Последняя инстанция. Расследование (СИ)
– Вот это совсем странно! – первый раз встрял Сашка в мой монолог. Он терпеливо выслушивал мой дикий рассказ, молчал и только недоверчиво хмыкал периодически. – Фото-то должно быть, по-любому! Они ж любят в личное дело всяких фоток насовать – как котят в хорошие руки пристраивают. Как без фото-то? У них, поди, и сайт должен быть…
– Ты, Саня, больше руководство наше слушай! Тебе ещё не то пригрезится. Сайт в детском доме, компьютеры в школах с выходом в Интернет, нанотехнологии в рамках урока труда… Ты в провинции давно был? Не в Кронштадте или Сестрорецке, а в реальной провинции?
– Ну, был… В прошлом году к дядьке под Таганрог ездил…
– Ну и как там в школах с Интернетом? – с откровенной издёвкой спросил я.
– А хрен его знает, как!.. Мы же не за партами сидели. Мы на рыбалку там, в баньку, туда-сюда… за раками, за осетрами ездили… Что нам в школах делать-то было? У дядьки даже младший сын уже помер. Спился. А уж школьного возраста – во всей округе – три с половиной пацана. Да и те в школу не ходят.
– Почему три с половиной-то? – я даже растерялся, – Половина-то откуда?
– Да три нормальных, а один – форменный дебил. Ни читать, ни писать… Говорит-то с трудом… Чего взять – там пол-деревни – алкашня…
– А три-то оставшихся, что – не учатся?
– Не… На хрена им учиться? Школу закончат – их в армию загребут. А так, без начального среднего – не тронут.
– Аргумент, – язвительно заметил я, – а школа как на это смотрит?
– Проснись! Какая школа? Ближайшая школа – за пятнадцать километров от их села. А их старую деревенскую уже лет двенадцать как закрыли. Нерентабельно сказали. Сначала автобус их, подкидыш, до школы возил, а потом сломался. Решили, что за тремя пацанами… их село-то на самом отшибе стоит… нечего соляру топить и на новый автобус раскошеливаться. Такая вот, блин, нанотехнология! Там и в городе с Интернетом беда…
– Им же вроде по какому-то указу должны были каждый класс снабдить компьютером с выходом в Интернет! – я продолжал наивно упорствовать.
– А указа никто не отменял, – Сашка состроил горькую гримасу, – Только в этом указе ничего не указано, что в сельские школы ещё электричество положено…
– Твою мать!.. Так что ж ты мне тогда про компьютерный архив в каком-то Проплешино талдычишь?! Откуда ему там взяться?
– Ну, детский дом – другое дело. Это организация отчётная. У них архив должен быть. Тем более, если он в девяноста восьмом только создан, – от Сашки не укрылась ни одна маломальская деталь из моего рассказа, – Скорее всего, он там есть. Иначе, как они могли детей пристраивать?
– А никак они их и не пристраивали. Своим же, в деревню и сплавляли. Её же в первый раз местные и усыновили… Тьфу, удочерили… Ну, от которых она дёру дала…
– А как там дядька из Питера нарисовался? Как он девочку выбрал? У экстрасенса спросил: «Где моя невеста названная?!..» И попёр в Зажопинск невесту усыновлять?
– А с чего ты взял, что он её фото видел? Приехал в этот, как ты его называешь «Зажопинск», посмотрел бумажную картотеку, где на каждом титульном листе фотка присутствует, и выбрал. И свалил с ней обратно в столицу. В бордель, например?! Не допускаешь такую возможность? И что дальше, где искать?
– Ну, как где? Надо перекопировать на флешку все фотки питерских путан определённого возраста и ломануться в это Проплешино!
– Перелешино, – машинально поправил я, – Перелешино оно называется. Я надеюсь, ты шутишь?!
– Шучу, шучу! Может, добрый дядя вовсе не в бордель девицу отвёз, а в домработницы к себе в Юкки или Сестрорецк? Ну, а заодно, в качестве наложницы. Ну не век же ему на таджичек пялиться. А так на халяву, молоденькая девочка в рабстве! Любо-дорого!
– Блин, Саня! И так тошно. Чуешь – концов не сыскать?!
– Чую, Серый, чую! – Сашка перестал ёрничать, – Если вдуматься, надо хватать запрос от городской и переть в этот детский дом. И трясти их, пока всё из них не вытрясешь.
– А если – пустышка? Если эта девица живёт себе спокойно, танцует где-нибудь стриптиз, или поёт в какой-нибудь «фабрике»?.. И ни сном, ни духом? Что я за неё так ухватился-то?!
– А ухватился ты за неё, потому что остальные – ещё большие, и уже заведомые пустышки. Я, конечно, с этими родственниками встречусь, но, боюсь, толку от этого будет – ноль. Они, конечно, в счастье все, что Гаргаевых шлёпнули. Мог даже кто-нибудь из них собственноручно это сделать – очень уж они там опустили всех нещадно… Но, чтобы киллера нанимать – это что-то выше моего понимания… Ты глянь – цыпа твоя, ну, судьба которая, опять здесь. Опять дрянь свою цикломеновую попивает. В нашу сторону уже не смотрит…
– Да отстань ты с цыпой своей! Не до грибов сейчас. Надо было так запутать всё! И ещё сами допутали! Следователи, ядрён батон! Может, мне и вправду, в частные сыщики податься? Хоть не стыдно будет народные деньги в пустоту транжирить. Так – поймал – получил гонорар. Не поймал – не получил ни копья! Милое дело!
– Если ты так в частных сыщиках косячить будешь, то ещё можно по хлебалу «получить» от недовольных заказчиков. Это тебе не корками махать! Это, брат, частный бизнес! А у него законы крутые! И цыпа эта, кстати, не моя. Ты ещё вчера хныкал, что судьбу свою упустил, – Сашка приторно ухмыльнулся, – Подойди. Узнай хоть, как судьбу зовут.
– Ага! Ты мне на танец её ещё предложи пригласить! «Разрешите милая девушка, пригласить Вас на танец! Танцевать мы с Вами будем молча, потому как в башке моей солдафонской крутится куча трупов, двое из которых ещё пять лет назад образовались!» Ну, как? Подойдёт, как вариант для знакомства?
– Дикий ты человек, Сергеев! Дремучий просто! У тебя для симпатичной девушки других слов не найдётся? – напарник откровенно измывался надо мной.
– Нет! Пока не найдётся! Вернусь из Воронежа, тогда и потанцуем, – я твёрдо решил прокатиться на поезде до Воронежа и обратно, – Не уверен я, что из этой затеи что-нибудь выйдет, но для очистки совести, съездить надо. Ну, не может такого быть, чтобы там – ни сном, ни духом! Вытрясу из них хоть под дулом пистолета…
– А что ты к этой Масловой прицепился? Другие фигуранты отпали? Или интуиция? – Сашка напрягся. Он знал о моих способностях из сотни подозреваемых вычленять одного-единственного, и не промахиваться, – Странно как-то! Девка чтобы за ружьё взялась!.. И потом, давай вспомним эпизод в Тарховке! Там же чётко было экспертами сказано: «мужская слюна»! И, причём наши наимудрейшие криминалисты не пальцем ведь деланы! Сообразили образец слюны Кировского взять. Не его слюна. Так что там всё чисто – мужик убивал.
– А что, если заманила девка, колола героин девка, а потом, уже полутрупу, минет мужик делал?..
– Ты в себе? На кой хрен это было надо?
– Ну-у… Ну, чтоб следы запутать! На ложный след навести… – мне казалось, что я хожу где-то рядом с решением, но оно, как и мои мысли-скакуны, ускользает от меня, растворяется где-то рядом в воздухе, – Ладно! Я еду в Воронеж трясти тёток приютских, а ты тут на делах. Встречайся с родственниками потерпевших от Гаргаевых. Держи руку на пульсе на предмет Новикова…
– А что Новиков – он аки партизан будет молчать.
– Ну, я не знаю. Думай сам. Проверяй ежедневно его почту, отслеживай его любые перемещения по сети: чаты, форумы, заглядывай туда, где он эту фразу странную оставил… Ну, поставьте, наконец, телефоны его на прослушку! Раз раньше не догадались… Работай! Да! И не забудь выяснить возможность знакомства Куприянова с Кировским. А то как-то это вылетело из внимания! Давай, по домам!
Встав, я бросил беглый взгляд в сторону столика, за которым сидела та самая девушка, которой уготована была перспектива стать моей судьбой. Она сидела на том же самом месте, и смотрела на меня так же пристально. Уже уходя, я подмигнул ей. Девица подмигнула в ответ и подняла в мою сторону бокал с ужасающим по цвету пойлом. Я послал ей что-то наподобие неуклюжего воздушного поцелуя, и, немного смущаясь, быстро вывалился из кафе, вслед за напарником.