Кремлевский кукловод «Непотопляемый» Сурков — его боятся больше, чем Президента

На самом деле в ситуации с Ройзманом эпохи «Правого дела» Владиславом Юрьевичем двигала банальная обида и ущемленная гордость. Дело в том, что за 4 года своего депутатства Евгений Вадимович Ройзман ни разу не соизволил встретиться со всемогущим куратором парламента — Сурковым. Хотя, по его собственному признанию, такая возможность была. То есть, надо думать, было приглашение Суркова, на которое Ройзман не откликнулся. Чем смертельно обидел Владислава Юрьевича до конца жизни.
Журналисты «Газеты.ру» во время всей этой неприглядной заварушки с «Правым делом» поинтересовались у Ройзмана, не конфликтовал ли он с Сурковым, уж больно решительно тот против него настроен.
— Я не хочу это понимать, я свободный человек, и что, я буду какого-то Суркова разглядывать? — гордо ответил Евгений Ройзман. — Шоу долгоносиков, блин. Страна моя вечная, а все эти люди не вечные, они приходят и уходят, а мы остаемся. А все это давление это такая фигня. Знаешь, копною мышь не придавишь.
— Будучи депутатом или позже виделись с Сурковым?
— Нет, я не стал встречаться с Сурковым, была возможность, но я не стал. Я не хочу, зачем мне, буду лучше с приятными людьми встречаться. Наверное, оттого со мной счеты такие.
Как видите, все ясно и понятно как божий день. Занозой сидела обида на Ройзмана в сердце замглавы Администрации Президента за то, что какому-то екатеринбургскому выскочке оказалась неприятна сама мысль о встрече с всесильным чиновником из Кремля. Добившийся своего статуса в том числе и тем, что никогда и в мыслях не смел выказать неприязнь людям, от которых зависел, Владислав Сурков, конечно, был потрясен и поражен поступком Ройзмана.
В провинциальном понимании иерархия всегда занимает главенствующее место. Наиболее напыщенны и чванливы с подчиненными именно представители элиты, вышедшие из провинции. Им невдомек, что чувство свободы можно и не разменивать на целесообразность. Ройзман не захотел даже попытаться побывать на месте коллеги Ермолкина, за что впоследствии и поплатился.
К сожалению, мне не довелось побеседовать с самим Евгением Вадимовичем. Но я вкратце говорила по телефону с сотрудниками его фонда в самый пик сурковской травли. Чисто по интонациям и голосам это оказались простые люди. Искренне ошарашенные происходящим. Очевидно переживающие случившееся с их боссом. Такая атмосфера может быть только в слаженном, добром и здоровом коллективе,
Так что экранный образ Ройзмана, нарисованный по приказу Суркова, конечно, не имел ничего общего с тем, что из себя представляет этот человек. Более того, у меня есть подозрение, что после ознакомления с биографией Ройзмана у Суркова серьезно испортилось настроение, и он решил, что Ройзману в политике не бывать ни при каких раскладах. Хоть с Прохоровым, хоть без него.
Судите сами.
Одногодка Суркова Ройзман родился и вырос не — в провинциальной глуши, а в одном из крупнейших городов России — Свердловске (ныне Екатеринбург). То есть, в отличие от Владика Суркова, детство и юность Жени Ройзмана проходили среди величественных городских декораций. (Занятно, что Свердловской областью тогда заправлял будущий благодетель Суркова — Борис Ельцин.)
Однако если подросток Сурков сушил мозги за учебниками — был отличником, то Ройзман в 15 лет ушел из дома и объездил всю страну. Что ни говори, о таком повороте судьбы мечтали все пацаны Советского Союза. Владик Сурков вряд ли был исключением, но явно уступал Жене Ройзману характером. Думаю, что на этот факт биографии Ройзмана Сурков, конечно, взглянул не без зависти.
Любопытно, что зубрежка школьной поры так никогда и не сыграла свою роль в жизни Суркова — как мы знаем, в полной мере ему так и не довелось получить систематического высшего образования. А вот бродяга Ройзман окончил один из лучших вузов страны — Уральский государственный университет. И этот момент жизни Ройзмана от внимания Суркова вряд ли укрылся.
Дальше — пуще!
Чем занимался до Кремля Сурков? Начальная стадия накопления капитала, откаты, клиенты, пиар, информационные войны — о душе вспоминать было некогда. А когда вспомнил, включил принцип «ты мне — я тебе», чтобы прослыть творцом, наверстать вечное за счет талантливых людей.
 
Ройзман же с молодых лет писал стихи — издал три книги и стал членом Союза писателей без чьей-либо посторонней помощи. Публиковался в лучших журналах страны «Аврора», «Юность», «Октябрь» не потому, что имел большой чиновничий пост, а потому что был одаренным человеком.
Группа «Юта» даже записала несколько композиций на стихи Ройзмана. Ну точь-в-точь, как «Агата Кристи» на стихи Суркова. С одной лишь разницей, что музыкантов «Юты» никто в Общественную палату не пристраивал. Стихи Ройзмана им понравились сами по себе.
Если Владислав Сурков, сделавший своим жизненным кредо поговорку «ты мне — я тебе», не мыслит ни одного своего шага, чтобы не получить взамен компенсацию, то, в отличие от него, Ройзман вдали от телекамер занимался благотворительностью, основав организацию, которая 10 лет помогала детским домам Свердловской области. А потом создав фонд «Город без наркотиков», который лечит наркоманов и алкоголиков.
Короче говоря, сравнение, мягко говоря, не в пользу Владислава Суркова. Разумеется, ему это тоже бросилось в глаза. Разумеется, ему стало очень неприятно: вот как, оказывается, можно просто жить и при этом добиться того же самого, что и я! Можно, оказывается, не менять услуги бюрократа на хвалебную статью о твоем доморощенном творчестве. Можно сочинить стихи, и найдутся желающие их спеть просто так, а не потому, что «Владислав Юрьевич занимает пост».
…Кстати, наш герой испытывает подобные чувства, конечно, не к одному Ройзману. Вот что по этому поводу пишет известный журналист Дмитрий Быков: «То, что Сурков искренне ненавидит Лимонова и видит в тридцати тысячах нацболов серьезную опасность, — не что иное, как банальная ревность. На первый взгляд, завидовать особо нечему — Лимонов при всех его сорока пяти книгах так и не накопил на BMW-750, живет в съемной квартире и плохо разбирается в оттенках серого. Но у Лимонова есть идеология, харизма и темперамент вождя».
В общем Ройзман сделался Суркову неприятен до крайности. Но в 2007 году, когда Евгений Вадимович ушел из Думы, наш герой о нем позабыл. Но,<ак оказалось, до поры до времени.
Так что думаю, что появление Евгения Ройзмана в связке с Прохоровым на самом деле было главной причиной, по которой Владислав Сурков внутренне для себя решил «Правое дело» похоронить. Причем решил сразу же, как услышал о Ройзмане. Решил твердо. И именно в этом заключалась главная причина краха российского либерализма в 2011 году.
Почему я так в этом уверен?
Все просто. До идеи Прохорова пригласить с собой в партию Ройзмана Владислав Юрьевич последнего, конечно, не любил, но наверняка посматривал на него с высока. Да, жизнь у Ройзмана, в отличие от самого Суркова, задалась настоящая. Это была, если можно так выразиться, естественная судьба талантливого человека.
Суркову, сравнивая себя с Ройзманом, осознавать это было неприятно, но в глубине души его грела одна мысль. Пусть Ройзман талантливее, пусть внутренне свободнее, пусть по-настоящему образован, смел, дерзок, но я-то — Владислав Сурков — по всем жизненным мерилам добился большего. Я — в Кремле, а Ройзман — в своем фонде.
И, что ни говори, по-своему Владислав Юрьевич был прав.
Но в том-то и дело, что приход Ройзмана в Государственную думу вместе с Прохоровым грозил отобрать у Суркова его последнее преимущество во внутреннем состязании с Ройзманом.
Нет, конечно, Евгения Вадимовича никто в Кремль не пригласил бы. По крайней мере сразу. Но то, что, пройдя в Думу с «Правым делом», он быстро сделался одним из знаковых политиков России — факт. И не только за счет своего ума и природным качеств, но и сугубо по должности.
Судите сами. Ройзман был вторым после Прохорова человеком в партии. После выборов Михаил Дмитриевич становился руководителем фракций «Правого дела». И тут же вставал вопрос, кого о фракции предлагать на положенную регламентом должность вице-спикера Госдумы от «Правого дела». Лидер фракции, как известно, не может быть одновременно и вице-спикером.