Без пощады (ЛП)

Как она и утверждала ранее — и в ходе подслушанного разговора это стало очевидным — здесь всё было намного сложнее. Таайрул, голос влиятельной матери Мез'Баррис Армго, фактически предлагала матери Жиндии второе место в правящем совете. Войны между домами дроу нередко обсуждали шёпотом, но здесь всё было намного серьёзнее. Две женщины, верховная мать и первая жрица другого дома, в открытую говорили о междоусобной войне в Мензоберранзане, войне против дома Бэнр. И делали это не скрываясь, совсем без опаски.
— Путь чист, — сказала Таайрул. — Путь — это Ллос, разумеется, и Ллос показала нам грядущую славу.
— Показала нам? — отозвалась мать Жиндия скептическим, почти насмешливым тоном — первый намёк на трещины в предложенном союзе.
— Мы все видели дары, предложенные Паучьей Королевой.
— Предложенные кому? — спросила Жиндия.
— Да, мать Жиндия, мать Мез'Баррис не отрицает, что вы стали сосудом для желаний Ллос.
— Я избранница Ллос, — поправила Жиндия. — Разве это не очевидно?
Её вопрос показался Даб'ней и Браэлину угрожающим — как, очевидно, и первой жрице Таайрул, которая стала нервно переминаться с ноги на ногу.
— И вас вознаградят, как её избранницу, — наконец выдавила она.
— Что ж, мне кажется очевидным, что избранница Ллос должна занимать первое место за столом, а не второе, — провозгласила Жиндия.
— С этим сложно спорить, — быстро ответила Таайрул, и скорость её ответа сказала наблюдателям, что Мез'Баррис послала сюда дочь, зная, что мать Жиндия на меньшее не согласится. — Я доставлю ваш ответ матери Мез'Баррис.
— Мать Мез'Баррис сама желает занять первое место, — сказала Жиндия, заставив Таайрул замереть.
— Разве настоящая жрица Ллос могла бы желать меньшего? — ответила Таайрул.
— Справедливо, — признала Жиндия с сухим смешком.
Даже в её смехе скрывалась угроза.
— Ты осознаёшь всю силу войска — моего войска? — спросила Жиндия. — Войска, подаренного мне Паучьей Королевой?
— Да, я видела его. Мать Мез'Баррис тоже всё понимает.
— Тогда пойми ещё вот что: я одержу победу. Мензоберранзан должен присоединиться ко мне, чтобы наконец очистить землю от наших врагов и вернуть великую кузницу и комплекс в руки последователей Ллос. В первую очередь, победа принадлежит мне, и это не будет забыто. Как и этот бой, очевидно, не станет последним, если дом Бэнр не согласится на очевидные требования Ллос. И если они не согласятся — а я не ожидаю, что упрямая и глупая мать Квентл поставит Ллос выше своей гордости — тогда я буду рада поддержке матери Мез'Баррис, и разумеется, она сохранит своё текущее место. Но пойми мою речь правильно. Я одержу победу. Со мной Ллос. Её прислужницы стоят рядом со мной. По воле Ллос Мензоберранзан ждут перемены. Отступничество глупых дочерей верховной матери Бэнр будет исправлено с необычайной эффективностью.
Таайрул кивнула, и Даб'ней показалось, что она не в силах что-то сказать в ответ.
— Действия матери Мез'Баррис оценят по справедливости. Таково моё обещание, — закончила Жиндия.
Она взмахнула рукой, подавая знак Малфуш и другим драукам.
— Оставь меня, — приказала она Таайрул. — Мне нужно завершить войну.
Браэлин Джанквей хлопнул ладонью по поверхности лужи, разрывая связь.
— Это безумие, — сказал он Даб'ней.
— Это хаос. Как и все остальные недавние события, — ответила жрица. — Атака демонов на Мензоберранзан, бой с Демогоргоном. Верховная мать Бэнр использует Дзирта До'Урдена, как меч, чтобы сразить величайшего соперника-демона Ллос — всё это безумие. Неужели нас и правда удивляет, что само устройство и суть Мензоберранзана рвутся на части?
— Мы должны попасть к верховной матери Бэнр или хотя бы к Ивоннель.
Даб'ней покачала головой.
— Можешь попытаться.
— Киммуриэль отдал тебе приказ, — напомнил ей Браэлин, но жрица снова покачала головой.
— Наши жизни — нет, больше чем просто жизни, само наше существование — зависят от выбора, который мы сейчас сделаем, — объяснила Даб'ней. — Ты слышал мать Жиндию, и даже мать Мез'Баррис не противится восхождению дома Меларн под покровительством Ллос. Как ты собираешься сопротивляться?
 
— А ты хочешь объединиться с врагами Бэнров? — скептически отозвался Браэлин.
— Нет, я предпочла бы вообще в этом не участвовать. Здесь от меня ничего по-настоящему не зависит. Для них я — всего лишь пылинка, а мой голос — неразличимый шёпот. Если я отправлюсь к верховной матери Бэнр, она может назвать меня еретичкой и превратить в мерзкого драука. И разве она ошибётся, если моё послание обличает саму Ллос?
— Верховной матери Бэнр следует знать правду, которую раскрыл Киммуриэль, чтобы принять решение…
— И что будет со мной, если она решит не сражаться с матерью Жиндией, число союзников которой то и дело растёт, и одним из этих союзников вполне может быть сама Ллос?
Браэлин посмотрел на неё, но ничего не ответил.
— Я стану драуком, — ответила Даб'ней на собственный вопрос. — Как и ты.
— Джарлакс этого не допустит, — сказал Браэлин.
Ответом ему стал смех Даб'ней, отражающий абсурдность возражения Браэлина. Но она всё равно почувствовала необходимость сказать:
— Джарлакс? Джарлакс тоже всего лишь пылинка по сравнению с теми силами, что сражаются здесь.
— Может, ты и права, — признал Браэлин. — Это больше, чем голос Даб'ней или голос Браэлина.
Он сунул руку под рубаху и достал свисток.
— Может быть, в свете новой информации Киммуриэль тоже передумает.
— Если он пережил своё путешествие к разуму улья, — сказала Даб'ней. — А что, если нет?
— Что тогда предлагает Даб'ней?
Пришла очередь женщины молча смотреть на спутника.
Так что Браэлин с силой подул в свисток. Не раздалось ни звука, но разведчик этого и не ждал — он уже видел, как Джарлакс использует это средство связи со странным псиоником.
Всего несколько мгновений спустя Браэлин по-настоящему удивился, когда обнаружил Киммуриэля сразу за деревом, вместе с варваром по имени Вульфгар.
— Я был уже на пути сюда, — ответил на его изумление псионик. — Но твой вызов как раз вовремя, учитывая стоящую перед нами задачу. Ты нашёл верховную мать Бэнр?
— Найти её несложно, — ответил Браэлин, указывая на юго-восток. — Её окружает весь Мензоберранзан.
— Тогда продолжай, — приказал Киммуриэль.
— Мы нашли ещё и мать Жиндию, — сказала Даб'ней, заставив его замереть. — И первую жрицу Таайрул Армго.
Киммуриэль с любопытством взглянул на неё.
— Открой мне свой разум, дитя, и рассказывай.
Несмотря на снисходительное обращение, Даб'ней впустила псионика в свои мысли, вспоминая подслушанную ими сцену. Она хотела, чтобы Киммуриэль увидел всё целиком. К её изумлению, с помощью силы Киммуриэля к телепатической дискуссии присоединились Вульфгар и Браэлин.
— Так что мы будем делать? — спросил Вульфгар, когда она закончила.
Киммуриэль искоса посмотрел на него.
— Я отправлюсь на поиски короля Бренора, — решил Вульфгар. — Если дроу хотят воевать друг с другом, то это не моя забота.
— Прежде чем взяться друг за друга, они перебьют всех, кто тебе дорог, — заверил его Киммуриэль. — Это тебя не беспокоит?
Вульфгар не отпрянул от жуткого невысокого дроу.
— Пойдёмте. Верховная мать Бэнр ждёт, — сказал Киммуриэль, едва ли напуганный увиденным. Он зашагал прочь, но Даб'ней переглянулась с Браэлином, и они остались стоять.
Киммуриэль обернулся.
— Да, я понимаю, — сказал он, затем добавил, обращаясь специально к Даб'ней:
— Я видел твои планы, пока ты вела рассказ. Ты хочешь спрятаться и посмотреть, чем всё закончится.
 
— Не стану отрицать, — сказала Даб'ней.
— Устное отрицание не перечеркнёт сильных мыслей.
— Не знаю, чего ты от меня ожидаешь, но я не поднесу себя на блюдечке верховной матери Бэнр или матери Жиндии Меларн, — решительно заявила Даб'ней.
— И вы не стали бы выполнять мои приказы, если бы я задержался или был убит, — заметил Киммуриэль.