Без пощады (ЛП)

Кэтти-бри обнаружила, что ей тяжело дышать, но знала, что нельзя поддаваться слабости. Она одного за другим с лёгкостью отправляла этих существ по нужному пути, давая им то, чего они хотели: вещи, которые можно было сожрать и сжечь, чтобы распахнуть свои пламенные крылья.
Когда дверь горна закрылась в последний раз — Ивоннель достигла своего предела, и Кэтти-бри, подняв руку, согласилась, что тоже устала — женщина стала читать другие заклинания вместе с дроу, дварфийскими жрицами и троицей волшебников-полуросликов. Ивоннель возглавила ритуал своим следующим заклинанием, создав сильный ветер, объединив волшебную силу собравшихся, чтобы нацелить поток воздуха в спину созданиям пламени, увеличивая их мощь, ускоряя запланированную катастрофу.
Воющие ветра ринулись по коридорам, подгоняя, питая и подталкивая живое пламя.
— Твою атаку даже безрассудной нельзя назвать, — упрекнул Джарлакс сидящего на каменном столе Закнафейна, ранами которого занимались пара дварфийских жрецов.
— Пять старших извергов отправились домой в Бездну, — ответил Закнафейн. — Думаешь, риск того не стоит?
— Думаю, наши друзья — в особенности твоя невестка — уже перенесли одну большую потерю. Не хочу добавлять к ней другую.
— По-твоему, я стану для них потерей? — ответил Зак. — Они… она едва меня знает, и не думаю, что я пришёлся ей по нраву.
— Наверное, нет, — невозмутимо согласился Джарлакс. — Но давай не будем рисковать.
— Никакого риска, — отозвался оружейник. — Просто парочка здоровых птиц и шестиногий пёс.
Джарлакс хмыкнул в ответ.
Дверь распахнулась, и молодая дварфийка сунула голову в помещение.
— Оно идёт, — сказала дварфийка. — Как волна.
Джарлакс кивнул — он почувствовал жар, как только открылась дверь.
— Хочешь понаблюдать? — спросил он Зака.
— Понаблюдать? Да я сам побегу за огненными тварями. Они не смогут убить всех, — ответил Зак. Он отмахнулся от лекарей и соскочил со стола, натянул мифриловую рубаху, подаренную Кэтти-бри, затем подхватил свой пояс с ножнами.
— По крайней мере, я на это надеюсь. А этот клинок жаждет сражения ещё больше моего! — закончил он, доставая Ледяную Смерть из ножен.
По короткому коридору, через пару комнат, затем по более длинному коридору, они пришли к косой двери в конце прохода — правая стена была длиннее. На этом участке Гонтлгрима было много угловых перекрёстков, боковые коридоры росли из главного прохода подобно низким ветвям дерева. Здесь двое дроу остановились, поскольку почувствовали сильный жар по ту сторону и заметили мерцание живого пламени.
Обитая железом дверь из тяжёлого окаменевшего дерева дымилась.
— Открывай её и сразу прячься мне за спину, — приказал Джарлакс, доставая огромное перо из-под ленты на шляпе.
— Хочешь поджарить цыплёнка? — удивлённо спросил Зак. — Шторм ещё не прошёл.
— Ты думаешь, что у этого пера только одно применение? — отозвался бродяга. — Доверься мне, — добавил Джарлакс, когда Зак молча уставился на него.
— Эти слова стали последним, что слышали некоторые твои друзья, — сказал Зак.
— Дверь, пожалуйста, — повторил Джарлакс.
Ещё какое-то время Зак сверлил его взглядом, затем обернул руку в свой тяжёлый пивафви и осторожно потянулся к засову, удерживающему дверь. Он отодвинул засов, затем схватился за кольцо на двери и распахнул её.
По крайней мере, попытался, поскольку ветер с той стороны был таким сильным, что живое пламя съело весь воздух, и проход оказался запечатан.
— Ха! Что это ты задумал, лысый негодяй? — раздался позади них голос, и они обернулись. Навстречу им спешил Атрогейт в компании нескольких дварфов.
— Открыть эту дверь, — сказал им Джарлакс.
— Плохая идея, — заявил черноволосый дварф.
— Доверься мне, — сказал Джарлакс, и Атрогейт громко хмыкнул.
— Неплохую репутацию ты заслужил, — заметил Зак.
— Повсюду угли, жар и пламя, — провыл Атрогейт. — Откроешь дверь — сгоришь с концами!
— Просто… — вздохнул Джарлакс и прикрыл ладонью лицо.
Атрогейт заревел, празднуя свою удачную рифму, затем протолкнулся мимо наёмника.
 
— Отойди, — сказал он Заку и схватился за дверное кольцо рукой в тяжёлой перчатке.
— Значит, ты всё-таки ему доверяешь? — спросил оружейник дварфа.
— Он вспыхивает, как свеча — сам виноват, — ответил дварф.
Закнафейн отступил к остальным дварфам, заметив, что один из них тащит большую корзину, полную опилок.
Атрогейт посмотрел на Джарлакса и кивнул, затем потянул за кольцо.
Дверь даже не шелохнулась.
Дварф озадаченно повернулся к ней.
— Воздух с другой стороны, — начал объяснять Джарлакс, потом просто покачал головой и позвал дварфа обратно. Хорошенький шторм должны были нагнать Кэтти-бри с Ивоннель, раз даже Атрогейт с его поясом силы великана не смог отворить дверь!
Атрогейт схватил кольцо обеими руками и потянул, но дверь не поддалась. Он отпустил кольцо и пнул тяжёлое дерево и проворчал:
— Ну ладно, пойдём. Я знаю другой путь.
Он поспешил мимо Джарлакса, который снял шляпу и качал головой. Когда Атрогейт отошёл на безопасное расстояние, Джарлакс достал из шляпы свою переносную дыру и бросил её вперёд. Она легла прямо на дверь, немедленно открыв в ней широкое отверстие и обнажив бушующую за дверью бурю.
Оранжевый свет пламени освещал тоннель. За дверью свирепствовали пожары и вихри, мчавшиеся слева направо перед глазами испуганных наблюдателей. Они видели отдельных элементалей, огненных саламандр и несущиеся волны пылающих углей.
Джарлакс вырвал себя из оцепенения, прошептал что-то своему перу и принялся махать им перед собой.
— Он что, пытается взлететь? — спросил у Зака Атрогейт.
— Может, это веер? — произнёс сам Зак, ни к кому конкретно не обращаясь. — Это что-то новенькое.
— У него всегда есть трюк в запасе, — сказал, или, скорее, проревел Атрогейт — потому что теперь Джарлакс тоже создавал собственный громкий ветер, дующий перед дроу и странным образом раздувающий пламя в сторону, как будто присоединившись к буре в тоннеле.
Атрогейт и его товарищи-дварфы подхватили свою корзину и бросились следом за дроу, высыпав стружку в вихрь Джарлакса. Опилки полетели вперёд, в коридор, в огонь, где немедленно загорелись и были подхвачены потоками воздуха.
— Ничего нового, — ответил на замечание Зака Джарлакс. — Это только для тебя в новинку.
Зак лишь покачал головой. Он не удивлялся ничему, связанному с Джарлаксом.
У начала длинного прохода, в нескольких шагах по боковому коридору, через который туда входили огненные создания, у мехов разных размеров трудились команды дварфов, направляя потоки воздуха в главный тоннель, в устроенную Кэтти-бри и Ивоннель бурю, раздувая пламя огненных монстров, несущихся по основному проходу, придавая им ускорение могучими ветрами.
Далеко впереди в том же проходе наступали демоны, большие и малые, хотя в основном малые — пушечное мясо сил вторжения. Старшие изверги тоже приняли участие в атаке, которая углубилась в дварфийский комплекс намного сильнее, чем раньше.
Изверги в передних рядах — в основном, маны — ощутили растущий жар, но для тупого мяса это ничего не значило. Их передние группы преодолели долгий изгиб направо, и навстречу демонам ринулись порождения, изрыгнутые Великой Кузней.
Скорее как поток воды, несущийся через лес, чем как камни, ударившие в прочный барьер, огненные элементали захлестнули манов, заполнили пространство между ними, поджигая их и превращая в живые факелы. В волне пламени младшие изверги растворялись и падали, обгоревшая кожа пылала и слезала клочьями. Коридор наполнился протестующими воплями, которые вскоре затихли, когда маны превратились в груды обгоревших костей и праха, в дым, подхваченный ветром бури.
 
Элементали насытились, разрослись и помчались дальше.
Оно знало.
Мегера раскусил хитрость Кэтти-бри. Она услышала это в мозгу предтечи, когда потянулась в его разум — и великое богоподобное создание молча потянулось к ней в ответ.