Высшая жертва (ЛП)

— Зоуи с тобой? — спрашивает она.
На моем лице появляется хмурое выражение.
— Нет. Она с Крисси. Почему ты спрашиваешь?
Еще один всхлип заполняет линию, усиливая страх в моей груди.
— Сэм, что, черт возьми, происходит? Ты меня до смерти пугаешь.
В этот момент на линии появляется Джейс.
— Остин, чувак. Ты должен найти Зоуи.
— Я только что сказал Сэму, что она в больнице с сестрой.
— Нет, это не так. — Его тон свинцом засел в моем нутре. — Сэм только что позвонили из больницы. Она — одно из контактных лиц в медицинской карте Крисси. Ее, — он делает паузу, тяжело сглатывая, — ее больше нет, чувак. Она скончалась сегодня ночью.
Горе нахлынуло на меня, сжимая в кулак орган в моей груди.
— Нет. — Я качаю головой, отказываясь в это верить. — Этого не может быть. Я видел ее только сегодня утром. Ты, должно быть, неправильно расслышал.
— Мне очень жаль. Сэм только что позвонила старшая медсестра. Видимо, Зоуи убежала оттуда. Она даже не слышала, что произошло, и никто не может с ней связаться.
От отчаяния я вскакиваю с кровати и торопливо натягиваю джинсы.
— Ты все еще там? — спрашивает он.
— Да, я здесь. — Я едва могу произнести эти слова сквозь сдавленное горло. — Я уже ухожу. Позвоню или напишу, когда найду ее.
— Мы с Сэм вылетим ближайшим рейсом. Скоро увидимся.
Я вешаю трубку, не в силах произнести больше ни слова от душившего меня отчаяния. Когда я бегу к своему грузовику, молния освещает мрачное небо. Выезжаю из своего длинного подъезда, шины крутятся на мокром гравии, а дворники борются с ливнем. Я без устали звоню на мобильный Зоуи, но, как и все остальные, не получаю ответа.
— Черт! — я ударяю кулаком по приборной панели, борясь с жжением в груди и глазах и пытаясь осознать разрушительную реальность, которую мне только что сообщили.
Красивой, молодой девушки больше нет. Девушка, которую я знал совсем недолго, но которая повлияла на меня так же сильно, как и ее сестра. Я скрежещу зубами от боли и понимаю, что она меркнет по сравнению с тем, что сейчас, должно быть, переживает Зоуи. Эта мысль только усиливает мое желание найти ее.
Первым делом я проверяю ее квартиру, но обнаруживаю, что ее машины там нет. Несмотря на это, я выпрыгиваю из машины, оставляя ее заведенной, и на всякий случай несколько раз звоню в ее домофон. Получая в ответ тишину, я еду к бару и обнаруживаю, что все огни выключены.
Страх сталкивается с бедой, и я думаю, где же, черт возьми, она может быть. Не имея другого выхода, я отправляюсь в больницу, чтобы посмотреть, смогу ли проследить ее путь. Облегчение переполняет мою грудь, когда я нахожу ее машину, припаркованную на улице.
Я едва успеваю заглушить машину, как вбегаю в больницу и поднимаюсь на третий этаж. Мокрые от дождя волосы падают мне на лицо, грудь тяжело вздымается, когда я пытаюсь успокоить бешеное сердцебиение.
Когда я выхожу из лифта, Дина уже стоит рядом, ее глаза красные и опухшие.
— Слава Богу, — плачет она, спеша ко мне. — Я бы позвонила вам раньше, но у меня не было вашего номера.
— Где она? — спрашиваю я, осматривая коридоры в поисках ее.
— Кто?
— Зоуи?
Она замирает, выражение ее лица становится озабоченным.
— Она не с вами?
— Нет. Ее машина на улице.
— Ну, ее здесь нет. Она не вернулась.
Ужас снова овладевает мной, и я возвращаюсь к лифту.
— Черт побери.
— Остин, подожди. — Дина догоняет меня как раз в тот момент, когда я нажимаю кнопку. — Когда ты найдешь ее, пожалуйста, скажи ей… — она прерывается, голос дрожит. — Скажи ей, что мне очень жаль. Мы пытались. Мы действительно старались.
— Что, черт возьми, произошло, Дина? — мое горло горит как ублюдочное, когда я задаю единственный вопрос, который не могу понять. — Как она могла исчезнуть? Я видел ее только сегодня утром, и с ней все было в порядке. Она выглядела… идеально.
Чувство вины темнеет в ее глазах.
— У нее была плохая реакция на лекарство. Произошла остановка сердца, и мы не смогли ее реанимировать. — Она всхлипывает и закрывает рот рукой, чтобы подавить рыдания. — Она просто слишком устала, Остин. И больше не могла бороться.
 
Горе, сковывающее мою грудь, мечется туда-сюда, как огненный шар, но я отбрасываю его в сторону, сосредоточившись только на Зоуи. Это все, что я могу вынести в данный момент, другая реальность причиняет слишком много боли.
— Во что была одета Зоуи? — спрашиваю я.
— Тонкий розовый свитер и белые джинсы.
— Спасибо. — Как только лифт пикает, я забираюсь обратно.
— Пожалуйста, сообщите мне, когда найдете ее.
Я киваю ей, как только дверь закрывается. Сильный дождь снова обрушивается на меня, когда я выхожу на улицу. Оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, в каком направлении двигаться дальше. Слева от себя я замечаю бездомного, укрывшегося под навесом автобусной остановки.
Я торопливо направляюсь в его сторону и опускаюсь на колени перед его сгорбленной фигурой.
Он вздрагивает и отшатывается от меня.
— Я не собираюсь причинять вам вреда, — кричу я, чтобы меня было слышно из-за дождя. — Мне просто нужно знать, не видели ли вы сегодня вечером светловолосую женщину, выбежавшую отсюда. Она была одета в розовый свитер и белые джинсы.
В глазах мужчины мелькает понимание, но он колеблется, сузив взгляд.
— Что вам от нее нужно?
— Она моя девушка и нуждается в помощи. Пожалуйста, если вы знаете, где она…
Должно быть, он видит что-то, чему доверяет, потому что через несколько мучительных секунд, наконец, выдает мне информацию, в которой я отчаянно нуждаюсь.
— Она побежала в ту сторону, — говорит он, показывая налево. — На вашем месте я бы взял ваш грузовик. Никогда не видел, чтобы кто-то бежал так быстро, и не похоже, чтобы она собиралась останавливаться в ближайшее время.
Мне от этого не легче. Я встаю и протягиваю ему несколько купюр, надеясь, что он использует их, чтобы найти сухое место для ночлега.
Облегчение и благодарность наполняют его усталые глаза.
— Спасибо, мистер.
Я направляюсь к своему грузовику и звоню другу в полицейское управление.
— Каннингем, — отвечает он, голос сиплый от сна.
— Денвер, это Остин. Мне нужна твоя помощь.
— Что случилось? — спрашивает он, уже более бодрым голосом.
Я объясняю ему, что случилось, и даю описание Зои.
— Кто бы ни дежурил сегодня, попросите их присмотреть за ней.
— Да, я сейчас позвоню. Держите связь, если найдете ее первыми.
— Обязательно. Спасибо. — Кладя трубку, я отъезжаю от обочины и начинаю движение в указанном направлении. Непрекращающийся дождь не оставляет мне выбора, кроме как опустить стекла, обшаривая взглядом улицы и подворотни.
Квартал за кварталом, а надежда все уменьшается. И только примерно в километре от больницы что-то привлекает мое внимание: белая вспышка, окутанная темнотой. Несмотря на скрюченную позу женщины, я не сомневаюсь, что это она.
Я резко нажимаю на тормоз, грузовик останавливается, и я выпрыгиваю в ливень.
— Зоуи! — ее имя вырывается из моего горла, пробивая дождь, когда я мчусь по темному переулку.
Прижав колени к груди и отвернув от меня лицо, она не реагирует на мой зов.
Я опускаюсь перед ней и поднимаю ее лицо к себе.
— Посмотри на меня. — Резкий вдох пронизывает мои легкие при взгляде в ее пустые, с красными ободками глаза. Промокшая до костей, опустошенность прилипает к ней, как вторая кожа.
Она выглядит такой потерянной, такой… сломленной.
Она смотрит на меня так, будто даже не знает, кто я такой, а ее промокшее тело неистово дрожит.
— Малышка Зоуи, поговори со мной. — Я рукой глажу ее мокрую щеку, желая, чтобы она увидела меня, почувствовала меня.
И тут в ее глазах что-то вспыхивает — первый признак жизни, но болезненный.
— Помоги мне. — Эти два слова дрожат на ее губах, и вместе с ними срывается самый мучительный вздох. — Пожалуйста, помогите мне.