Души (ЛП)

Он рассмеялся.
— Мне нечем дышать, куколка.
Да кому нужен этот воздух?
— Я больше не выпущу тебя из поля зрения...
Как вдруг я вспомнила всё, что сегодня произошло. Дэв. Малиина.
Я немного оттолкнула его, чтобы выскользнуть из его рук и включить лампу. Свет наполнил комнату и озарил его красивое лицо. Он был в своих обычных вещах жнеца. Пальто было застёгнуто на все пуговице — впервые в жизни. Я хотела броситься обратно к нему в объятья, но, чёрт побери, он виноват, что заставил меня так переживать.
— Почему тебя так долго не было? Мне было страшно подумать, что с тобой случилось. Вдруг богиня поймала тебя и заточила у себя. Вы поселили отца Рейн? Дэва нет, и...
Эхо поцеловал меня, эффективно прервав поток слов. Когда он поднял голову, его губы дрогнули, а глаза сверкнули. Как же ему нравится застигать меня врасплох.
— Я всё объясню, но сначала тебе нужно одеться.
Я замотала головой.
— Да, куколка. Я не отвечу ни на один твой вопрос, пока ты не оденешься. Тёмные души вот-вот нападут, ты нужна нам в качестве приманки.
У меня свело живот. Я не ослышалась?
— Приманки?
— Да, приманки. Да, я хотел, чтобы ты перестала помогать душам, но я был не прав. Я подавлю свои эгоистичные порывы, чтобы помочь твоим смертным друзьям. Они без тебя не справятся. Я без тебя не справлюсь. Души видят жнецов, только когда мы с ними в одном помещении. А вот тебя они чувствуют за несколько миль. Мы хотим, чтобы они тебя нашли.
Так, ладно, кто-то подменил моего гиперопекающего парня двойником. Эхо бы ни за что не согласился использовать меня в роли приманки.
— Кто ты и что ты сделал с моим Эхо?
Усмехнувшись, он встал. Я заметила своё платье на выпускной, аккуратно висящее на спинке стула, в комплекте с атласными перчатками и головным убором.
— Почему это здесь?
Он проследил мой взгляд.
— Рейн достала его, когда была здесь некоторое время назад. Мы идём на выпускной, Кора-мио.
Вот только он всё ещё в одежде жнеца.
— Я никуда не пойду.
Он сложил руки на груди и вскинул брови.
— Тебя никто не заставляет, но я думал, ты захочешь помешать тёмным душам напасть на школьников на выпускном балу. В конце концов, ты сама в это ввязалась, когда сговорилась с Дэвом.
У меня внутри всё сжалось, когда он сказал про возможно нападение тёмных душ на школьников. Я перебралась к краю кровати и начала расстёгивать топ.
— Рассказывай с самого начала. Кто сказал, что они нападут? Когда ты успел переговорить с Дэвом? Он в порядке? Когда я последний раз его видела, он сливался с той злой душой...
Возможно, Эхо не стоило об этом знать.
Но Эхо только усмехнулся, словно бы прочитав мои мысли.
— Он говорил, а я слушал. Я знаю о том, что на тебя напали Телея и Малиина. Я больше не держу на него зла.
— С ним всё хорошо? — Я бросила топ на кровать и взялась за штаны-карго. — Я видела, как он поглотил её душу.
— Схватил, не поглотил, — поправил Эхо. — Дэв передал её Ризу и Наре, а те проводили её в Хель и лично усадили в лодку до Берега Мертвецов. С этой лодки ещё никто не сбегал. Риз и Нара мне всё рассказали, включая то, как они тебя преследовали, и я даже пальцем их не тронул. — Он ухмыльнулся, гордясь собой. — Короче, Малиина знала про выпускной и сказала тёмным душам, что в этом городе много Бессмертных с артаво — клинками, которые нужны душам, чтобы вырезать руны медиума на смертных, чтобы использовать их в качестве сосудов. Она сказала им, что ты и другие бессмертные сегодня будете на выпускном. Ты для них как маяк в темноте, им достаточно идти на свет. Она запретила им трогать тебя, потому что хотела использовать твоё тело в своих целях. Они же могли выбрать себе любого смертного. Если верит Дэву, нападение случится, — он глянул на время на телефоне, — через пятнадцать... Нет, четырнадцать минут и двадцать секунд.
— Почему ты не разбудил меня раньше?
— Ты так сладко спала, я не мог себя заставить. К тому же нам нужно было ещё кое о чём позаботиться.
— О чём же? — Оставшись в лифчике и трусиках, я натянула на себя чёрно-золотое платье в стиле двадцатых годов. Эхо довольно наблюдал за каждым моим движением, как будто я раздевалась, а не одевалась. — А если бы они напали раньше, прямо здесь?
 
— Вокруг дома дежурят гримниры, да ещё и Дэв. Что ты делаешь?
Я стояла на коленях, рыская под кроватью.
— Ищу свои чёртовы ботинки?
— А, я их убрал. Сюда больше подойдут они.
Я обернулась и увидела в его руках чёрные туфли на каблуках.
— Я не смогу спрятать в них артаво. В ботинках есть специальные кармашки.
— Артаво тебе сегодня не понадобятся. Давай сюда ножки.
Я сверкнула глазами.
— Эхо, — произнесла предостерегающе.
— Я возьму для тебя артавус, — сказал он. — Но только один.
— Тогда я возьму с собой кочергу. Она ещё круче их рассеивает.
— Не сегодня. Мы намерены пожать их всех.
Он взял мою ногу, закинул себе на бёдра и надел на мою стопу туфельку. Я шлёпнула по его руке, поползшей выше по ноге. Он надел вторую туфлю и притянул меня к себе в объятья. Я знаю, что он задумал.
Я попыталась выскользнуть из его рук, но он только крепче сжал меня.
— Мне надо сделать причёску. — И стоило мне только произнести это, как я вспомнила. Блейн забыл меня разбудить. — Блин!
— Что?
— Кикер, Соня и Ная объявят мне бойкот. Я обещала помочь им с мейком и причёсками, но взяла и проспала. — Извернувшись, я выбралась из его объятий и направилась к комоду. Если Рейн и Валькирии покинут город, у меня из друзей останутся только Кикер и компания. — Это всё Блейн виноват.
— Ни в чём он не виноват. У твоих подруг всё уже готово, — заверил Эхо. — Говорю же, пока ты спала, я обо всём позаботился.
Я замерла, делая свободный пучок, и посмотрела на него через отражение в зеркале.
— А кто помог им с волосами?
— Знакомые Ингрид. Блейн сказал, что нужно тебя разбудить, я послал его. Ингрид услышала нас и предложила помощь. Она сказала, что у неё есть знакомые, которые приезжают на дом. По телефону она говорила что-то про причёски, макияж, ноготочки, а затем назвала адрес.
Я моргнула. В моей спальне что, побывала целая толпа, пока я спала?
— Она сделала это ради меня?
— Да, хотя оплатил всё я.
Он, даже когда хвастается, милый.
— Ты лучший!
— Знаю. — Он остановился за моей спиной, играясь с моими волосами у шеи. Мой взгляд метнулся к часам. У нас нет времени.
Я мотнула головой, вынуждая его отступить. Пока закалывала волосы, Эхо подошёл к окну и подал знак гримнирам. Я оставила пару прядок у лица, надела повязку на голову и быстро накрасила губы. Причёски в двадцатых были короче и элегантнее. Изначально я собиралась завить волосы, чтобы добиться нужного эффекта, не обрезая половины длины, но свободный пучок — это всё, что я успевала.
Эхо обернулся, как раз когда я натягивала атласные перчатки. Он смотрел на меня как заворожённый, не говоря ни слова. Хороший знак.
Что я забыла?
— А мои родители? Мы не можем оставить их здесь без защиты. Что, если Малиина сообщила тёмным душам мой адрес?
— Мы оставим здесь двух гримниров. Твои родители думают, что ты спишь. Твоя мама заглядывала к тебе как раз перед тем, как я тебя разбудил. Она делала это каждый час, так что у нас чуть меньше часа до следующей проверки.
Он сократил расстояние между нами и взял меня за подбородок. Рассматривал моё лицо так, словно хотел запомнить каждую деталь.
— У меня от тебя дух захватывает, Кора-мио. Всегда. — Он коснулся уголка моих губ и наверняка хотел поцеловать, но вместо этого произнёс: — Активируй руны невидимости.
Его голос стал хриплым.
Я послушалась и пошла за ним в портал. Мы оказались в туалете, но тишина была прямо-таки зловещей. Где музыка? Голоса школьников?
— Где мы? — спросила я.
— В спортивном комплексе.
Он толкнул дверь, и мы пошли по коридору. Путь нам освещали руны на нашей коже.