Отлично получилось (ЛП)

— Конечно.
Дикси ушла обсудить варианты ужина с Реттом, а я встала, чтобы в последний раз взглянуть на дом. Я начала со столовой, глядя на светильник, который мне очень нравился, и вспомнила ночь перед тем, как мы его установили — тогда в этой комнате был только крошечный столик. Наши с Джексоном колени стукнулись друг о друга, когда мы играли в покер на раздевание — в тот вечер проигравших не было.
Я побрела на кухню и, облокотившись на стойку, стала вспоминать наши совместные ночи и заказы еды на вынос. Я вспомнила, как я сходила с ума от новости, что мама снова с кем-то встречается, и Джексон предложил мне самостоятельно снести старые шкафы. И когда это помогло мне немного расслабиться, он догадался, что это как-то связано с моей мамой, потому что хорошо меня знал.
Потом я вспомнила, как в самом начале затеянного мной ремонта он появился на пороге со своим ящиком для инструментов. Его нежелание работать рядом со мной было очевидным, но Джексон не рассмеялся мне в лицо и не оставил одну разбираться с беспорядком, который я устроила. Снова и снова он появлялся именно тогда, когда я больше всего в нем нуждалась.
«Как, например, в тот раз, когда он примчался в четыре утра, потому что Черная вдова рожала котят, и, не зная, что делать, я позвонила ему».
Я вернулась в гостиную, и, конечно же, первое, что бросилось мне в глаза, была синяя стена, у которой у нас с Джексоном был страстный секс, когда мы, наконец, поддались нашей необычной химии.
Пустоту в моем сердце начали заполнять воспоминания, но вместо того, чтобы закрыться, я отпустила свои чувства на волю. Может быть, я была мазохистской, но мне хотелось еще раз вспомнить все хорошие, прежде чем попрощаться.
Я поднялась по лестнице, разглядывая светильники, которые установила после того, как Джексон показал мне, как это делается. Каждая комната была историей споров и компромиссов, но абсолютным победителем по количеству споров была яблочно-зеленая ванная комната с покрытием из искусственного дерева — но тут Джексон уступил мне.
Осталась последняя комната.
Моя комната.
Глядя на читальный уголок, мои глаза наполнились слезами, а сердце противоречивой смесью печали и счастья. Я так сильно скучала по Джексону, что находится в этой комнате было просто невыносимо. Он построил этот уголок для меня, хотя я могла наслаждаться им совсем недолгое время. Я вспомнила, что той ночью, обнимаясь в постели, мы смотрели фильм, а затем занимались любовью…
Черт возьми. Я только что говорила о сексе как о занятии любовью? Я покачала головой, пытаясь выбросить эту мысль, но ничего не вышло. Именно в тот момент я и влюбилась в него.
С каждым слоем краски, каждым гвоздем и взмахом молотка, с каждой уложенной половицей я немного влюблялась в Джексона.
Мой телефон завибрировал, и я автоматически посмотрела на него.
Саванна отправила мне сообщение на электронную почту. Сначала я хотела просмотреть его позже, но затем решила, что прямо сейчас мне не помешало бы отвлечься.
«Я стараюсь не вмешиваться в твою личную жизнь, но, просматривая свои слайды, я вспомнила о тебе и о том, что именно ты вразумила меня, когда я собиралась уйти от Линка. Я не хотела слушать, но твои слова помогли мне понять, как сильно нуждаюсь в нем, независимо от того, что произошло в прошлом.
Так что не злись, но я ничего не могла с собой поделать. Может быть, мои другие шаги не относятся к тебе, но я думаю, что этот относится ко всем, и я просто хочу, чтобы ты пообещала мне, что подумаешь об этом. И я говорю это не только потому, что Джексон чувствует себя несчастным без тебя.
Шаг Двенадцатый: Осознайте, что взлеты и падения есть во всех отношениях. Когда вы неизбежно столкнетесь с трудностями и зададитесь вопросом, стоит ли за это бороться, то спросите себя, становитесь ли вы счастливее и лучше с этим человеком. Любовь предполагает принятие человека таким, какой он есть, так же как вы хотите, чтобы он сделал это для вас. Крепкие отношения строятся, на них не натыкаются.
 
Я люблю тебя, несмотря ни на что. Давай выпьем кофе на следующей неделе и наверстаем упущенное, ладно?»
Черт бы ее побрал. Черт бы побрал мою лучшую подругу за то, что она так хорошо меня знала и давила на нужные кнопки, пока я изо всех сил старалась строить свою жизнь в рамках своих Правил, а не ее.
В итоге я стояла посреди комнаты с затуманенными от слез глазами.
Без сомнения, благодаря Джексону я стала счастливее и лучше. Очевидно, я всё-таки нуждалась в «починке», потому что только ненормальная девушка могла бросить такого парня как он. Я была механизмом с незакрученными болтами.
Джексон ясно дал понять, что принимает меня такой, какая я есть, пусть я и расстраиваю его иногда. Ладно, часто расстраиваю. Он и сам периодически выводил меня из себя, когда говорил правду, которую я не хотела слышать. Мы подталкивали друг друга, чтобы быть лучше.
Я любила Джексона за то, что он беспокоился о моем будущем и был против того, чтобы я работала на этих вкрадчивых придурков, пусть меня и разозлило, что он появился без предупреждения, также как той ночью в баре. Мне нравилось, что он был умным, веселым и мог в любое время бросить мне вызов, в отличие от других парней, хотя именно из-за последнего качества мне иногда хотелось придушить его.
Я прокрутила в голове слова Джексона о том, что никто из моих бывших не был достаточно сильным, чтобы любить такую сильную девушку, как я.
Сильную. Это означало, что он не считал меня уязвимой и сломленной. Кстати, о сильных…
«Он сказал мне, что любит меня, даже после того, как я снова и снова отталкивала его».
«Джексон любит меня».
«И, черт возьми, я люблю его».
Я сделал все возможное, чтобы не влюбиться в него, но Джексон преодолел выстроенные мной сверхпрочные стены и заставил нарушить все мои правила. По правде говоря, я отдала ему часть своего сердца еще той ночью, когда он появился в больнице. Оставшиеся кусочки Джексон продолжил завоёвывать по частям, пока мое сердце полностью не стало принадлежать ему.
У меня не было ни малейшего представления, что делать дальше. Я никогда не была мастером по выстраиванию отношений, потому что не верила, что это имеет какой-то смысл. Но еще я была лучшей подругой сертифицированного эксперта по любви и отношениям. Было страшно обращаться к Саванне, потому что это грозило тем, что не оправдаются не только мои ожидания, но и ее. Но на кону стояло слишком многое, чтобы облажаться. Снова.
«Даже если Джексон простит меня, то сможет ли это сделать его семья? Я разбила ему сердце прямо у них на глазах».
Эта мысль была слишком пугающей, поэтому я оттолкнула ее, решив подумать об этом позже, и сосредоточилась на любви.
«Я люблю Джексона, а он любит меня. Раньше я никогда не верила, что этого достаточно, но поймала себя на том, что сейчас надеюсь на это. Пожалуйста, пусть этого будет достаточно, потому что теперь, когда я знаю, как сильно люблю его, то не уверена, что смогу без него жить».
Мои пальцы дрожали, когда я открыла список контактов в своем телефоне. Я прокрутила его до нужного имени и нажала на значок вызова.
Саванна ответила после второго гудка.
— Это что, звонок «не лезь не в свое дело»?
Я облизала губы и придвинулась ближе к окну, положив руку на раму.
— Это звонок-признание в том, что твои многолетние попытки промыть мне мозги сработали, и теперь я не знаю, что с этим делать.
 
— Подожди. Что?
Мне редко удавалось удивить мою лучшую подругу — Саванна переформулировала мои насмешки над чувствами в Шаги, смеясь и принимая меня такой, какая я есть — но сейчас я услышала в ее голосе шок. Я даже представила себе, как она выпрямляется и крепче прижимает трубку к уху, уверенная, что ослышалась.