Только ты можешь спасти человечество

– Джонни?
– Где я?
– Судя по всему, у меня под койкой.
Он откатился вбок, наружу.
– Я на вашем корабле?
– Да.
– Ага! Ха! Я знал, что у меня получится…
Джонни поднялся на ноги и огляделся. Ничего интересного он не увидел. Помимо койки и чего-то вроде ультрафиолетовой лампы над ней обстановку каюты составляли стол и некое подобие стула для существ с четырьмя нижними конечностями и толстым хвостом.
На столе выстроились в ряд с десяток пластиковых пришельцев и клетка с парой длинноклювых птичек. Пташки сидели на жердочке крыло к крылу и наблюдали за Джонни почти разумными глазами.
Точно. Сигурни была права. В игровом пространстве он действительно соображал лучше. Решения выкристаллизовывались гораздо четче.
Ладушки. Итак, он на борту флагмана. Он, в общем, надеялся оказаться вне каюты, где заперли Капитана, но лучше синица в руках, чем журавль в небе.
Джонни посмотрел на стену. И увидел решетку.
– Что это?
– Для подачи воздуха.
Джонни подергал решетку, прикидывая, как ее вытащить. Если бы это удалось, Капитан без труда протиснулась бы в отверстие… Значит, вентиляция. А чего, собственно, он ожидал?
– Это надо снять, – сказал он. – Пока не начались неприятности.
– Мы под замком, – вздохнула Капитан. – Чего уж хуже.
– Вы когда-нибудь слышали такое имя – Сигурни? – осторожно спросил Джонни.
– Нет. Но звучит очень мило. Кто такая Сигурни?
– Если ей удастся просниться сюда, то все. Хана. Видели бы вы картинки у нее на стенах…
– Какие?
– Э… с инопланетянами. – Джонни прикусил язык.
– Она интересуется инопланетными расами? – обрадовалась Капитан.
– Э… да. – Мысль о появлении Сигурни заставила его энергично рвануть решетку. – М… там внутри что-то есть… у меня рука не пролезает…
Капитан с интересом наблюдала за ним.
– Что-то вроде гаек-барашков, – пропыхтел Джонни.
– Доходчиво объясняешь. – Капитан заглянула ему через плечо.
– Не могу ухватить!
– Ты хочешь их отвернуть?
– Да!
Капитан вперевалку подошла к столу и открыла клетку. Птички выпрыгнули ей на ладонь. Капитан сказала что-то по-скррииийски; птички порхнули над головой Джонни, протиснулись сквозь ячейки решетки и исчезли. Через пару секунд он услышал поскрипывание отвинчиваемых гаек.
– Кто это? – спросил он.
– Чий, – сказала Капитан. – Птицы-зубочистки. Видишь? – Она раскрыла пасть, показав желтоватые зубы в несколько рядов. – Для гигиены.
– Живые зубные щетки?
– Они были всегда. Они… часть нашей исконной культуры. Очень понятливые. Их специально разводят, понимаешь? Умницы. Понимают речь.
Поскрипывание продолжалось. Потом что-то лязгнуло, и из-за решетки выкатилась гайка.
Решетка выпала в каюту.
Джонни посмотрел на отверстие.
– Готово, – неуверенно сказал он. – Вы случайно не знаете, куда ведет этот ход?
– Нет. Вентиляционные туннели пронизывают весь корабль. Ты пойдешь первым?
– Э…
– С радостью предоставлю тебе эту честь, – продолжала Капитан.
Джонни влез на койку и заполз в прямой туннель. Впереди тот открывался в более просторную шахту.
– Весь корабль? – переспросил он.
– Да.
Джонни на мгновение замешкался. Он никогда не любил узких темных лазов.
– Угу. Ладно, – решился он.
Мама Керсти опустила телефонную трубку на рычаги.
– Никто не отвечает.
– Кажется, он говорил, что его отец приходит поздно, а мама иногда работает по вечерам, – вспомнила Керсти. – И потом, доктор сказала, что в принципе с ним все в порядке! Обычное переутомление. Что за гадость она ему дала?
– Какое-то снотворное. Он недосыпает. Двенадцатилетним мальчикам нужно много спать.
– Ему точно нужно, – кивнула Керсти.
– И еще она сказала, мальчик недоедает. Кстати, где ты с ним познакомилась?
– Э… – начала Керсти и улыбнулась. – Да вот познакомилась.
Мама Керсти тревожно спросила:
– Ты уверена, что у него все в порядке с головой?
– Уверена, – откликнулась Керсти, поднимаясь по лестнице. – Может, он и не от мира сего, но с головой у него все в порядке.
  
Она заглянула в комнату для гостей. Джонни, облаченный в пижаму одного из ее братьев, крепко спал. И казался совсем маленьким. Поразительно, какой мелюзгой кажутся двенадцатилетние, если тебе тринадцать.
Керсти отправилась в свою спальню, умылась, почистила зубы и скользнула под одеяло.
Было совсем рано. Впрочем, вечер выдался хлопотный.
Неудачник. Сразу видно. И одет как неудачник. Мямля. Все время экает и старается прожить жизнь тише воды ниже травы.
А вот она всегда шла по жизни так, словно над планетой реяла большая красная стрелка, точно указывающая, где она, Керсти, сейчас.
С другой стороны, он так старался…
Этот мальчишка наверняка прослезился, глядя, как умирает ИП-инопланетянин.
Она приподнялась на локте и уставилась на плакаты.
Да. Надо стараться.
И побеждать. Иначе что толку жить?
– Застряли? Вы же пришелец, – сказал Джонни. – Пришельцы не застревают в вентиляции! Это всем известно!
Пятясь, он выбрался в боковой туннель и развернулся.
– Прошу прощения. По-видимому, я неправильный пришелец, – вздохнула Капитан. – Я могу отползти назад, но вперед – увы.
– Ладно. Тогда ползите ко второй развилке от начала, – решил Джонни. – Все равно мы заблудились.
– Нет, – возразила Капитан. – Я знаю, где мы. Тут написано. Это узел.
– А вы знаете, где это?
– Нет.
– Я смотрел фильм про пришельца, который ползал по корабельной вентиляции и вылезал где вздумается. – В голосе Джонни звучало неодобрение.
– Он, несомненно, располагал картой, – сказала Капитан.
Джонни свернул за угол и обнаружил…
…новую решетку.
За ней как будто бы царила тишина. Он отвинтил гайки. Решетка вывалилась.
Коридор. Джонни спрыгнул на пол, обернулся и помог Капитану выбраться из отверстия: скрр-иии произошли от крокодилов, а те, как известно, отдают предпочтение песчаным бережкам и вовсе не приспособлены для лазания по узким ходам.
Кожа Капитана на ощупь оказалась сухой и прохладной, как шелк.
Других скрр-иии поблизости видно не было.
– Наверное, все на боевых постах, – предположил Джонни.
– Мы всегда на боевом посту, – с горечью возразила Капитан, отряхивая пыль с чешуи. – Это коридор. Теперь на капитанский мостик?
– А вас не запрут по новой? – спросил Джонни.
– Думаю, нет. Неповиновение начальству дается скрр-иии нелегко. Конечно, Канонир весьма… красноречив. Но стоит им увидеть, что я вновь на свободе, и они сдадутся. Во всяком случае, – прибавила она, – большинство. С Канониром могут возникнуть сложности. У него мания величия. Спит и видит лавровые венки.
Держась стены, она вперевалку направилась в глубь пустого коридора. Джонни – за ней.
– Сны – коварная штука, – заметил он.
– Да.
– Но когда игроки вновь начнут стрелять по вашим, те наверняка опомнятся? И в два счета поймут, чем это кончится?
– У нас есть пословица, – сказала Капитан. – СкижишижюиЙЙЙии. Что значит… – Она на мгновение задумалась. – «Когда едешь верхом на жи, шестиногом одомашненном тягловом животном, понимающем простые команды, но норовистом и упрямом, проще оставаться в седле, чем пытаться спешиться». А также: «Лучше довериться жи, чем подвергаться риску нападения быстроногого ЙЙЙии, способного без труда догнать пешего скрр-иии».
Они добрались до поворота. Капитан осторожно заглянула за угол и резко отпрянула.
– У дверей моей каюты охранница, – сообщила она. – Вооруженная.
– Вы можете с ней поговорить?
– Она выполняет приказ. Боюсь, я и охнуть не успею. Но ты можешь рискнуть. Вариантов нет.
Ладно. Помирать, так с музыкой.
И Джонни вышел из-за угла.
Охранница повернулась, вскинула какую-то словно бы оплавленную штуковину (которая тем не менее выглядела так, что не оставалось сомнений: это оружие) и недоуменно уставилась на чужака.