Ты и только ты (СИ)

Но постепенно любопытство сменяется томительным возбуждением. Внизу живота образуется воронка, стягивая всю тяжесть в эпицентр моей женской сущности.
Раф продолжает дрочить, громко стонет, закатывает глаза от получаемого удовольствия, а я, как извращенка, любуюсь им и возбуждаюсь только от вида того, как он трогает свой член. Напряжение между ног становится просто невыносимым. Ещё чуть-чуть, и я сама наброшусь на него с мольбой овладеть мною.
Что же это, если не помешательство?
Неужели я действительно жажду заняться с ним сексом?
Ведь мне абсолютно не нравилось то, что вытворял с моим телом Раф. Это было чистой воды насилие. Но то, как он самозабвенно подчинялся моим командам и доставлял своим языком мне неземное удовольствие, сводило меня с ума.
Достигнув пика, Раф направляет густую струю прямо на меня. Липкие капли попадают мне на бёдра, живот, руки. Он метит меня и будто невербально говорит: “вот, смотри, что ты со мной сделала”.
В душе проносится лавина эмоций, оставляя после себя странные, новые для меня ощущения.
Какое-то время мы просто стоим и в полном безмолвии смотрим друг на друга. Глаза в глаза.
Стеклянная кабина служит куполом, отделяющим нас от всего мира. Звук льющейся воды перебивает наше громкое дыхание.
Кажется, все чувства внутри меня сходят с ума. Бурлят наподобие огненной лавы в кратере вулкана.
Как ни силюсь, не могу оторвать от него взгляда. Там, в глубине тёмных зрачков, я нахожу нечто знакомое, вижу такую же потаённую боль, как и в своём отражении в зеркале. Сердце щемит от осознания, через что этому человеку пришлось пройти, чтобы стать таким озлобленным монстром.
– Рафаэль… – с губ слетает его имя. Мои мысли спотыкаются в хаотичном беге, и я не нахожу, что сказать дальше.
Чувство, словно каменная стена пала, и передо мной раскрылось нечто прекрасное, что годами томилось в плену.
Я ещё никогда ни с кем не чувствовала подобной интимной близости. Когда невидимая нить переплетает двух малознакомых людей, связывая их души воедино.
– После наказания должно идти поощрение, – голос Рафа звучит хрипло.
Между нами установилось странное, но всё же доверие.
– Выбери сам.
Я точно схожу с ума. Но слов назад брать не буду. Моё тело жаждет, нет, просто требует вновь почувствовать близость Рафа. Не знаю, как я вытерплю ещё одно издевательство, но, кажется, я готова попробовать.
Пауза затягивается, и я слегка напрягаюсь в ожидании ответа.
  
Глава 21. Ева
 
Я сплю, и мне снится сон.
И сон этот невероятно долгий. Нескончаемый. Словно я пребываю в объятьях неги уже целую вечность.
Я нахожу себя обнажённой посреди неглубокого озера. Вокруг сплошная пустошь. Лишь огромные серые камни обрамляют одинокий берег. Вода здесь необычайно тёплая. Я захожу на глубину по пояс и морщусь, ощущая, как кипяток обжигает мою кожу.
Чувствую, что я тут не одна.
С опаской оглядываюсь и вижу перед собой огромную мужскую фигуру, окутанную паром. Великан кажется мне знакомым, но я никак не могу вспомнить его имени.
Вокруг нас начинают взрываться гейзеры. Меня охватывает паника, и я хочу убежать, но не могу сделать и шага.
Мужчина неспешно приближается, кладёт руки мне на талию и тревога, обуревавшая меня, вдруг сменяется умиротворением. Я вдыхаю его аромат, чарующий и успокаивающий. Тону в ощущении абсолютного счастья и мечтаю продлить этот сладкий миг до бесконечности.
– Я уезжаю через несколько дней, – вдруг произносит незнакомец. – До отъезда ты останешься со мной.
Несколько дней…
Слова звучат как приговор и почему-то пугают меня похлеще горячих фонтанов, продолжающих взрываться, словно из ниоткуда.
Открываю рот, чтобы спросить, о чём он говорит, но мне не дают вставить и слова.
– Это не обсуждается.
Я дёргаюсь, как от удара тока, и резко распахиваю глаза. Живописная картинка перед глазами исчезает подобно размытому дождём рисунку на асфальте.
 
Где я?
Вокруг меня лишь одни белые стены.
Какое-то время сижу и заторможенно моргаю.
Вереница событий последних дней крутится передо мной, как киноплёнка. Авария, похороны мамы, бородатый сутенёр, Раф…
“Это не обсуждается”, – зловещая фраза, как гвоздь, намертво вбивается в сознание.
Я понимаю, что это был не сон. А самая настоящая реальность.
Натягиваю на грудь одеяло и от отчаяния падаю обратно на подушку.
Когда же это безумие закончится?
Я мечтаю о свободе. Жажду её.
“Но хочу ли я отсюда уходить?” – буквально на секунду ловлю себя на странной мысли, которая исчезает так же быстро, как и появляется, оставив после себя странный осадок на душе.
Что за глупости? Конечно, хочу! И сбегу, как только подвернётся возможность.
Пялюсь в белый потолок, погружаясь в воспоминания вчерашней ночи.
После окончания сессии Раф оставил меня одну. Боксёр даже снизошёл до объяснения: сказал, что спит он строго по расписанию нужное ему количество часов. А мне приказал идти в ту же пустую спальню и ждать его к вечеру следующего дня.
Я не стала сопротивляться. Приняв душ, вернулась, куда мне велели, проглотила одним махом остатки еды на подносе и сразу легла спать.
И, судя по пробивающимся сейчас сквозь тёмные шторы лучам солнца, могу сказать, что уже наступило утро.
Ещё раз внимательно оглядываю помещение. Моего платья и нижнего белья нигде не видно. Неужели Раф забрал мои вещи, чтобы я была постоянно голой?
Извращенец.
Или думает, что без одежды я от него не сбегу?
Правда, сообразительность всегда была моей отличительной чертой. Поэтому и сейчас, вспомнив, что вчера в душе Раф снял с меня футболку и оставил её в кабине, я тут же вскакиваю с кровати и голышом бегу в ванную.
Но нет. Не повезло. Комната уже идеально убрана и никаких вещей там нет.
Поникшая, я возвращаюсь в спальню и с удивлением обнаруживаю на полу поднос с завтраком.
Когда только успели?
Меня не было всего несколько минут. Я забежала в ванную, наспех умылась, и вот меня уже ждёт готовый завтрак.
А может?
Нет. Какая бы добрая прислуга тут ни была, вряд ли я могу обратиться к ним за помощью. Ведь они работают на Рафа и слушаются только приказов своего хозяина.
От нечего делать я растягиваю время и медленно завтракаю. Несколько часов тупо пялюсь в окно, вид из которого наводит на меня смертную скуку. Дом Рафа находится где-то в глуши. Вокруг одни сплошные деревья. Взгляду не на что упасть.
Вокруг нет ни движения, ни голосов. Мир словно в одночасье вымер.
И погода сегодня пасмурная. Небо затянуто тёмными тучами. Кажется, что даже природа не радуется сегодняшнему дню.
Ближе к обеду я слышу стук. От неожиданности вздрагиваю, стягиваю с кровати одеяло и, укутавшись им, бегу открывать дверь. Но натыкаюсь уже на пустой коридор. А возле порога нахожу новый поднос с едой.
Время тянется как резиновое. Тишина начинает меня угнетать. Одиночество и заточение наполняют мою душу тревогой. Мне бы расслабиться и отдохнуть, но в голову то и дело приходят ассоциации затишья перед бурей.
Несколько раз я подхожу к шкафу, откуда Раф доставал свои странные игрушки. И только, набравшись смелости, поднимаю руку, чтобы открыть его, как тут же одёргиваю себя и отхожу. Страх перекрывает любопытство. Не хочу знать, что Раф хранит для своих изощрённых пыток.
Как только солнце заходит, и комнату вновь окутывает мрак, я отхожу от окна и возвращаюсь в кровать. Раф может появиться здесь в любую минуту. Забавно, но я даже радуюсь нашей скорой встрече. Одиночество уже поднадоело, и я рада появлению любого живого существа. Даже своего насильника.
Через какое-то время в коридоре вдруг слышатся шаги. Я, задержав дыхание, напрягаю слух, стараясь уловить каждый шорох.