Вне штата (СИ)
Как говорится на ловца и зверь бежит, главный оказался Зильебиным, а остальные его свитой-охраной. Кто-то видимо донес, вот и прискакал разбираться. Дворянчик шипя обещал нам всяческие кары и при этом неприлично обзывался. Ну что ж, пора выполнять обещанное, и махнув рукой сорвала его одежду. Тут подошла Женя, которая смотрела с отвращением на всю эту гоп компанию. Положив одну руку мне на плечо, второй резко махнула и световой луч отсек под корень дворянские причиндалы. Зильебин выл, ну а его свита тресясь от страха и перебивая друг друга рассказывала о преступлениях хозяина, ну и про свои тоже. Страх наказания и световые спицы стимулировали откровенность охранников. Картина вырисовывалась неприглядная — воровство, насилие и откровенный грабеж.
Выслушав это, мы с Евгенией переглянувшись приняли решение. Подозвав испуганного старосту, приказала у дороги за селом выкопать глубокую яму, что и было сделано буквально за час. Ну а далее, показав народу наши судейской ордена, Женя огласила приговор, а я скинула в яму семерых бандитов-охранников во главе с Зильебиным. После махнув ладонью завалила выкопанной землей и притянула сверху большую каменную глыбу. Евгения выжгла светом, — "Закон-это порядок!", и мы махнув на прощание поскакали в город.
В полдень уже были в уездном городке, оставив в платной конюшне наших коней решили сходить в ресторан, так нам почему-то этого захотелось. Прошли мимо открывшего рот швейцара, а дальше к нам на полусогнутых подбежал администратор. Обслужили очень быстро и еда была вкусная, может это конечно была лучшая ресторация в городе или скорее всего не снятые "Вершитель закона" с нашей груди. После обеда отправились в местную полицейскую управу. Ткнув в ордена попросили доставить судейку Тараканову, которая и была теткой похороненного живьем Зильебина. Доставили ее быстро, видимо сами от нее натерпелись, ну а дальше допрос световыми спицами, после которого полицейские побежали за её сыном и братом. Брат заведовал краевым архивом, из которого и пропадали ненужные бумаги, а появлялись новые и полезные, но уже для из семейства. Сын был пристроен полицейским интендантом и покрывал их там. Преступления против Империи налицо и делопроизводители тут же должным образом это оформили.
Мы уже подписывали приговор, как раздался крик, прибыл местный наместник. Шум приближался и к нам буквально влетел разъяренный Доброходов.
— По какому праву, — начал он, но едва взглянув на нас опустился на колено, — Прошу простить ваши Высочества, был в неведении о вашем прибытии, но что случилось?
Тут Евгения и рассказала о творящихся преступлениях за его спиной.
— Вам барон надо больше уделять внимания государственным делам, а не охоте до которой вы большой любитель. Вашим именем прикрывались творя беззаконие, и если бы я вас не знала ранее, то последствия были бы печальны, — закончила Евгения.
— Да я ваше Высочество, этого Зильебина и не знал толком, вроде учились когда-то в одном университете… Прошу вас отдать правосудие над этими паразитами в мои руки, я всё же наместник и восстановлю справедливость. Беззакония на вверенной мне земле не потерплю, оправдаю доверие государя.
Мы согласились с этим, но остановится на ночь в его доме отказались, нам удобней в хорошей гостинице. Попрощавшись с бароном, отправились в лучшую городскую гостиницу и взяв там самый большой номер с полным обслуживанием сразу завалились в постель.
Мы очень соскучились друг по дружке и это нужно немедленно восполнить.
Сегодня мы играли в дикий мед. Я была пчелой, ну а Женя мёдом. Завязав мне глаза зайка капнула на себя капельку меда, мне же как пчелке его нужно было найти язычком. Начала с Женькиных губ, дальше проверила ушки и спустилась к шее. Поцеловав её, начала опускаться к чудесным грудкам. Язычком провела по упругой титечке, а там набухшая ягодка, как такое можно пройти. Сначала пососала одну, затем перебралась к другой. Сердце Евгеши стремительно стучало, а я по ложбинке медленно спускаюсь вниз к пупику. В нём меда тоже не нашлось, поэтому начала обследовать животик. Мне так нравился этот мускулистый и в тоже время мягонький животик, покрыла его поцелуями. Дальше снова вниз, проказница даже широко развела ножки, приглашая пчелку в гости. Мой язычок неутомим, я подлетаю к цветочку, целую нежные губки, чуть поднимаюсь к жемчужинке лаская её. Женька громко стонет, а я посасывая и чуть покусывая набухший жемчуг, добиваюсь прихода оргазма. Зая громко кончает, заливая пещерку своим соком. Я начинаю обследовать пещерку, слизывая нектар любви, но вот меда там тоже нет, но мой язычок работает без устали и Женя начинает постанывать, после по её телу проходит судорога, она изгибается и с криком кончает. Ну что же, раз в этом месте меда нет, то пчелке придется продолжить путь ещё ниже, по гладенькой ножке. Достигаю коленки и "Бинго", капелька меда. Я срываю повязку, меня уже просто рвёт от желания, закидываю ноги Женьки на плечи и поднимаюсь. Беру её руки и развожу в стороны, наши киски начинают тереться друг об дружку, я наклоняюсь ещё сильнее. Смотрю в глаза зайке, она смотрит в ответ, мы улыбаемся, дальше резко выпускаю своего магического зверя. Женька вскрикивает как в первый раз, а после неё и я. Нас потряхивает от магической силы циркулирующей между нами и мы смотря в глаза друг дружке кончаем, громко крича и закусывая губы. Дальше просто обнявшись вырубаемся до утра, завтра столько дел, но первым надо…
Просыпаюсь от сладкого и приятного чувства, открываю глаза, между моих ног видна Женькина голова. Начинаю возбуждаться, зайка почувствовав начинает увеличивать темп, её умелый язычок доводит меня до судорог. Я начинаю руками прижимать голову Евгеши к своей пещерке, всё сильнее и сильнее. По моему телу проходит судорога, потом громкий вскрик и я расслабляюсь, руки отпускают Женину голову и начинают нежно гладить её по волосам. Зайка улыбаясь поднимается всё выше и выше, вот её киска надо мной и она осторожно садится на мой язычок. Я поднимаю руки к ее груди, глажу набухшие соски. Женя тяжело дышит, а после издает такой сладостный стон, что я кончаю вместе с ней, но зайка продолжает тереться о мой язык, насаживаясь все глубже и глубже. Мои руки перемещаются на попу и сильно сжимают её булочки, раздается вскрик и Женя с довольной мордашкой устраивается рядом. Немного отдышавшись я не выдерживаю.
— Женька, ты наглая ненасытная сучка!
— Ну то что наглая согласна, что сучка с этим не поспоришь, а почему ненасытная?
— Ну ты и нахалка! Да ты же этим утром два раза в раю была, а я только один. С тебя в следующий раз два лишних.
— Это почему ещё два?
— Штрафные санкции! — быстро нашлась я.
— Ира, не делай из меня дуру, я ведь почувствовала и твой второй улет тоже. Давай вставать, а то кушать хочется, да и сваливать пора из этого чудного городка, нас гномы заждались.
Барон Доброходов в эту ночь не ложился спать. Допросы Таракановой и её родственников, а также посланные узнать судьбу Зильебина, не оставили времени на сон. В кабинет мужа вошла баронесса Креола, беспокоясь его отсутствием ночью, стала интересоваться происходящим. Была она очень слабым магом разума, но эмоции чувствовала превосходно и сейчас поняла что супруг был сильно напуган.
— Что случилось? — начала она, — Может я смогу помочь? Ты же знаешь мои обширные связи, во дворце императора тебе смогут помочь.
— Какие связи, дочери императора уже здесь! Ты даже не представляешь как подставила нас эта Таракановка, а её племянник обнаглел до такой степени, что начал разбойничать и насильничать чуть ли не официально. Всё бы ничего, но этот урод налетел на принцесс, а уж они раскрутили это дело по полной. Представляешь, они похоронили этого идиота вместе с его охранниками!
— Да что с того? Я хорошо знала принцессу Евгению, она была добрая и немножко авантюрная, вот и всё.
— Добрая? Да знаешь ли ты, что этого Зильебина с охраной они закопали живыми, а перед этим кастрировали. Мне тут из дворца такое нарассказывали, что хоть стой хоть падай. Вон недавно у государя конфликт с гильдией магов вышел, вроде только его собрались решать, как в зюзю пьяные принцессы к магам пожаловали.