Поймать хамелеона (СИ)

Олег кивнул.
— Ей под силу прорвать Марь. Более того, она знает, как это сделать, чего не сказать о людях этого мира. Обычно прорывы происходят иначе. Чтобы проложить проход, нужен маг и не слабый. Для проникновения в мир лишенный магии, требуется помощник, который создаст по свою сторону портал для окончания перехода, так скажем, направляющий. Вливать в него силу не нужно, такой переход уже связан с отправной точкой. Ну вот представьте пулю и мишень. Пуля — это маг, путь пули — это направление перехода, а мишень — точка, в которую пуля должна попасть. Так вот это всё единая система, которая во взаимодействии дает результат — прокладывает дорогу сквозь грань миров, то есть прорыв.
  
Помощником выступает тот, в ком есть не просто крупица дара, вроде потомка мага, а развитая в некий дар, той или иной силы. Обычно крайне невеликой, потому что мир магии лишен. К примеру, медиум. И если магу удается установить с ним контакт, то он получает человека, готового взаимодействовать уже ради ощущения себя могущественным, что, по сути, ошибочное суждение.
Иногда такие потомки магов со слабо развитым даром сами ищут контакта. Думаю, о всяческих призывах демонов вы слышали или читали. Бывает и находят желаемое. Тогда, если сущность, наделенная магией, или маг заинтересованы, то опять же возможен прорыв. И это как раз моя работа — отыскивать таких контактёров и не допускать проникновения.
— Почему? — с нескрываемым любопытством спросила Глашенька.
— Видите ли, Глафира Алексеевна, — улыбнулся Олег, — порядочный человек не полезет в окно чужого дома, а войдет в дом, прежде испросив дозволения.
— Вы правы, Олег Иванович, это вполне очевидно, — с ответной улыбкой согласилась девушка. — Но почему же вы думаете на эту магиню, что это она притащила хамелеона?
— Потому, милый ангел, что хамелеон — существо, хоть и магическое, но совершенно лишенное магии в том смысле, в каком ею обладает маг. Поначалу мы исходили из того, что поглотитель стремился попасть сюда и искал того, кто его впустит. С той стороны это сделать возможно, даже не будучи магом. Есть немало примечательных штуковин, особенно там, где пренебрегают законом.
Ну, к примеру, оплатить услуги мага, который и найдет того, кто открыт для контакта. Он выступит проводником между одной и второй стороной, он же может выстроить портал, через который уйдет его клиент. И это было нашей первой версией.
Но тогда призвавшего, то есть открывший путь в этот мир должны были найти наши коллеги, когда прибыли к месту прорыва. Однако они нашли тело Афонина, вышли на ваш след и на след хамелеона, а призвавшего не сумели найти за всё время, которое прошло со времени прорыва. А так как они выяснили, что хамелеон направляется в Петербург, то можно было предположить, что и призвавший отправился туда, потому его и невозможно обнаружить в Старорусском уезде и близлежащих окрестностях. А я уверен, что поисковую сеть раскинули шире.
И тут меня свели с Бэлой, то есть с чистокровной магиней, которая подпитывается и тем удерживает возможность пользоваться магией. Ее уровень — четвертая категория, а этого достаточно и для разрыва Мари, и для поиска иномирного исполнителя некой воли. Только ей, как уроженке магического мира, известно, кто такой поглотитель, и на что он способен. То есть притащить это существо мог тот, кто нуждался в его помощи. Добавим к этому ее местонахождение — Петербург, и мы получаем, уже несколько известных в уравнении.
Однако после вы сказали, что хамелеон не желал перехода, более того, он не знает, кто его призвал. Однако у него установилась с призвавшим связь, и поглотитель принял вас за него, то есть призвала… или притащила его женщина. Иначе он бы не задал вам того вопроса — не вы ли это. А далее был Петербург. И вновь мы выходим на Бэлу, потому что мы точно знаем, что Марь была разорвана из этого мира, то есть сделать это мог только маг, обладающий силой. Это женщина, и она в Петербурге. Иных женщин-магов в столице нет. Зарегистрированных так уж точно. По крайней мере, она — единственная, кто мне попался в этих местах за… то время, что я работаю в Петербурге.
Говорить, сколько он тут находится, Олег не стал. Не пожелал смущать Глашу своим возрастом по человеческим меркам.
— А если есть еще кто-то, кто скрывается, как эта женщина?
— Допускаю, но не думаю, что есть еще кто-то, кроме Бэлы, — ответил Котов. — Во-первых, использовать магию и скрывать это непросто. Чтобы мы со Степаном этого не заметили, маг должен использовать свою силу в крайне малых порциях, скажем так. Один человек с этим справится, особенно соблюдая конспирацию, как это делает Бэла.
Но если бы несколько магов, даже дозировано, использовали свой дар, это бы создало определенный фон, который не заметить уже невозможно. Отсюда и делаю тот вывод, который вам уже известен. Впрочем, я также допускаю, что моя версия ошибочна, и тот, кто притащил хамелеона, находится вовсе не в Петербурге, а его воспоминания, которые уловил поглотитель, попросту самые свежие. В любом случае, для Бэлы это ничего не меняет, она будет задержана и депортирована. Таков закон, а я его исполнитель.
— Она красивая? — спросила девушка и отвела взгляд, опять смутившись. Возможно, этого она спрашивать не собиралась, но всё же задала вопрос и теперь ощутила неловкость.
Котов в этот раз скрыл улыбку, однако полюбопытствовал:
— Почему вы об этом спросили?
Глашенька неопределенно пожала плечами. Она отвернулась и отошла от розыскника.
— Она маг, значит, близка вам по духу, — сказала девушка. — Возможно, вам жаль ее…
— Не жаль, — ответил Олег, и барышня обернулась. — Именно потому, что она — маг. Как маг, она знает, что совершает преступление, но не останавливается. А раз ей никого не жаль, то отчего же мне жалеть ее?
— Но… — Глаша опять отвернулась и отошла. — Она красивая?
— Красивая, — не стал лгать Котов. — Даже очень. Но мне ее красота не по нраву. В ней нет очарования, пустая красота. Впрочем, это на мой вкус, кто-то, возможно, увидит иное.
Барышня обернулась. Губы ее были плотно поджаты, и Олег понял, что она пытается сдержать улыбку, и потому отвернулся к карте сам… по той же причине. Глаша подошла к нему, посмотрела на стол и спросила, но уже об ином.
— Вы говорите, что она сильна. Не опасно ли вам тогда встречаться с ней одному? — в голосе ее была искренняя забота.
— Нет, — покачал головой Котов. — Не опасно. Степана я бы одного не отпустил, а мне опасаться нечего.
— Почему?
Котов развернулся к девушке и все-таки улыбнулся, вид у нее была серьезный, но оттого немного забавный и милый.
— Видите ли, Глафира Алексеевна, — заговорил Олег, — уровень силы мага делится на категории. Всего их семь, седьмой — высший. У данной особы уровень четвертый, она не самый сильный маг.
— А у вас?
— А у меня шестой, — ответил розыскник и отвернулся, опасаясь, как бы это признание не выглядело бахвальством.
Однако Глаша, кажется, так и не думала судить. Она простецки произнесла:
— Ого! Так вы, выходит, очень сильный маг, почти высшая категория…
— Это общепризнанная градация, — чуть ворчливо прервал ее Котов. — Есть маги вне категорий, вот там и правда великая мощь. А я один из многих.
— Если вы захотите, то у вас всё получится, Олег Иванович, — важно произнесла девушка.
— Для этого мне пришлось бы покинуть этот мир, — с толикой лукавства заметил розыскник.
— Но и шестая категория тоже очень недурственно, — тут же ответила Глашенька. — Почти седьмая.
— Вы — прелесть! — воскликнул Олег, весело сверкнув глазами, а после рассмеялся.
  
— Ах оставьте, — отмахнулась барышня и сбежала из кабинета.
— Прелесть, — повторил шепотом Котов и широко улыбнулся, а затем последовал за девушкой.
Он нашел ее в гостиной у камина, где Глашенька с преувеличенным интересом рассматривала часы. Розыскник приблизился к ней.
— Глафира Алексеевна, мне надо сейчас покинуть вас, — сказал он, и Воронецкая, обернувшись, ответила растерянным взглядом. — Не волнуйтесь, вас никто не побеспокоит. Стёпа вернется через несколько дней, как я и сказал, а более прийти некому. Идемте, я покажу вам книги, чтобы вы могли развлечь себя, пока меня не будет. Если захотите перекусить, кухня в вашем распоряжении. Ну и вашу комнату вы еще так и не обжили, дел у вас немало, — Олег улыбнулся.