Демонические байки ч.1 (сборник) (СИ)

Ни разу угроза наказания, расправы или развода не останавливала сельских баб от измены. Ни разу! Да и как остановиться, ежели Светка поутру рассказывает всем подругам, какой волшебный секс у неё был с кузнецом, как она едва не лишилась чувств, и сколько раз тот довёл её до оргазма, а Машка в этот же вечер проверяет её слова и наутро всё подтверждает, добавляя новые красочные подробности? Ну кто из сельских баб не захочет лично удостовериться в том, о чём так благоговейно судачат подруги и сможет удержать свой любопытный носик? Или сдержать свою свербящую между ног подружку…
Мужики терпели молча, с тревогой поглядывая в сторону подрастающих дочерей. Жёны то ладно, поблядушки ещё те, чего только у них по молодости не было, одним больше, одним меньше – можно стерпеть. Тем более, кузнец действительно был красавчиком, да и свой он, сельский, а не какой-то пришлый чужак. Его предки жили в этом селе не один десяток лет – отец был кузнецом, дед, прадед… Да и мужик, если честно, он отличный. Никогда никому не отказывает в помощи, не требует оплату, часто в долг даёт, который никогда не требует возвращать…
Да и выйти против кузнеца в открытую и начистить ему рожу желающих не было. Даже толпой. А то, что не может удержать свой член в штанах – то не его вина, бабы сами прыгают и совращают бедолагу. Безотказный он просто. А бабы... Ну попрыгают, да и успокаиваются. Чёрт с ними! Тем более, после загулов они всегда становились «шёлковыми» и послушными. Но дочери… Главное, чтобы он не перешёл на дочерей годика через три-четыре...
А ведь у кузнеца было трое сыновей, таких же статных, красивых жгучих брюнетов – Николай, Матвей и младший, Алексей. По крайней мере, двое из трёх были как две капли воды похожи на отца. Младший был так, отрезанный ломоть – хилый, болезненный, дохлый. А вот двое старших могли через несколько лет сменить отца на посту наставления рогов местным мужьям. И опыт у них кое-какой уже имелся. Пока только теоретический, но всё же. Как раз и девчата подрастут…
Парни часто слышали женские стоны из кузни, иногда подглядывали и шпионили за отцом и его очередной пассией. Больше всего им нравилось, когда к отцу приходила молоденькая бесстыжая блондинка – Светлана Сергеевна, учительница биологии и жена пожилого директора школы. Громкая, шумная, не сдерживающая свои стоны и дикие крики удовольствия.
Однажды Светлана Сергеевна, оседлавшая в очередной раз кузнеца и скачущая на нём сверху, заметила наблюдавших за ней парней, но не испугалась и ничего не сказала отцу, а только подмигнула им, прикрыла свои зелёные глаза и застонала ещё громче, сжимая свои роскошные груди и поигрывая с затвердевшими сосками. А в школе сделала вид, будто ничего и не было, и ничего такого она не видела. Словно и не было её в той кузне…
Кузнец пропадал в своей кузне с раннего утра, до поздней ночи. В пятницу вечером грузил свои нехитрые, но уникальные творения в телегу, и в субботу, едва на небо начинало карабкаться солнце, выезжал на городской рынок. Суббота была торговым днём.
Изделия кузнеца славились на всю округу – его топоры и ножи могли служить вечно. Это не китайский ширпотреб! А характерный дамасский узор лишь добавлял популярности уникальному товару и, конечно же, цену. Кузнец жил неплохо, и хоть не купался в богатстве, но ему всего хватало. Большой дом, хозяйство, несколько лошадей, дорогой коллекционный автомобиль, в котором Михаил почти никогда не ездил, но который любовно обхаживал каждый день, словно любимую женщину.
А вот настоящей женщины, жены у него не было. Четырнадцать лет назад она умерла при родах Алексея, и с тех пор Михаил жил без женской руки в своём доме, если не считать захаживающих время от времени на огонёк селяночек…
Михаил не был ни плохим, ни хорошим, ни святым праведником, ни проклятым грешником. У него были и достоинства, и недостатки. Всё как у всех. Единственное, чем он отличался от остальных – любовью или нелюбовью к своему младшему сыну. Старших Михаил любил, а вот младшего, Лёшку… Он любил его, но и ненавидел одновременно. За то, что тот убил свою мать и любимую жену кузнеца, когда появился на свет. Ни по своей воле, но всё же…
  
Алексей никогда не чувствовал отцовскую любовь. Отец всегда придирался к нему, ругал, мог побить за малейшую провинность или поставить в угол на всю ночь. Так хотелось дать ему сдачи, ответить… Он даже пытался сделать это пару раз, но лишь получал от отца ещё больше. Тот всегда говорил ему, особенно, когда был немного выпивши:
– Это ты виноват в смерти матери! Если бы ты не родился… Уж лучше бы умер ты, а не она…
Алексей был полностью согласен с отцом – уж лучше бы он не рождался. Парню не хватало матери, материнской любви, а из любящих и любимых людей у него никого больше и не было. Даже старшие братья относились к нему достаточно прохладно. То ли из-за того, что он был не такой как они – не такой сильный, не такой ловкий и разговорчивый, и не такой развитый. То ли просто подражая отцу. И так все четырнадцать лет…
* * *
В эту субботу отец снова поехал на городскую ярмарку, а к вечеру вернулся не один. В его телеге тихонько и скромно, можно даже сказать, немного испуганно, приютилась тихая, красивая, черноволосая девушка. Анастасия…
– Здаров, пацаны! Как вы тут без меня? – отец Алексея преувеличено бодро и радостно спрыгнул с телеги, подал руку девушке, помогая ей спуститься, и отвернувшись, принялся распрягать лошадь, так и не дождавшись ответа от встречавших его на улице тройки подростков.
А парни, молча и ничуть не стесняясь, принялись рассматривать незнакомку.
Простое длинное цветастое платье, распущенные чёрные волосы, пронзительно голубые глаза на аристократичном бледном лице, красивые пухленькие алые губки и стройная, точёная фигурка.
– Привет, ребята! Я Настя. – нарушила девушка неловкую тишину.
Вот так просто – Настя…
Красивая, молодая, словно с обложки дорогого глянцевого журнала. Что она забыла в их глухом селе? Тройка парней глазела на неё с открытыми ртами, и ни один из них не знал, что ответить на это простое приветствие.
– А, да! – Кузнец на секунду обернулся к своим детям, наморщил лоб, и как бы мимоходом проговорил: – Мы с Анастасией поженились сегодня в городе. Так что, она будет теперь жить с нами.
Поженились?! Сегодня?! На дворе, вроде, не первое апреля…
Парни растерянно переглянулись и уткнулись взглядами в спину кузнеца, пытаясь найти на ней ответы. Отец никогда не был обделён вниманием женщин, но никто из ребят не думал, что он решится жениться во второй раз...
– Пойдём…те, Настя. – первым пришёл в себя Алексей, хмыкнул и кивнул в сторону дома. – Я покажу вам наше жилище.
– Можно на «ты», Лёш. – Настя пристроилась рядом с парнем и вместе с ним двинулась в сторону большого двухэтажного дома.
– Вы… ты знаешь моё имя? – удивился Алексей, бросив косой взгляд на свою новую мачеху.
– Конечно! Михаил много о всех вас рассказывал. – девушка кивнула и искренне улыбнулась, ответив парню как равному, без высокомерия или издёвки. – Ты молчун и ворчун. Николай, твой старший брат – сильный, но…
– Но тупой. – подсказал Лёшка, внимательно присматриваясь к реакции Насти.
– Тупой. – согласилась она и снова улыбнулась. – А Матвей, ваш средненький – симпатичный весельчак, душа компании и гроза девчонок.
– Всё верно. – согласился Алексей. – А вот и наш дом. Вам… тебе показать гостевую?
– Не нужно гостевую, я буду спать с отцом. Покажи мне его комнату.
– Так сразу? – удивился Лёша.
– А почему нет? Мы же взрослые люди. Или ты против?
– Я? Нет! С чего мне быть против?!
– Ну и хорошо. – девушка снова обворожительно улыбнулась Лёшке, потрепала парня по густой шевелюре и по-хозяйски шагнула в дом…