какого перепуга охранник так шустро кинулся мне на помощь. Я-то думал, по доброте душевной. Куда там!
Ёсида-сан хорошо знает Такито, потому что мой лоховатый предшественник занимался математикой с его сыном. Безвозмездно. То есть – даром.
Просто… Я с удивлением прислушался к внутренним ощущениям и воспоминаниям. Просто он не мог отказать? Серьёзно? Этот парень не умел говорить «нет» вообще никому?
А потом в сознании возникла картинка – небольшая комната, стол, за котором Такито сидит рядом с пухлым крепышом, лет десяти, может, одиннадцати. И лицо у этого крепыша – наглое, бесячье.
– Почему ты не сделал домашнее задание?
– У меня сильно болел живот.
– Три дня болел?