Отлично получилось (ЛП)

Раньше это была маленькая и узкая арка, но он расширил ее, что образовало чистое пространство и визуально увеличило комнату. Если бы Джексон ещё мог больше часа не говорить мне ничего обидного, то я бы даже могла сказать ему, что мне это нравится.
Но скорее люди в аду будут дрожать и просить куртки, чем я признаюсь в этом.
В течение последних пяти дней я старалась работать в комнатах, в которых его не было, но почему-то единственные плинтусы, которые нужно было удалить, остались только в этой. И, честно говоря, я действительно не знала, как еще что-то сделать. У меня было слишком много гордости, чтобы спросить Джексона, поэтому мне приходилось про каждый новый проект искать видео на YouTube. После двух долгих дней борьбы с камином в гостиной — еще одна вещь, к которой «Братья по недвижимости» меня не подготовили, несмотря на то, что я действительно умела «воображать возможное» — я вернулась к удалению плинтусов (прим. Property Brothers — это канадский реалити-сериал о двух братьях-близнецах, которые помогают семьям в короткие сроки находить, покупать и превращать недвижимость в дома мечты).
Последний раз я видела кошку несколько дней назад, когда Джексона не было в доме почти весь день. Но еда, которую я оставляла на кухне, всегда исчезала. Я старалась мыслить оптимистично, говоря себе, что корм съедала кошка, а не мыши, еноты или какая-то другая ужасная тварь.
— Господи, ты всё-таки находишь еду, которую я оставляю, потому что толстеешь. Без обид, — добавила я, почесывая ее между ушей.
Стук молотка замедлился, и Джексон бросил еще один взгляд в нашу сторону.
— Я думаю, кошка беременна, — он указал на нее молотком. — Она толстая только в области живота, и то, как он топорщиться, соответствует этому диагнозу.
— Откуда ты знаешь, как выглядит беременная кошечка?
Джексон оперся руками на стремянку.
— Когда я был ребенком, у меня была кошка, которая забеременела. Я тоже думал, что она просто толстая, но потом в углу столовой появились котята. Мама была не очень рада этому.
Я засмеялась, представляя, какой переполох это вызвало у четы Гембл.
— Это была твоя кошка?
— У мужчин тоже могут быть кошки, ясно?
Я подняла руки, как будто сдавалась, но на самом деле это было не так.
— Наверное, я просто думала о тебе, как о любителе собак. Представляю, как твой пёс пускает слюни и много ворчит, чтобы помочь тебе чувствовать себя как дома.
Ладно, может быть, это слегка сексистская идея, что кошки — любимицы одиноких женщин. Учитывая моё недавнее заявление, что у меня теперь есть своя кошка, я не уверена, что хочу придерживаться этой теории.
— И у большинства ведьм есть кошки, так что вполне логично, что она есть и у тебя.
Моя улыбка стала острой, как стекло, чтобы проще было покромсать Джексона на кусочки.
— Следи за своими словами, потому что пока мы разговариваем, у меня в подвале готовится зелье.
Джексон широко улыбнулся в ответ. Было очевидно, что мы состязались в том, у кого будет обидней реплика.
— Не могу дождаться, чтобы попробовать.
Я исчерпала свой банк оскорблений, и, решив, что мы опасно близки к тому, чтобы схватиться за первые попавшиеся под руку инструменты, а также будучи взрослым человеком, оставила последнее слово за Джексоном. Пока.
Я откинулась назад, вытянув затёкшие от сидения на корточках ноги, которые отчаянно нуждались в отдыхе. Кошечка забралась ко мне на колени и потерлась головой о мою руку, чтобы я продолжала ее гладить.
Джексон спустился с лестницы и порылся в ящике с инструментами. Он посмотрел в мою сторону, и я почувствовала себя неловко оттого, что просиживаю зад на работе.
— Хочешь знать, почему кошки лучше собак?
Я подозревала, что вопрос с подвохом, но всё равно ответила.
— Ну да, конечно, я знаю. Потому что некоторые кошки не хотят ловить мышей, даже если они пробегают прямо у них под носом.
— Кошки сами закапывают свое дерьмо, — сказал он. — Не надо ходить за ними с мешком и сгребать их какашки.
Я посмотрела на полуночно-черную кошечку.
 
— На всякий случай мы принесем тебе лоток для нужд. Наши отношения пойдут под откос, если я начну повсюду находить какашки.
Кошка мяукнула, будто обидевшись, что я могла такое про неё подумать.
— Не смотри на меня так, — сказала я. — Это ты залетела. Это наказание за внеклассные мероприятия, и теперь нам придется поговорить о безопасном сексе.
Джексон прыснул от смеха. Он скрестил руки на груди и небрежно прислонился к стене напротив меня.
— Половое воспитание для кошек? Я должен это услышать.
Несмотря на то, что это явно была шутка, мои щеки вспыхнули. Но это не остановило меня.
— Видишь ли, кошечка, парни хотят только одного…
Джексон неприятно громко откашлялся, и я исправила свое заявление, решив, что иногда дружелюбие не повредит.
— Я имею в виду, что некоторые парни хотят только одного. Как, скажем, коты, которых ты встречаешь в глухом переулке и которые обещают тебе весь мир. Но ты знаешь, что каждый вечер они обещают этот мир новой кошке.
Он вздохнул.
— Ты не думала, что нужно дать ей имя, прежде чем разговаривать с ней о птицах и пчелах?
Кошка замурлыкала у меня на коленях, когда я передвинула руку, чтобы почесать ее под подбородком. Несмотря на отсутствие ошейника, и то, что никто из соседей не признал в ней своего питомца, она все еще могла быть чьей-то кошкой. Дать ей имя, означало признаться в своей привязанности, а у меня было правило на этот счёт.
Правило № 4: Привязанность — это путь в бездну. Привязанности приводят к падению. Падение ведет к краху. Крах ведет к страданиям. Поэтому сопротивляйтесь очарованию темной стороны и избегайте привязанностей любой ценой.
Это правило касалось мужчин и держало моё сердце в безопасности. Я надеялась, что если привяжусь к беременной кошечке, то это не приведет к катастрофе, независимо от того, что будет дальше. В детстве я постоянно просила завести домашнего питомца, но мне приходилось довольствоваться домашними питомцами моих отчимов, а их сердца уже были отданы их владельцам, так что это было не то же самое.
— Мне неприятно с ним соглашаться, но он прав, — сказала я, обращаясь к своему кошачьему другу. — Тебе нужно имя, прежде чем мы будем говорить о цыпочках и членах.
Джексон покачал головой.
— Ты неисправима.
— Да, это я. Безнадежный циник. Я — Инь, а Саванна — Ян. Конечно, она надеялась, что сможет перевести меня на темную сторону, но леопарды не меняют своих пятен. Теперь тихо. Я пытаюсь придумать идеальное имя.
Кошечка подняла голову, и ее усы коснулись моей руки.
— Черная вдова. Вот как я буду тебя называть.
Я решила, что счастливое кошачье мурлыканье можно считать знаком согласия с её новым прозвищем.
— Я думал, ты боишься пауков, — сказал Джексон.
Я моргнула, глядя на него, и сделала растерянное выражение лица.
— Она кошка, глупый.
Он покачал головой и провел рукой по волосам, которые, конечно же, легли назад с очаровательной неряшливостью. Я оперлась на ладони.
— С таким же успехом ты мог бы избавить себя от лишних хлопот и перестать пытаться понять меня. Иногда даже я себя не понимаю.
Странное выражение появилось на лице Джексона — серьезное с оттенком решимости. Потом он оттолкнулся от стены и подошел ко мне. Сидеть на полу с кошкой на коленях вдруг показалось мне неудобным.
— Если ты закончила, — сказал он глубоким и сдержанным голосом, — я пойду воевать с некошкообразными пауками на чердаке. Я купил пару баллончиков с отравой для балансировки сил. Предстоит ядерное уничтожение пауков.
 
О, это не так уж плохо. Вообще-то, это потрясающе. Главное, что мне не нужно в этом участвовать.
Я осторожно сняла Черную вдову с колен и с сомнением взяла протянутую Джексоном руку. Вместо того, чтобы отпустить, когда он поднял меня на ноги, Джексон притянул меня ближе, и мое тело столкнулось с его.