Ты и только ты (СИ)

В какой-то момент меня пронзает адская боль, словно моё нутро насадили на острый осиновый кол. Внутри всё простреливает опаляющим огнём. От дикой боли я начинаю безудержно орать, надрывая связки.
Раф делает резкий толчок и окончательно рвёт мою девственную плеву в клочья. Твёрдый стержень, будто сделанный из стали, растягивает стенки моего влагалища до предела. На короткий миг он выходит, а потом снова удар бёдрами, после которого следует новая волна пронизывающей боли.
Вся скопившаяся за эти дни тревога вкупе с невыносимой болью вырываются разом из груди нечеловеческим криком. Я ору так, что у меня режет глотку, но как ни пытайся, не могу остановится. Раф продолжает долбиться в меня, набирая скорость. И где-то на подсознании проскальзывает мысль: чем больше я корчусь от боли, тем твёрже становится его орудие и тем сильнее он вонзается в меня.
Слёзы градом катятся по щекам. Моё лицо мокрое, словно на него вылили ведро воды. Глаза щиплет. Делаю попытку раскрыть опухшие веки, но перед глазами всё размазывается от слез.
Невозможность видеть усиливает мой страх. Внутри всё горит адской болью. И только мне кажется, что хуже уже быть не может, как приступ усиливается и огненным смерчем проносится по телу, прожигая все мои внутренности. Ещё чуть-чуть, и я просто потеряю сознание от болевого шока.
Тело больше не подчиняется разуму. Инстинкты берут вверх, и я отчаянно бросаюсь в борьбу за выживание. Делаю попытку опустить связанные руки, чтобы оттолкнуть от себя насильника, но Раф реагирует молниеносно: ловит мои руки и прижимает их обратно к подушке.
– Не смей! – заявляет железным тоном и держит мои руки в стальном захвате.
А я радуюсь передышке: на короткий миг изверг остановился, а его орудие пыток покинуло моё тело. С закрытыми глазами поворачиваю голову в сторону и вновь сжимаюсь. Раф злится и в этот раз входит одним резким толчком. Не выпуская мои руки из своего плена, продолжает таранить меня, вбивая со всей силы в матрас.
Я давлюсь всхлипом и опять плачу. В этот раз не кричу, а просто жалобно скулю. Как маленький зверёк, попавший в лапы хищника, из последних сил умоляя о пощаде. Моё тело колотит, а кожа покрылась холодным потом.
Эти страшные муки бесконечны.
Но Раф, как сошедший с катушек, продолжает вдалбливаться в меня, ритмично ускоряясь. Мужчина тяжело дышит и громко стонет. И стоны его красноречиво выражают удовольствие. Понимаю, что оказалась в ловушке настоящего садиста.
Он монстр! Извращенец! Чудовище!
Секс с ним – это адская пытка.
Страдания и боль вихрями крутятся перед глазами, затягивая меня в омут беспросветного ужаса. Сердце от безысходности разрывается на части.
Сколько мне ещё терпеть?
Как можно остаться в здравом уме, пережив такое?
Но ничего уже не изменить и время вспять не повернуть, остаётся только ждать. Ведь у всего есть конец. И издевательства этого безумца над моим телом должны скоро прекратиться.
Раф делает мощный толчок, после которого мою промежность начинают резать острые шипы. Ещё один удар, и рваный всхлип вырывается из сухого горла. Кажется, что меня режут изнутри ножом. Никогда мне не приходилось испытывать боль такой силы.
Влагалище горит, словно меня одновременно протыкают тысячами иголок. Тело чудовищно ломит. Я больше не могу бороться. Ресурсы моего организма иссякли. Меня выпили до дна, и жизнь покинула немощное тело. Конечности немеют, судороги сковывают мышцы, и я чувствую, как падаю в спасительную темноту, теряя сознание от болевого шока.
  
Глава 12. Раф
 
Ритмично долблю узкую киску, испытывая неземной кайф.
Эта девчонка – нечто!
Я уже давно не видел такой охренительной реакции на боль. На прекрасном личике застыл панический ужас. А её крики ласкают мой извращённый слух.
Хрупкое тело подо мной страдает от грёбаной адской боли.
Как же хорошо…
Да…
Сердце в груди забилось, наполняя меня жизнью. Приятное сладкое томительное тепло разносится по сосудам.
 
Счастье… Блаженство…Экстаз…
Ещё…
Хочу ещё…
Дурею от кайфа.
Эйфория растекается по всему телу.
Балдею. Насаживаю её маленькую щёлку на свой член и тону в райском океане счастья.
Хочу ещё.
Мне мало.
Вхожу до предела и кольцо на основании ствола начинает потрошить кровоточащие раны у входа.
Крик ужаса застывает в моих ушах.
Да…
Да…
Ещё…
Буду драть шлюху, пока не кончу. Жёстко. Беспощадно. Дико.
Чувствую, как мощный оргазм подступает к концу члена. Долблюсь сильнее. Теряю связь с реальностью. Мне так кайфово, что я отпускаю себя и просто, блядь, улетаю в космос.
В последний момент успеваю вытащить член и направляю густую струю на плоский животик шлюшки. Сжимаю ствол, усиливая оргазм. Глаза сами закатываются от удовольствия.
Да…
Охереть, как круто.
Проходит миг, другой.
Нехотя открываю глаза и делаю глубокий вдох.
Меня вновь накрывает пустота и одиночество. Вот она, мать вашу, реальность.
Упираю свой влажный лоб в Евин и сдавленно шепчу:
– Хорошая девочка.
Она лежит безвольной куклой подо мной. Никак не реагирует.
Блядь, отключилась, что ли?
Проглатываю маты и сжимаю кулаки. Доигрался, блин. С неподготовленными нужно быть мягче. Думал, она, как остальные, быстро привыкнет к большому размеру и кончит с диким оргазмом. Но Ева оказалась мягкотелой.
Прикасаюсь к сонной артерии на тонкой шее. Прощупываю пульс. Есть, но слабый.
Выдыхаю. Девчонка, значит, в обмороке. Ладно хоть живая.
Чувство, будто я надругался над ангелом. Испортил невинное создание, вонзив в неё свой член. Но, бля, как же это было круто.
Неподдельные эмоции подкупают. Давно я такого не видел. Да и видел ли вообще?
Ева – моя бесценная находка.
Садист во мне ликует.
Какое-то время сижу неподвижно и любуюсь красивой куклой, лежащей без сознания. От зародившейся мысли в моей обдолбанной башке сам не заметил, как расплылся в улыбке.
***
Спал как младенец. Будто пилюлю проглотил для расслабления. После секса напряжение как рукой сняло. Хотелось, конечно, продолжения, но думаю, что Еве впечатлений для одной ночи было предостаточно.
С утра энергии во мне хоть ложками черпай. Через час Борзой ждёт на тренировку. Поэтому надо уладить всё с Евой как можно скорее и выезжать.
Открываю дверь в спальню и натыкаюсь на полнейшую тишину.
Сажусь на край кровати. Замираю и молча наблюдаю, как Ева спит. Взгляд опускается на бордовые следы крови на белой простыне. Жёстко я вчера разорвал её целку. Взял как шлюху матёрую, забыв, что она была не тронутая.
Вытрахал грубо. Но по-другому я и не умею.
А девка слабая совсем.
Мысли вихрятся в голове. Правильным поступком было бы вызвать ей врача, а потом отвезти обратно. Но, блядь, я никогда не поступаю правильно. А Ева вчера меня поразила. Поэтому отпускать её пока не хочу.
Чудеса прямо. Не помню, чтобы такой кайф от секса испытывал раньше. Она уделала всех опытных шлюх, в которых побывал мой член.
Маленькая хрупкая девственница. Подумать только!
Хочу снова завалить её и трахнуть.
Пусть только очухается, и обсудим с ней все условия.
Опять её разглядываю.
Миниатюрная тоненькая фигурка будто из хрусталя литая. Круглое личико, ровный носик, розовые губы… Этому пухлому ротику в моём развратном воображении я уже ни раз за прошлую ночь дал хорошее применение.
Её грудь опускается и поднимается в такт дыханию. Тонкая ткань, которая служит одеялом, приспустилась и открыла передо мной сочные вершинки соблазнительных упругих титечек.
Член в штанах начинает твердеть. Опять секса жажду. Бля, как не вовремя.
– Ева, просыпайся! – приказываю резко.
Её веки дёргаются, будто она силится их открыть.
– Просыпайся! – повторяю.