Без пощады (ЛП)

— Не такой уж и малый, и общее мнение скоро изменится, — заверил его Джарлакс. — Они контролируют большую часть городского хозяйства.
— Но они слабы.
— В городе — да, но у них есть ниточки, за которыми нужно следить и иногда подрезать. Пойми, они пользуются благосклонностью Ллос, и более того — благосклонностью восьми домов в правящем совете. Всех восьми. Даже Облодра.
— Похоже на устранение цели, — сказал Закнафейн. — Просишь меня убить кого-то в обмен на то, что вытащишь меня из города? Ну, если это жрица Ллос, то я согласен.
— Если бы всё было так просто! — ответил Джарлакс. — Нет, здесь необходимо куда больше — и опасности, и смекалки. Я сомневаюсь.
— Потому что я не опасен и не смекалист? — с фырканьем спросил Зак.
— Ты и то, и другое — возможно, больше любого из моих знакомых, не наделённых великой властью с рождения. Но последствия могут коснуться не только тебя. Они могут коснуться и дома До'Урден, если мы не будем предельно осторожными.
— Мы всегда предельно осторожны.
— Боюсь, что могу припомнить историю-другую о том, как мы бегали по паутинным балконам Чед Насада.
— Там нас было трое, — напомнил Закнафейн, и Джарлакс вздрогнул при упоминании Аратиса Хьюна, который когда-то был ближайшим союзником и главным советчиком командира наёмников. — И тогда я тоже, — продолжал Закнафейн, — был очень осторожен, смекалист и опасен. Смертельно опасен.
— Действительно. Я по-прежнему работаю кое над чем — мне нужно многое обдумать и проделать большую подготовительную работу, — пояснил Джарлакс. — Когда ты сможешь вернуться?
— Подозреваю, пройдёт по меньшей мере месяц, прежде чем я снова смогу улизнуть из дома До'Урден.
— Хорошо. Мне потребуется это время. И может быть, придётся обдумать эту возможность получше.
— А если это окажется невозможно?
— Тогда я найду другой способ вытащить тебя из Мензоберранзана на затяжной… отдых, — пообещал Джарлакс.
Закнафейн кивнул, затем прикончил свой напиток одним огромным глотком и встал из-з стола. Едва кивнув старому другу, оружейник покинул таверну, возвращаясь в дом До'Урден.
— Слышала? — спросил Джарлакс жрицу Даб'ней, подошедшую к столу, как только ушёл Закнафейн.
— Только окончание. Хочешь впутать Закнафейна в наши дела с домом Ханцрин? Он тесно ассоциируется с крупной городской семьёй, — предупредила она. — Ты запросто можешь развязать войну.
— Я всегда получаю выгоду от войны, — незамедлительно отозвался Джарлакс.
— И как велика будет твоя выгода, если Закнафейна убьют? — спросила Даб'ней. — Как велика будет твоя вина, если не убьют его, зато убьют его сына?
— Не так уж и велика, — признал Джарлакс. — И поэтому мы должны действовать с умом. Хочешь сказать, что расстроишься, если придётся отправиться в дикое Подземье вместе с Закнафейном?
Ответом Даб'ней стала улыбка, задержавшаяся на несколько мгновений, прежде чем жрица спросила:
— Думаешь, мать Мэлис отпустит его?
— Это лёгкая часть, — ответил Джарлакс. — Куда сложнее — то, что может случиться, пока его не будет.
Услышав собственные слова, наёмник задумчиво откинулся на спинку стула. Готов ли он зайти так далеко, пытаясь укрепить роль Бреган Д'эрт, как могущественной силы в Мензоберранзане? Вовлекая Зака, он действительно рискует развязать войну между домами, причины которой можно будет отследить до него. Хуже того, Джарлакс прекрасно понимал, что если в тоннелях Подземья дела пойдут скверно, скорее всего Ханцрины уничтожат всю его экспедиционную команду.
Включая Закнафейна, каким бы умелым тот ни был.
Готов ли Джарлакс так сильно рискнуть?
Время тянулось невыносимо медленно, пока Закнафейн продолжал заниматься своими обязанностями в доме До'Урден. Насколько мог судить оружейник, мать Мэлис не узнала про его тайную вылазку на Улицы Вони для встречи с Джарлаксом — по крайней мере, она не наказала за неё Дзирта и ничего не сказала самому Заку.
Теперь оружейник проводил время почти исключительно на первом ярусе, ярусе для простолюдинов, без продыха занимаясь с домашней стражей — координируя их дозоры и оттачивая боевые построения. Он поднимался на второй ярус лишь иногда, по ночам, когда Мэлис вызывала его к себе в постель.
 
Он не хотел делать ничего, что могло бы вызвать гнев верховной матери — теперь, когда у неё был способ причинить ему настоящую боль.
Уязвимость. Да, именно так. Закнафейн и представить себе не мог подобное чувство беспомощности и искренней эмоциональной боли. Он думал о многих часах, проведённых с младенцем после падения дома Де'Вир, о связи, которую установил с Дзиртом.
Теперь он подозревал, что Мэлис специально допустила эти визиты. Хотя собственное сердце женщины очерняла тень госпожи Ллос, она прекрасно понимала уязвимость родителя. Она наверняка считала это слабостью, и скорее всего с самого начала подозревала, что Закнафейн подобной слабостью наделён.
И была права. Теперь Зак отчётливо это понимал.
Впервые в жизни он боялся её. Впервые в жизни он знал, что она может его сломать. Она всегда могла убить Закнафейна, пытать его, даже превратить в драука. Упрямый Закнафейн способен был принять такой риск.
Но теперь… теперь Мэлис могла сделать всё это с его ребёнком.
Она могла сломать его.
Он работал с парой десятков воинов у загона для ящеров в задней части первого яруса, когда внутрь вбежала посыльная, задыхаясь от спешки.
— Закнафейн, оружейник! — выдохнула она, когда увидела Зака.
Каждый её шаг ударял по сердцу Зака, как будто кто-то бил его барабанной палочкой.
Молодая женщина резко остановилась, едва не врезавшись в него несмотря на исключительную ловкость дроу, и сунула ему пергамент.
— В тронный зал, немедленно, по приказу матери Мэлис! — выпалила она.
— Я занят…
— Немедленно! — крикнула на него женщина. — По приказу матери Мэлис отказ не принимается. Немедленно!
Зак взял пергамент у неё из рук и прочёл его на ходу, а потом отшвырнул, когда понял, что это всего лишь подписанная Мэлис записка без намёка на причину для спешки.
Он боялся, что знает, в чём дело. Он боялся за Дзирта.
Он изо всех сил старался шагать уверенно и твёрдо, пересекая зал и направляясь к возвышению, где сидела Мэлис в окружении троих дочерей. Его несколько утешал тот факт, что ни одна из них, даже Бриза, не казалась довольной — а ведь они были бы довольны, в особенности Бриза, ожидай его жестокое наказание.
Последние несколько шагов он приглядывался к Вирне, но она была бесстрастна, почти скучала.
— В последнее время тебя почти не видно, — сказала ему Мэлис, когда он подошёл к ступенькам, ведущим к трону, и поклонился.
— Я не покидал дом.
— Ты мало времени проводил среди знати.
— Мы уже семь лет не участвовали в войне, — объяснил Зак. — Я боюсь, что менее… преданные среди нас разучились сражаться иначе, чем в поединке один на один. Эти уроки следует обновлять, и поэтому я…
— Да, да, да, — отмахнулась Мэлис. — Уверена, что твои усилия хорошо нам послужат. Но ты оружейник, и твои обязанности не заканчиваются на том, чтобы выстраивать пешки в боевой порядок.
— Я доступен старшему сыну или любому знатному дроу для индивидуального обучения, если они того пожелают.
— Хватит разговоров об обучении, скучный глупец, — упрекнула его мать Мэлис. — Ты — одно из главных лиц дома До'Урден. Твоя самая важная роль — развлекать меня по моей причуде. Кроме того, ты должен быть доступен и в Мензоберранзане, а не только для сил нашего дома.
— Вы хотите, чтобы я отправился в город?
— Не на Улицы Вони, если ты на это намекаешь, — быстро ответила верховная мать. — Нет, время от времени возникают другие возможности, и я ожидаю, что ты будешь их использовать — чтобы ярко осветить девятый дом Мензоберранзана.
 
— Всегда к вашим услугам, великая мать Мэлис, — сказал он с очередным поклоном.
— Сегодня нам предложили как раз такую возможность, — объяснила она. — Верховная мать Бэнр послала мне записку про экспедицию, покидающую город с целью разграбить мелкое поселение грязных свирфнеблинов. Нам предстоит победить гномов, и я рассчитываю, что твои личные победы затмят всех остальных участников.