Дурное начало (СИ)

Вновь обернувшись к Командору, Алим начал бросать в того одно обвинение за другим.
— Вы дали слово — что это имеет смысл. Что выполняя этот долг — я буду защищать.
— Ты пришел ко мне до этого разговора. И самостоятельно выбрал путь, лишив окружающих выбора.
Впервые на лице обычно спокойного эльфа проскользнула чистая злость.
— Я пришел, чтобы защитить её! Потому что Стражам отчаянно требовался инструмент, который углядели именно в ней. И… Эта чушь: «любой ценой», «любые методы» и так далее. Это ведь и правда то, что движет вами. Наплевать на талант, наплевать на будущее. Просто взять со стола, будто нож поострее. Поэтому здесь я, а не она. Не из-за высокопарных речей. Пока тянулся рассказ о великом долге, о служении щитом для Тэдаса, о традициях, меня интересовало только одно. Будет ли в конце пути настоящая работа, что сделает мир для неё хоть чуточку безопаснее. Вспомните, вы обещали это.
— Ничто не изменилось.
— Изменилось все! Ни разу, ни намека о том, что ритуал смертельно опасен. Какова вообще вероятность пройти это успешно? Три к пяти? Один к двум? Один к четырем?
На последней фразе правый глаз Дункана едва заметно дернулся и Алим, побледнев, произнес.
— Шутите… И вы собирались… Но подобное обесценивает каждое произнесенное слово.
— Это лучшее, что у нас есть. Алим, послушай…
— Нет. Послушайте вы. Конечно. Понимаю. Расскажи заранее про… это — никто бы не пошел за Серыми Стражами, какие бы древние соглашения не стояли за спинами Стражей. Лучше умереть, сражаясь с порождениями, чем умереть вот так. Быть может существуют и другие причины держать подобную новость в тайне. Наверняка каждая выглядит разумно и убедительно для тех, кому повезло пережить ритуал. Но по эту сторону… Поверьте, ситуация выглядит иначе. Я отказываюсь от этого.
На лице Дункана при этих словах отпечаталась редкая усталость. Эмоция, характерная для сильных телом, но павших духом. Алистер замер с открытым ртом, не веря в происходящее. Остальные смотрели на Алима в точности, как на тело Джори, когда смерть последнего подтвердил Командор. Ни гнева, ни досады, только готовность к неизбежному.
Наконец кивнув, Дункан передал чашу соратнику и задал последний вопрос.
— Ты мог бы поспорить о том, отняли в итоге выбор или нет. Но, поверь старику, прерогатива отказаться — это гораздо больше, чем каждый второй получают за жизнь. И Орден никому в этом праве не отказывал. Хотя мог бы, бездна, мог бы… Прости, обязан задать последний вопрос. Понимаешь, в полной мере, последствия принятого решения?
Алим мрачно, с затаенной грустью в глазах, улыбнулся.
— Да… Похоже, что да. Вот почему о секрете никому не известно. Отказ — смерть, согласие — вероятная смерть. Простая дилемма. И в то же время, не так и проста. Приговор выносите вы, Дункан. Лично. Добровольно я бессмысленный конец не выберу.
Сжав челюсть, Командор Серых Стражей устремил взгляд в пол и, без характерной для голоса мужчины уверенности, продолжил.
— В твоём случае, речь не только об этом.
Напрягшись, эльф медленно кивнул.
— Вот это… весомый довод. Но зависит он от того, как мы видим итог этой военной компании. Признаюсь, я не на стороне оптимистов. Рискну поставить на порождений.
Треть Серых Стражей в ответ на подобную дерзость ухмыльнулась. Остальные… Словно глубже закутались в мрачную готовность принять выбранный судьбой итог. Дункан снова нашел глазами взгляд эльфа, и медленно вынес вердикт.
— Подобный пессимизм, к несчастью, разделяют не многие. Что ж. Пусть будет так. Возможно правда на твоей стороне, тогда как старое поколение — задержавшиеся тут осколки прошлого. Вопреки нашим законам, кандидата не умертвят немедленно.
Со стороны Стражей разошелся приглушенный ропот. Но и только. Сила личности и авторитет Дункана в глазах стариков, превозмогали законы и правила. Тем не менее Командор предпочел пояснить собственную мысль.
— Думаю, скоро понадобится каждый маг. Но ты принесешь клятву, что никогда и никому не расскажешь об увиденном и услышанном в ходе ритуала. Скрепит клятву мое слово, как действующего Командора, что до весны ноги Серого Стража не будет ни в одном круге Ферелдена. И если хоть одному из нас удастся пережить развязку — Алим Сурана умрет.
 
— Да… это… лучшее, что приходило в голову.
С внезапной решимостью Алим протянул руку дабы скрепить клятву рукопожатием, и глуховато произнес ритуальную фразу.
— Клянусь.
На том ритуал и завершился…
После произошедшего, Алистер Алима откровенно сторонился и, судя по мрачному задумчивому виду, решал в мыслях некую головоломку. Поэтому ничто не помешало Морриган приблизится к эльфу. Но не настолько, чтобы со стороны показалось будто девушка нарочито подошла именно к магу.
К этому мгновению большинство присутствовавших уже разошлось, заодно забрав и тело Джори, которое распорядились сжечь. Дункан вполголоса согласовывал некие вопросы с последним из коллег по Ордену. Чародейка, с толикой сопротивления, призналась себе — день выдался насыщенным и нестандартным. Но, вместе с тем, бдению пора бы было уже и закончится. Каждой выносливости наступает предел, заступать за который без надобности не следовало.
И пока каждый думал о личном — к Командору Серых Стражей спешно подошел незнакомец, отличающийся облачением от солдат, как зажиточные торговцы превосходят работающих в поле жителей деревни. Уважительно склонив голову, человек продекламировал.
— Господин. Его Величество срочно призывает Командора Серых Стражей для участия в военном совете. Четверть часа назад прибыли дозорные из разъезда на северо-востоке. Замечено крупное скопление порождений, движущееся в направлении Остагара.
— Значит, все-таки север… Спасибо. Алистер? Позаботься о ночевке для оставшихся. Пойдемте.
С минуту Алистер провожал наставника удивленным взглядом, прежде чем слова в голове мужчины сложились правильным образом и тот обернулся к Морриган, встретившей блондина взглядом полным ехидства с щепоткой любопытства.
 Глава 3 
 «Победа…» 
Ночевка у костра, протянувшим оранжевые языки выше голов, прошла без приключений. Не хуже и не лучше, чем в лесу. Плюс — никаких кровососущих, минус — военный лагерь до конца не засыпает. Сны оставили у Морриган неуловимое чувство тревожности, но без следа конкретики.
Оглядываясь вокруг, девушка первым делом обнаружила фигуру Дункана. Мужчина сидел на том же месте, где и вчера. Серый Страж с пустым лицом наблюдал за жадно лижущим пару свежих бревен огнем. Уловив движение, воин коротко кивнул. А Морриган, со странным для себя любопытством и стараясь не шуметь, смогла изучать черты человека, занимавшего определенно исключительный пост. Пусть тот и не занимал верхние позиции в иерархии мира или даже страны. В этим минуты Командор сохранял поразительную отрешенность. Или настолько владел выражением, что прочесть обуревающие того эмоции и мысли не представлялось возможным.
Не прошло и десяти минут, как подошли остальные двое участников ритуала. Строго отдельно друг от друга. Поприветствовав обоих аналогичным кивком, Дункан сразу взял быка за рога.
— Полагаю — как минимум двоих из присутствующих гложет вопрос. Как прошел военный совет? Поскольку вам все равно придется столкнуться с последствиями, не вижу смысла скрывать. Да и военной тайны тут нет. С севера приближается Орда, приблизительно в тысячу голов. Примитивно экипированная. До Остагара доберется не раньше этого вечера. Король уверен, такой расчет времени — совпадение. Ваш собеседник и… некоторые другие из окружения Его Величества — сомневаются. В одном, Король, к несчастью, без сомнений прав. К текущему моменту вариантов уклонится от боя у армии немного. Особенно при нападении с севера. По ряду причин — реализуется наихудший из сценариев.
Морриган скрестила ноги, нагнулась вперед и, упершись руками в колени, задала простейший из важнейших вопросов.