Дипмиссия (СИ)

Ох, проклятье, сердце сейчас застрянет в горле! Это даже не стресс — это какой-то «прединфаркт»… Пальцы на руле подрагивали, правое колено тоже. Но чем дальше «Нива» удалялась от заветной полянки с лесными эльфами, рекламными проспектами и кусками недоеденной пиццы на утерянном полотенце, тем быстрей спадало напряжение в салоне.
Так и не починенный видеорегистратор привычно игнорировал левитановские пейзажи, тихо ворчал двигатель, постукивал позади прицеп… А я-то что ворчу? Соберись, Горнаго!
Глядя в зеркала заднего вида, я прекрасно видел только что пройденный участок пути, эту армированную корнями рыжую грунтовую ленту, уходящую в прошлое… Прямой участок с оставшимся где-то позади пещерником закончился крутым поворотом, и дорогу в зеркале словно кто-то ножницами отрезал, спрятал в лесу.
Страх в душе всё-таки оставался: а если заглохнет двигатель, что будем делать? Однако уехал я уже довольно далеко, да и пещерник не лось, километры за нами наматывать он не будет.
— Ха! Я уже говорил вам, что этому…
— Отшельнику! — быстро подсказала Катя.
Дино изумлённо посмотрел на неё, но мужественно продолжил несколько угасшим голосом:
— … я не завидую?
Чему тут удивляться, Голливуд все смотрели, эти фразочки крепко засели в головах зрителей.
— Тачка, — напомнил я.
— Тачка? — переспросил сын.
— Боже мой… — выдохнула Селезнёва.
— Конечно, тачка! — догадался adottato. — Он его сожрал!
Ещё одна загадка раскрыта? Невесело как-то вышло…
Препятствий на трассе не видно. Дикая дорога, огибавшая холм поверху, тянулось лентой, ровная, вся такая свеженькая, мирная.
Грибков заповедных пособирать не хотите ли?
Ну и правильно.
После пары поворотов такая разнообразная лесная магистраль опять выпрямилась. С пятачка на вершине плато открылся грандиозный вид на бескрайнюю равнину. Большие прерии, так её называют австралийцы, или на Турецкую долину, как это принято у их соседей по атласу.
Чуть ниже виднелась речушка, через которую был перекинут стандартный каменный мост. Рядом, возле небольшой площадки с группой пеньков за ручьем, местом обычного кратковременного отдыха водителей, торчал когда-то и кем-то вкопанный ошкуренный столб непонятного назначения. Наверху что-то висело, а ниже была прибита белая табличка. Отсюда не разобрать, угол неудобный.
Правее столба в землю предусмотрительно вкопан грубо сколоченный столик, а чуть дальше на земле виднелся почти полностью проржавевший остов сгоревшей легковой машины.
— Екатерина, посмотри на карте, что отмечено в этом месте?
— Написано «Bear Creek»… О, нет! Только не это!
— Катя… Что ещё?
— А? Дорожный знак «Парковка для педальных велосипедов»…
Мы с Дино рассмеялись. Это было неожиданно!
— Юмористы… — оценил я.
«Нива» поехала медленнее, спуск есть спуск, на нём разгоняться не нужно. За мостом трасса переходила в длиннющую прямую просеку, прорезавшую сначала могучий сосновый бор, а затем устремлявшуюся в тёмнохвойный лес довольно мрачного вида из детских страшилок и русских сказок про Бабу-Ягу.
В общем, мы в сказке.
Таблички с названием реки перед мостом не оказалось, не торопятся власти двух анклавов с гидрографией и дорожными знаками. Проехав через каменный мост, я остановился возле столба, обернулся и небрежно бросил речке и мосту:
— Да что вы знаете о медведях…
Кустарная надпись на белом прямоугольнике с педальными велосипедами присутствовала. А место действительно очень удобное для кратковременной остановки: проточная вода под боком, обзор позади замечательный, чаща — только к востоку, но бор с корабельными соснами светел и прозрачен, солнце пробивает его насквозь, просматривается массив хорошо.
Высокий столб имел короткую перекладину крестом, спрятанную под короткой двухскатной крышей. На одной стороне перекладины висел большой закопчённый котёл с поварёшкой, а на другой — увесистый холщовый мешок небольшого размера. На самом столбе пониже были вбиты три гвоздя — для творческих дополнений. Извините, парни, но не с нашим куцым скарбом оставлять здесь что-то габаритное…
  
Недолго думая, Дино подпрыгнул, легко подтянулся и снял мешок, затянутый правильным узлом, который не сложно распустить.
— Что там?
— Соль, — коротко ответил он, осторожно лизнув сероватые крупинки, и пошел к кустам на отлив.
Люблю я компанейские традиции на трассах! Вроде бы мелочь, это же не продукты и дрова для ночлега, заботливо оставленные в таёжной избе, а на душе сразу становится светлей и легче, словно ты не один стоишь на коротком перекуре.
— Хорошо вам, мальчикам. Отвернулся, достал и всё, — проворчала лесная русалка.
— Уважаемая мадам Катрин, Екатерина Матвеевна… Чего сидим, кого ждём!
— Я не поняла… — протянула она, озадаченная.
— Разве вам не хочется сбегать в уютные кустики?
— Хочется! Но я не пойду в кустики, там медведи! — категорически заявила Селезнёва, инстинктивно вжимая спину в сиденье. Посмотрела в сторону леса. — Там точно медведи!
— Вы давеча такого медведя видели, что всех остальных можете хавать на завтрак! — уверил я. — Сынка, пальни в воздух пару раз!
Два выстрела из «бенелли» с треском разорвали лесную тишину, среди сосен затрещало, запищало, побежало и утихло.
— Вот видите, мадам? Все медведи разбежались. Нуте-с!
— Я боюсь! Ты вообще помнишь, что сказал мистер Касвелл? «Никогда не позволяй своим людям отходить от машины и углубляться по нужде в чащу, ничего хорошего их там не ждёт».
Крыть было нечем.
Мы переглянулись, не сговариваясь, а лишь кивнув друг другу, взяли стволы и пошли в сторонку, тактично отворачиваясь от машины и освобождая начальству пространство для маневра.
— Всё! — тонко пискнул женский голос.
Затем в порядке эксперимента я решил попробовать установить радиосвязь с дежуркой Форта Доббс. Дино забросил антенный провод на столб. Через десять минут попытки были прекращены, бесполезно. Плато надёжно перекрывает радиогоризонт, а практика дальней радиосвязи с Чекпойнт Чорлу неизвестна.
Со сгоревшей легковушкой разобраться не удалось. Конечно, никто автомобиль в таком виде к речке не тащил, скорее, всего, возгорание произошло здесь, во время ремонта на стоянке. Зря тут оставили, настроение путникам такой металлолом не поднимает.
— Можешь опознать марку?
Дино пожал плечами, неохотно походил вокруг ржавого каркаса.
— Падре, они все стали такими одинаковыми…
Зато перед самым отъездом он неожиданно вспомнил о действительно важном:
— Разве нам не нужно оставить здесь записку с предупреждением о пещернике?
Толковое предложение. Конечно, соответствующую информацию на турецком посту я сразу вывалю, ещё и фото покажу, но с запиской оно будет надёжней. Екатерина быстро написала предупреждение с указанием расстояния от Медвежьего ручья, и передала листок мне.
— А где автограф? — возмутился я. — Предлагаю подписать так: «Орнитологическая группа КГБ СССР», мы тоже прикалываться умеем. Дай ручку!
— Йес! Кей Джи Би! — с восторгом воскликнул Дино.
— Вы совсем сдурели⁈ Чтобы нас потом допрашивали с полиграфом⁈ Дай записку!
Катрин размашисто поставила свою подпись с расшифровкой, и Дино опять полез на столб.
Здесь очень хорошая трасса, во всяком случае, после «дубовой грунтовки». Я придавил педаль газа, с удовлетворением ощущая, как разгоняется «Нива» с полупустым прицепом, и погнал её дальше. Скорость движения на какое-то время резко возросла. Уже через десять минут убедившись, что полотно более-менее ровное, а хрустящих сучков и кочек под колесами пока что нет, я осмелел настолько, что уверенно держал на спидометре 40 км/час.
— Протяжённость таёжного участка шестьдесят два километра, — сообщила Селезнёва, уставшая сидеть позади и перебравшаяся, пока всё спокойно, на штурманское место. Дино тут же воспользовался ситуацией и растянулся на заднем сиденье, сложив косуху под голову. Вот же возраст, спать могут где угодно.