Без пощады (ЛП)
— Главная башня — готовое место назначения для таких заклинаний, — сказала Пенелопа. — Киппер и я настроены на комнату, построенную специально для этой цели. Но у нас обоих нет никаких настоящих знаний о Гонтлгриме.
— Но ты же была там!
— Недолго и только однажды, просто чтобы испытать портал, когда они только появились. Так что да — портальный зал мне знаком.
— Хватит, чтобы телепортировать нас туда.
Пенелопа замолчала и не выразила согласия.
— Я видела его лишь мельком и точно помню низкий потолок и неровные стены — это неподходящее место для такой попытки.
— Врата похожи на постоянный круг, разве нет?
— Разве?
Кэтти-бри хотела ответить утвердительно, но не смогла — она не знала.
— Пожалуйста, мы должны попытаться, — умоляла Кэтти-бри. — Я многое смогу сделать, если попаду в Гонтлгрим.
— Как? Главная башня контролирует…
— Источник энергии — это предтеча, — напомнила ей Кэтти-бри. — Главная башня просто направляет её. Я могу поговорить с ним.
— Чего ради? Предтеча — существо, намного превосходящее наше понимание. Его желания отличаются от наших — настолько сильно, что ты даже не сумеешь их понять.
— Мы должны попытаться, — снова сказала Кэтти-бри.
— Ты хочешь рискнуть своим ребёнком?
Вопрос потряс Кэтти-бри.
— Отправьте меня, — сказал Афафренфер.
— Я никого не могу «отправить», — заметила Пенелопа. — Маг должен будет сопровождать.
— Тогда отправляйтесь со мной, — сказал Афафренфер. — Если ключ к успеху вашего заклинания — знакомство с местом назначения, отправляйтесь и познакомьтесь с ним.
— Но остаётся ещё первая телепортация, — напомнила возбуждённому монаху Кэтти-бри.
— Нужно быть храбрым, — парировал он.
— Нет, он прав, — согласилась Пенелопа. — В эти отчаянные времена мы должны использовать любой шанс, пускай даже самый маленький. Я найду Киппера. Он куда сильнее с такой магией. Мы отправимся в Гонтлгрим вместе и приготовим круг, затем быстро вернёмся.
Она замолчала, и на её лицо снова нашла туча.
— Если сумеем. Если портальный зал свободен от демонических захватчиков. Мы не знаем, стоит ли ещё Гонтлгрим.
— Тем более, возьмите меня, — сказал Афафренфер. — Если мы окажемся в опасности, я буду защищать вас, пока вы не вытащите нас оттуда.
— Я не могу просить… — стала возражать Кэтти-бри, но монах ничего не хотел слушать.
— Не можете, потому что вам нечего просить, — сказал он. — Это мой выбор. Пойдёмте, — обратился он к Пенелопе. — Давайте поспешим. Рушащийся мир не станет ждать героев, которые медлят.
ГЛАВА 12
Глубокий источник единой памяти
Беньяго сидел за своим столом в Иллуске, скрестив на груди длинные тонкие руки. Киммуриэль расположился в углу позади него и слева — псионик настоял на роли наблюдателя и отдал встречу целиком на откуп Беньяго, который какое-то время был старшим капитаном и знал город не хуже любого из членов Бреган Д'эрт.
За исключением Вульфгара и Милашки Чарли на скамьях перед Беньяго сидели только дроу. Киммуриэль настоял на присутствии Вульфгара, а Милашка Чарли исполняла важную роль, поскольку могла легко ходить по улицам города даже после столкновения с гноллами, шпионя и сливаясь с толпой.
Один из другим разведчики сообщали свою информацию, оставляя самого важного напоследок: Браэлина Джанкуэя. Он подытожил полученные сведения — и этот итог ставил под сомнение возможности Бреган Д'эрт продолжать операции в Лускане.
— Их слишком много, — продолжал Браэлин. — Судя по всему, остальные четверо старших капитанов действительно поклялись Бревиндону в абсолютной верности. Лускан похож по своим размерам на Мензоберранзан, и если все четыре корабля объединились в единый союз, мы не сможем их победить — даже если нас поддержат все остальные лусканцы.
— А поддержат нас немногие, — добавил другой разведчик.
— Это показывает, что люди с их короткими жизнями слишком непостоянны и лишены представления о чести, — сказала Даб'ней.
— Это показывает, как подозрительно относится город к переменам, — вмешался Вульфгар, вызвав у многих недовольные гримасы — дроу ясно дали понять, что не желают, чтобы они с Милашкой присутствовали на собрании.
— Вы предложили лусканцам перемены, и они только начали замечать их, — сказал он Беньяго и повернулся, чтобы убедиться, что Киммуриэль тоже его слышит. — Со временем перемены наверняка окажутся выгодными для Лускана, но это приведёт к тому, что многие горожане, в особенности самые сильные и свирепые, потеряют власть. Вы потребовали — может, не потребовали, но попросили — чтобы они отказались от своего образа жизни. Не всякий пират убивает и грабит лишь потому, что у него небогатый выбор. Некоторые делают это просто ради удовольствия. Они предпочитают полную приключений жизнь без каких-либо моральных ограничений, даже если она почти наверняка приведёт к неприятной и ранней смерти.
— А потом вы называете злыми нас, — сказала Даб'ней.
— Разве Мензоберранзане иначе? — спросил её Браэлин Джанкуэй. — Ты сомневаешься, что многие жрицы получают удовольствие от использования своей плети?
— Мы слишком отклонились от темы, — заметил Беньяго.
— Когда вы вернёте Лускан, стоит отделить небезнадёжных горожан от всех остальных, — закончил Вульфгар.
Беньяго посмотрел на него, быстро кивнул, затем вернулся к Браэлину.
— Наша главная надежда — на вызванный гноллами хаос, — продолжал тот. — Даже Бревиндон Маргастер не в силах полностью их контролировать. Преступления гноллов против лусканцев множатся.
— А что нам известно о Бревиндоне? — спросил Беньяго.
— Внутри него — демон, — ответила Милашка Чарли. — Настоящий, злобный и краснокожий, с загнутым мечом, способным рассечь тебя надвое.
— Да, — согласился Браэлин. — Этот демон тоже невольно может нам помочь. Бревиндон ведёт себя жестоко, вешает людей дюжинами, и вскоре не останется ни одной лусканской семьи, которая не знала бы кого-то из повешенных. Люди будут бояться его, другие капитаны будут подчиняться ему, но скоро Бревиндона станут любить даже меньше, чем нас.
— Однако он — не единственный демон в Лускане. У него серьёзное наёмное войско, которое никогда его не предаст, включая гноллов, — сказала Даб'ней.
Другие стали отвечать, но Беньяго поднял руку, заставляя их замолчать, пока он обдумывал информацию — которая не являлась чем-то новым ни для кого из присутствующих.
— Этого недостаточно, чтобы убедить архимага Громфа, — сказал он после долгой паузы, — и мы мало что можем сделать, не понеся серьёзных потерь — Бреган Д'эрт не военное подразделение. Я надеялся найти нам место в Лускане с новой властью, но этого не случится, учитывая что за Бревиндоном, как мы теперь знаем, стоит мать Жиндия Меларн.
— Нет, мы должны победить, и победить быстро, пока мать Жиндия занята на юге. Продолжайте наносить быстрые удары, но давайте сосредоточимся на том, чтобы настроить гноллов против самых преданных капитану Бревиндону лусканцев. Надавим на него и заставим показать ещё большую жестокость, пока не найдётся способ нанести настоящий удар.
Он закончил, бросив взгляд на сохранявшего бесстрастие Киммуриэля. Тот ничем не выразил своё согласие или неодобрение.
В последнее время Киммуриэль Облодра часто задавался вопросом, существует ли такое явление, как естественная реинкарнация, или может ли дух разумного существа воплотиться в неподходящую телесную оболочку — может быть, как Ивоннель и Квентл Бэнр. Киммуриэлю хватило бы одного пальца, чтобы пересчитать своих друзей — если Джарлакс вообще был ему другом. По крайней мере, тот был ближе всех остальных к этому званию.
Может быть, Громф Бэнр, может быть, Беньяго Курт, может быть Браэлин Джанкуэй. Это были его коллеги, с ними установилось некое взаимное доверие, а к Громфу он питал неохотное уважение — больше, чем к любому другому дроу или представителю любого другого народа Фаэруна.