Не может быть!
Каждая его фраза заставляла все сильнее биться ее сердце. Сьюзен стало страшно.
— Могу обещать, у вас будет все, что только вы пожелаете, — продолжал настаивать он. — Захотите, получите должность менеджера компании. Я не стану вами командовать, более того, назначу вам самое высокое жалованье и подарю пакет акций.
Болтон остановился, не зная, что еще пообещать этой удивительной женщине и как заставить ее не покидать его. Она смотрела на него пристально, и в глазах ее была глубокая печаль. Господи, да ведь она любит своего Гарри! — в отчаянии подумал он.
— Знаете, что делает вас особенно необходимой мне? Вы женщина, обладающая потрясающей энергией. У вас настолько развита интуиция, что вам удается безошибочно определять, как вести себя с теми или иными людьми, и добиваться всего, чего хотите. Вы переполнены страстью. Но я не могу не сознавать, что какая-то часть вашего «я» не найдет удовлетворения, если у вас не будет мужа и детей.
Гарри остановился.
Сьюзен закрыла глаза. Он отлично понимал ее. Ничего удивительного: все эти дни она не скрывала от него своей душевной боли. Зачем подробности, когда так глубоко чувствуешь человека? Он очень точно определил ее тайные желания.
— Да, я прошу вас выйти за меня замуж, — разделяя слова, произнес он. — Причем, не требую от вас моментального ответа. Излишне говорить, что я готов ждать, пока не закончатся все формальности по поводу развода.
Сью поднялась с кресла, у нее не было сил больше слушать весь этот бред.
— По-моему, вы слишком много говорите, а это вредит вашему горлу.
— Разумеется, в моей жизни были женщины, — продолжал Болтон, не слыша ее. — Их не могло не быть… Но я всегда тяготился общением с ними. Потом, эта мечта — город в песках… Я понимал, что нигде не смогу пустить корни, не смогу быть хорошим мужем… Однако в последнее время, после аварии, мое свободное существование уже не кажется мне столь же привлекательным, одиночество и независимость не доставляют прежнего удовольствия.
— А как насчет любви? — не выдержала Сью.
— Зачем говорить об этом, — удивился Гарри. — Вы и я все и так прекрасно понимаем.
— Хорошо, мистер Болтон, — медленно проговорила Сью. — Я весьма польщена вашим деловым предложением.
— Прошу вас, Сью, дослушайте меня до конца. Я и так слишком долго молчал. Мы оба с вами знаем, что нас связывает нечто большее, чем любовь. Скажем так, у нас с вами одинаковая химия души. Мы испытываем уважение друг к другу, обладаем столь необходимым для душевного равновесия чувством юмора и ценим верность. Это именно те камни, которые могут лечь в основание брака. А чувства… чувства придут, возможно.
Гарри остановился, у него не осталось больше аргументов. Сью некоторое время молчала, потом подняла бокал с шампанским и сказала:
— Мы еще не опорожнили бокалы за предложенный мною тост. Что же касается вашего предложения, я обещаю подумать.
Они выпили, и в комнате повисла пауза. Сейчас молчание тяготило обоих. Сью извинилась, пожелала доброй ночи и ушла. Гарри долго мерил шагами комнату, потом тоже отправился спать, здраво рассудив, что завтра все прояснится.
Самолет взмыл под облака. Стюардессы начали разносить прохладительные напитки. Сьюзен Пултон покидала удивительную страну, где потеряла мужа и нашла безответную любовь. Она уже не боролась со своими чувствами. Ночь, проведенная без сна, заставила ее очень трезво оценить ситуацию.
Гарри так и не произнес единственно необходимой фразы, которая могла изменить все. Можно говорить о чем угодно: о взаимном уважении, о понимании, о чувстве юмора, но если нет любви и страсти, то людям нечего делать вместе.
Сьюзен прожила с Гарри Пултоном в браке, где не было ни того ни другого, целых пять лет. Хватит, она уже не маленькая девочка, чтобы верить, будто любовь приходит потом.
Может быть, Гарри Болтон просто не способен испытывать желание? Тогда понятно, почему он так долго остается холостяком.
Вдруг Сью догадалась, что именно преобразило душу Гарри: катастрофа сделала его уязвимым. И впервые, с тех пор как стал взрослым, этот мужчина почувствовал, что значит быть уязвимым. На какой-то момент он стал зависим от внимания другого человека. Им случайно оказалась Сью. Сейчас бедняга цепляется за нее, как потерпевший в чем-то фиаско хватается за психоаналитика.
Все это было логично и разумно, но Сью понимала, что прежде всего она пытается обмануть саму себя. Все было гораздо проще и хуже. Она первый раз в жизни по-настоящему полюбила, а Гарри не ответил ей взаимностью.
Такси подъехало к дому Сьюзен и затормозило у тротуара. Женщина вышла из машины, расплатилась с водителем, с удовольствием втянула сырой воздух родного города и открыла калитку… Сейчас она примет душ, перекусит и позвонит Полу, который обязательно приедет и утешит ее.
Сью подняла голову. На ступеньках ее родного дома сидел Гарри Болтон.
— Прости, я законченный дурак, Сью, — сказал он, подходя и целуя ей руки. — Я не сделал самого главного, то есть не сказал, что люблю тебя и не могу без тебя жить. И умру прямо сейчас, если ты не позволишь мне поцеловать тебя.
Гарри даже не дал Сьюзен ответить. Он обнял ее, прижал к себе и долго, нежно целовал ее губы.
Эпилог
— Сьюзен, повторяй за мной, — произнес преподобный Питер Куинси. — Я, Сьюзен Канингхем, беру тебя, Гарри Болтон, в законные мужья, чтобы пребывать с тобой в горе и в радости, во здравии и в болезни…
Сью слышала, что голос ее дрожал, когда она произносила слова брачного обета. А вот голос Гарри звучал куда более уверенно под сводами нового храма, в котором только сегодня началось богослужение. Сью подумала, что не слышала ничего более прекрасного.
Таинственный незнакомец с больничной койки, забинтованный и беспомощный, исчез навсегда. Перед ней сейчас стоял красивый крупный мужчина в великолепном свадебном фраке с гортензией в петлице. Пусть над ними всю оставшуюся жизнь сияет раскаленное солнце пустыни, но свадебная церемония должна быть точно такой, как в Англии, на этом настоял Гарри.
— Теперь можете обменяться кольцами. Сначала вы, Сьюзен.
Сью взяла кольцо и надела его на руку своего жениха.
— Теперь вы, Гарри.
Сердце ее рухнуло, когда любимый мужчина нежно взял ее за запястье, и на ее тонком безымянном пальце сверкнуло золотое колечко.
— И пусть эти символы любви хранят ваш союз. Ибо сейчас вы совершаете великое и непостижимое таинство… таинство брака, — говорил священник, но Сью почти не разбирала его слов. — Властью данной мне Богом и Святой Церковью нарекаю вас отныне мужем и женой.
Церемония подходила к концу. Новобрачные чуть-чуть расслабились, ожидая сигнала, когда можно будет поцеловаться и начать принимать поздравления от родных и знакомых.
— Гарри, — услышали все торжественный голос священника, — ты мало похож на человека, который может долго терпеть, поэтому сообщаю: теперь ты можешь поцеловать жену.
Под сводами храма раздался общий одобрительный смех…
По расчетливому замыслу Майка Паркера, распорядителя свадебной церемонии, день бракосочетания Гарри и Сьюзен должен был совпасть с открытием первой очереди города-мечты Гарри Болтона.
В тени пальм на берегу рукотворного озера, шедевра инженерного мастерства Гарри Пултона, были накрыты столы. В огромной толпе гостей можно было увидеть послов разных стран, кинозвезд, журналистов со всего света, темнокожих берберов и шейхов местных кочевых племен. Все они пришли разделить с мистером Болтоном его триумф.
Когда Майк был готов по обычаю предоставить слово отцу жениха, а Чарльз полез в карман за заготовленной речью, Гарри Болтон попросил слова.
— Простите, что я решил в нарушение обычаев говорить первым, но преподобный мистер Куинси правильно заметил, что терпение — не моя добродетель. Сейчас мне хочется поделиться с вами своим открытием. Я придумал этот город воды и цветов посреди пустыни много лет назад. Это была моя игрушка, прихоть, воплощение моих снов, если хотите… Но, если я уговаривал инвесторов вложить деньги в мой проект, то всегда приводил массу рациональных соображений.