Раэлия (ЛП)

— Этого никогда не случится, Алекс.
— Но если бы это произошло? — настаивала она. — Что для этого потребуется? Гипотетически.
— Чтобы Эйвен мог вернуть свое наследство, его отец и брат должны быть мертвы, — прямо сказал ей Заин. — Если король Астоф и принц Рока будут устранены, Эйвен автоматически вернет себе право первородства.
— А как насчет его матери? Разве она не может занять трон?
— Традиционно только король может править Меей, — объяснял Заин. — Королеве Нииде не разрешили бы занимать эту должность неопределенно долго, пока у нее все еще есть живой наследник… независимо от его состояния изгнания. Наши законы защищали бы право правления как принадлежащее Эйвену, и у нас не было бы другого выбора, кроме как присягнуть ему на верность или стать предателями короны.
Алекс не была уверена, что должно было отразиться на ее лице, но Заин сжал ее руку и послал успокаивающую улыбку.
— Не волнуйся, маленький человечек. Как я уже сказал, этого никогда не случится. — С этими словами он уверенно шагнул к двери.
— И последнее, — сказала Алекс, — могу ли я воспользоваться Валиспасом? Ты знаешь, потому что, по-видимому, в моих жилах течет кровь меярина?
Она ненавидела эту идею, но если бы существовала потенциальная возможность использовать Вечный Путь в любое время, когда она захочет, то, по общему признанию, это было бы довольно круто.
Заин рассмеялся, увидев нетерпеливый взгляд на ее лице.
— Боюсь, что нет, поскольку в тебе течет кровь Эйвена. Его лишение наследства технически означает твое лишение наследства.
Меярина явно позабавила ее разочарованная гримаса, но он также был полон решимости заставить их идти дальше. Постучав и дождавшись ответа, слишком тихого, чтобы Алекс могла расслышать его человеческим слухом, Заин открыл дверь и жестом пригласил ее войти первой.
— Мне было интересно, когда вы двое перестанете болтать, — сказал Рока, вставая из-за своего стола и подходя к ним.
Он все так же пугающе красив, как и в первый раз, когда Алекс увидела его… возможно, даже больше, поскольку на нем был какой-то темный костюм с золотой отделкой, подчеркивавший уникальный цвет его глаз, и развевающаяся черно-золотую накидка, которая добавляла ему впечатляющий — не говоря уже королевский — облик. Но улыбка на его лице была теплой и приветливой, и Алекс поймала себя на том, что улыбается ему в ответ.
— Рад снова видеть тебя, Алекс, — сказал Рока, протягивая руки, чтобы положить ей на плечи. — Надеюсь, у тебя все хорошо? — Прежде чем она успела ответить, он слегка нахмурился и добавил: — Ты совсем замерзла. Заин, пожалуйста, скажи мне, что ты защитил Валиспас?
Алекс не замечала, насколько ей холодно, пока он не указал на это. Ее тело сотрясала дрожь, пытаясь отбиться от жгучего укуса ветра во время их путешествия.
— Прости меня, маленький человек, — извинился Заин, видя, что она дрожит. — Я не знал, что тебе было неудобно.
— Не беспокойся об этом, — ответила она, стуча зубами. — В любом случае, я была слишком отвлечена пейзажем, чтобы заметить холод.
— Как бы то ни было, мы не можем допустить, чтобы ты замерзла до смерти, — сказал Рока, расстегнул свой плащ и накинул его ей на плечи. Тот был слишком велик для нее, но тепло сразу же начало разливаться по телу, и она благодарно улыбнулась ему.
— Спасибо, принц Рока.
— Я не поклонник формальностей, Алекс, — сказал он. — Зови меня просто Рока.
Она нахмурила брови и перевела взгляд с него на Заина и обратно.
— Но Заин называет тебя по титулу.
— Заин — один из моих самых близких друзей, — улыбнулся Рока, — но он также является одним из самых уважаемых воинов в элитной гвардии Меи. Из-за этого ему часто приходится поддерживать со мной подобие формальности, но обычно он не называет меня «принцем», если только это не касается официальных дел в присутствии свидетелей.
— Например, когда он будит смертную и сопровождает ее в Мею глубокой ночью? — сухо спросила Алекс.
— Прекрасный пример, — сказал Рока и усмехнулся, когда повернулся к своему охраннику. — На будущее, Заин, ты можешь быть спокоен рядом с Алекс.
 
— Ты также можете перестать называть меня «маленьким человечком», — сказала она охраннику, казалось, в сотый раз.
— Без того было бы не так забавно, — ответил Заин с озорным огоньком в глазах.
Алекс фыркнула на него, но решила оставить это в покое… по крайней мере, на данный момент. Она последовала за двумя меяринами к плюшевым золотым диванам в дальнем конце комнаты и рухнула на супермягкий материал.
— Это твой кабинет, Рока? — спросила она, разглядывая роскошную мебель в комплекте с массивным деревянным столом, заваленным всевозможными интересными предметами, большинство из которых Алекс не могла определить.
— Один из них, — ответил он, оставив все как есть. — Могу я предложить тебе что-нибудь поесть или выпить?
Алекс не могла отрицать, что ей было любопытно узнать о меяринской кухне, но была середина ночи, и она чувствовала, как кровать зовет ее за много миль. Она решила не затягивать их беседу дольше, чем это было необходимо.
— Я в порядке, спасибо, — сказала она. — Почему бы нам не перейти к тому, где ты объясняешь, почему тебе нужно было так срочно поговорить со мной?
— Я искренне сожалею, что нарушил твой сон, Алекс, — сказал Рока, и он действительно выглядел так, как будто говорил серьезно, — но я только что получил известие о твоей встрече с моим братом ранее сегодня вечером. Так долго мы ничего не слышали об Эйвене и его делах… хотя мы время от времени следим за ним… и вдруг ты появляешься из ниоткуда со своей историей… Что ж, я уверен, ты можешь понять наше удивление.
— Определенно могу, — согласилась Алекс. — Но я все еще не уверена, почему я здесь?
Рока отвел взгляд и провел рукой по темным волосам, прежде чем снова обратить на нее внимание своих пронзительных золотистых глаз.
— Алекс, я провел большую часть прошлой недели, пытаясь убедить наш правящий совет — и моего отца — не настаивать на том, чтобы ты оставалась в Мее на неопределенный срок.
— Что? — пискнула она.
— Ты считаешься нашей самой серьезной угрозой прямо сейчас, — сказал Рока. — С твоим доступом к Библиотеке ты единственная в своем роде, кто может помочь Эйвену вернуться в наш город. Члены совета не решаются доверять слову смертной девушки, чью преданность, по их мнению, можно поколебать правильным стимулом.
— Эйвен чуть не убил меня, — напомнила ему Алекс. — Он чуть не убил моего лучшего друга, используя меня как свою марионетку! Если бы сегодня вечером он добился своего, он бы убил или забрал целую группу людей, которые мне небезразличны. Я бы никогда не стала помогать ему, какой бы ни был стимул!
— Возможно, не по своей воле, — сказал Рока, — но Эйвен — опытный манипулятор. А ты молода, даже для своего вида.
— Я не идиотка, Рока, — сказала Алекс, выпятив подбородок. — Я знаю разницу между добром и злом.
— Знание важно, — признал принц. — Но есть большая разница между знанием того, что правильно, и умением держаться за это перед лицом невзгод.
Алекс помассировала виски, чувствуя, как возвращается прежняя усталость.
— Позвольте мне прояснить это, — сказала она. — Ты хочешь сказать, что совет меярин хочет посадить меня под замок? Это немного чересчур, тебе не кажется?
— Согласен, — сказал Рока. — И я потратил много часов, споря от твоего имени.
— Почему? — спросила она. На его вопросительный взгляд она уточнила: — Зачем защищать меня?
Он пожал плечами и послал ей теплую улыбку.
— Я не очень хорошо тебя знаю, Алекс, но из того, что видел своими глазами, я не верю, что ты когда-нибудь добровольно предашь нас.
Алекс почувствовала себя униженной его добрыми словами и неожиданным предложением доверия.
— Спасибо, Рока. Это много значит, — тихо произнесла она. — Но принесло ли это какую-нибудь пользу? Или я должна ожидать, что кто-нибудь из твоих приятелей ворвется в дверь в любую минуту и свяжет меня мокситалем?