Дипмиссия (СИ)

— О-о… Знаю, знаю! Известное семейство, постоянно что-то строят, расширяются, все в бизнесе. Сколько помню Миллеров, у них всегда полный порядок. Основательный народ немцы. Лет двести как поселились в Заостровском, побольше бы таких, да… Надо бы как-то выбрать время, да посидеть с вами, Максим, вспомнить Енисей-батюшку, — он шумно вздохнул. — Ладно, что делали дальше, после окончания вуза?
— А я не закончил, забрали с четвёртого курса.
— Это как так, куда забрали?
— Сюда, Алексей Александрович.
— М-да… — Сотников с бумагой в руке медленно прошёлся вдоль стола, не забыв с удовольствием провести другой рукой по фактурной поверхности этого чуда столярной работы, затем вернулся к окну, открыл настежь обе створки, встал там и закурил, густо пустив дым в темное небо с огоньками звёзд.
И опять уставился в секретный документ.
— Что ж, Сергей, мне всё понятно, приступай, пора переходить к главному, — с этими словами Главный вернулся в кресло.
Конечно же, я напрягся.
— Видите ли, Максим, у нас есть для вас предложение, отказываться от которого не стоит. Предложение очень важной, сложной и интересной работы, это действительно так. Вы же не хотите из принципа крутить баранку автобуса до глубокой старости? Впрочем, на новой должности возможности у вас будет предостаточно и для этого занятия…
Я криво кивнул, Пока что мои предположения сбывались.
— Это работа за границей, дело государственной важности, — продолжил Демченко.
О-па! А вот до этого я как-то не додумался. Не осмелел настолько.
— Но дальнейшие наши разговоры возможны при одном условии: вы знакомитесь с приказом о допуске к государственной тайне и подписываете документы о неразглашении. Сами понимаете, вам это знакомо. В случае отказа разговор на эту тему можно будет считать завершённым, а вы вернётесь к своей привычной работе.
— Чтобы всю жизнь мучатся из-за совершённой некогда ошибки, молодой человек! — вставил с кресла Сотников, строго покачав в воздухе указательным пальцем. — У каждого из нас на пути возникают рычаги от жизни… Назовём их так. Чаще всего люди эти рычаги не замечают. А увидев и осознав, что возникло перед ними, просто проходят мимо или пугаются, вместо того, чтобы дёрнуть за ручку и ключевым образом изменить судьбу.
— Времени для размышления у вас не будет, Максим, ответ нужен здесь и сейчас. Немедленно, — уточнил необычную правовую диспозицию Демченко. — Мы понимаем, что по пути сюда вы уже многое обдумали.
Демченко угадал.
Всю дорогу я только и делал, что размышлял о причине вызова на Олимп.
Я что-то натворил, кого-то подставил? Проступок, серьёзный косяк или преступление? Нет, это не по кафедре Сотникова. В таком случае в избушку на Шпрее вломились бы специально обученные люди не менее легендарного шерифа Уксусникова, и везли бы они меня не в отдельной каюте с пирожками, а в наручниках.
И я точно не секретный физик-ядерщик в краткосрочном отпуске на водах, срочно понадобившийся начальству после какого-то происшествия в лаборатории или на стенде. Причина могла быть только одна: кадровое предложение. Это объясняет всё. Учитывая уровень начальства, дело будет наверняка связано, как минимум с режимом ДСП — предложив нечто неожиданное и необычное, Сотников и потребует необычного.
Стать шпионским разведчиком? Нереальная задача. Нетрудно сообразить, что для подобной специфической деятельности нужны особые задатки, долгая подготовка и даже генетика. Незаметным нужно быть, неброским. Это не мой случай, я парень заметный, высокий, подкачанный. Ёлки, да меня в городах и весях каждая вторая собака знает!
Значит…
— Согласен по всем пунктам.
— Отлично! — Сотников чуть приподнялся и бросил в сторону:
— Серафим, давай бумаги!
Ёлки-палки, в зале, оказывается, всё это время присутствовал ещё один человек! Вот кому надо быть шпионом! Этот самый Серафим сидел в углу серой мышью с какими-то папками и практически растворялся в пространстве. Серый Серафим. Свитер, брюки, волосы и даже цвет кожи, из-за которого черты лица невозможно выделить и заполнить, — всё какое-то серое или сероватое. Человек-тень, не для словесных портретов, такого хрен опишешь.
  
Какое-то время я был занят изучением приказов и положений, потом быстро пробежался глазами и подписал допуски и расписки, ничего особого при этом не почувствовав. Ну, обещание суровой кары, ну, строгая ответственность за разглашение тайны… Как иначе-то? Нам за всё приходится расплачиваться. Раз тебе многое дадено, значит, многое спросится.
— Максим, садитесь поближе, — приказал Алексей Александрович. — Время уже позднее, а мне ещё поработать надо… Так что скажу самое основное. Речь идёт о дипломатической работе. Конечно, не послом или консулом, для этого требуется особая подготовка, соответствующее образование и опыт. Настало время создавать представительства Русского Союза, посольства и консульства во всех известных анклавах, прежде всего на нашем материке. Где-то работа уже идёт, а где-то всё только впереди.
Похож ли Сотников на Сталина? Слышал я и такое от людей. Нет, ничуть не похож. А вот в манере поведения неуловимая схожесть угадывается. Аура вождя?
— Народу у нас, особенно квалифицированного, образованного, по-прежнему очень мало, дефицит кадров огромный, поэтому создавать полноценные посольства по земному образцу Замок попросту не в состоянии. Не имеем человеческих ресурсов… — продолжал он, расхаживая у окна взад-вперёд. — Максимум, что можем себе позволить — три человека в штате диппредставительства, остальной персонал после проверки приходится нанимать из местных. Зачастую в посольствах до поры работают двое, в консульствах это вообще норма, а то и один сотрудник тянет службу… Итого, максимум такой: посол, посланник-советник или консул и секретарь. он же технический работник, фактически начальник АХО, это вынужденная мера. То есть. это вы, Максим, как человек, способный организовать и поддерживать транспортное и хозяйственное обеспечение. Учитывая ваш весьма специфический опыт экспедиторский работы в сложной оперативной обстановке и в разнообразных национальных средах, мы надеемся, что вы не только освоите работу секретаря посольства, но и наладите систему безопасности и контроля, включая охрану самого представительства, а так же коммутацию с местными службами.
Придавленный лавиной неожиданной информации, я тупо молчал, лишь слабо кивая головой.
— Теперь конкретней. Речь идёт об очень дальнем и сложном маршруте: через Аддис-Абебу на Базель и Берн, где вы встретитесь со своим непосредственным начальником. Затем вместе с ним рекой отправитесь с заходом или без в Шанхай, и далее в Манилу. Потом проследуйте по реке мимо австралийцев до начала сухопутного тракта на Стамбул, в этом городе начнёте знакомиться с региональной обстановкой в уже действующем диппредставительстве. Скажу сразу, путь дальше Манилы нам неведом, в Турцию трёх сотрудников в разное время при удачной оказии завозили морем. Двое некоторое время уже работают в Стамбуле, а третий, назначенный туда недавно послом, надеюсь, уже приступил к работе, в том числе и к предварительной разведкой, касающейся вашего направления… Дальнейшая заброска морем по ряду причин невозможна. Кроме того, это очень долго, рискованно и недопустимо зависит от сезонности. Там шторма, сильные течения, а у нас практически нет по-настоящему мореходных судов. Поэтому необходимо изучить альтернативный маршрут… Впрочем, его проработкой займётесь именно вы! — начальственный перст указал на мою грудь. — Это понятно?
— Так точно!
— Ладно, ладно, мы всё-таки не в армии, — махнул ладонью Главный. — Садитесь пока. А теперь самое существенное: конечная ваша точка и задача находится отнюдь не в Стамбуле. Главная наша цель на данном направлении — американцы! — Сотников крепко стукнул по массивной столешнице и на какое-то время задумался.
— России и Русскому Союзу необходимо как можно быстрее установить с ними дипотношения!
— США? — изумился я. — Выходит, они стоят к востоку от турок?