Плутовка

— Пораженческие разговоры, мисс Китс. Признаюсь, в первый момент, когда до меня дошел смысл того, что натворила Нэнси, я немного погорячился. Прошу меня простить!..
Вирджиния удивленно вскинула брови.
— Значит ли это, что я могу остаться?
— Да, именно это я и хотел сказать.
Она облегченно вздохнула.
— Благодарю вас! Вы очень великодушны…
— Великодушие здесь ни при чем. Мне нужен секретарь — человек, который помог бы привести дом в порядок. Вы обратились к нам в поисках места и получили его. Добро пожаловать в Стэнфилд-холл, мисс Китс. Надеюсь, что в вашем лице обрету надежного партнера.
Лицо его, когда он произносил эти слова, было совершенно бесстрастным, так что Вирджинии оставалось лишь гадать относительно их искренности. По крайней мере, в одном она теперь могла быть спокойна — ей не придется возвращаться в Лондон и искать новое место.
— Благодарю вас, — повторила она. — Мне было бы жаль отсюда уезжать. Вы не пожалеете о своем решении, даю вам слово.
— Нисколько в этом не сомневаюсь, — тихо промолвил Рич.
Вирджиния была готова работать день и ночь, не покладая рук, чтобы показать, на что способна.
— Кстати, — заметил полковник Дикерсон, когда она уже собралась уходить, — меня зовут Рич. Если уж нам предстоит вместе работать, думаю, лучше обойтись без формальностей.
— Я не согласна. Если не возражаете, я бы предпочла обращаться к вам полковник Дикерсон. Коль скоро мы будем работать вместе, лучше, если между работником и работодателем сохранится некий барьер. До свидания, полковник Дикерсон.
— Как вам будет угодно, мисс Китс. Спокойной ночи…
Хотя Рич и не признался в этом Нэнси, но в последующие недели он был приятно удивлен, даже поражен, успехами Вирджинии; ее работа была безупречной. Но еще сильнее поражало его другое — он находил ее все более и более очаровательной как женщину, и последнее обстоятельство уже невозможно было игнорировать.
Когда Вирджиния сидела за письменным столом, прямая и строгая, целиком поглощенная делом, склонив голову над бумагами, он не мог отвести глаз от мягкой линии ее щеки, от длинных шелковистых ресниц. Часто Рич ловил себя на том, что любуется шапкой золотистых волос, светло-карими глазами, в которых светился живой ум.
Несомненно, она была одной из красивейших женщин, с которыми ему доводилось встречаться. Что касалось работы, Вирджиния была удивительно толковой и исполнительной. С ним, своим работодателем, она неизменно была подчеркнуто вежлива. Словом, идеальная секретарша.
Ричу было приятно сознавать, что теперь, когда у Нэнси появилась такая замечательная помощница, ей больше нет нужды выбиваться из сил. С Вирджинией он старался вести себя нейтрально, никак не выказывая своего расположения, следя за тем, чтобы не переступить черты, которая, по его мнению, в принципе должна разделять работника и работодателя. Хотя последнее с каждым днем становилось для него все труднее.
Вирджинии нравилось работать с Нэнси, нравилось ее общество. Хотя с тех пор, как в Стэнфилд вернулся Рич, забот у нее значительно прибавилось, Впрочем, она относилась к этому легко и непринужденно. Вирджиния понимала, он проверяет ее, хочет посмотреть, на что она способна. Это даже забавляло ее.
Когда Рич в своем неуемном желании заполнить стэнфилдские конюшни чистопородными скакунами колесил по стране, посещая аукционы, или пропадал в Лондоне, Вирджиния редко видела его, и в такие дни, несмотря всю свою занятость, часто спрашивала себя: уж не скучает ли она по полковнику Дикерсону?
Нередко в воображении Вирджиния рисовала себе образ Оливии, покойной жены Рича, пыталась представить себе, какой она была. Вирджинии казалось странным то обстоятельство, что на имени этом в доме словно лежало табу, по крайней мере, при ней оно не упоминалось ни разу. Не было ни фотографий, никаких иных свидетельств того, что у Рича когда-то имелась жена. Возможно, рассуждала Вирджиния, для него всякое напоминание о ней было слишком болезненно.
Однако, невзирая на таинственную завесу, окружавшую имя покойной жены Рича — а возможно, благодаря этой завесе, — Вирджиния изнывала от любопытства. Впрочем, она держала язык за зубами. В конце концов, разве имела она право лезть в чужую жизнь?
 
Интересовала ее и фигура Кристины Кингсли — красавицы, сопровождавшей Рича в Эскоте, — которая вела себя так, будто он был ее мужем или, по крайней мере, женихом. Были ли они близки? — спрашивала себя Вирджиния. С ней ли он проводил время, когда ездил в Лондон?
Вирджиния старалась гнать прочь подобные мысли. Возможно, полковник Дикерсон действительно привлекательный мужчина. Что с того? Это не должно нарушить ее душевного покоя. Между ними установились чисто деловые отношения, и таковыми они и должны остаться впредь.
Однажды воскресным вечером, вернувшись в Стэнфилд из Лондона, где она проводила уик-энд в обществе Салли, Вирджиния увидела стоявший возле дома блестящий черный «бентли». Решив, что у Рича гости, она взяла сумку и, не желая его беспокоить, направилась в свою комнату.
Рич принимал Пола Кингсли и его сестру Кристину. Он пригласил Пола полюбоваться двумя лошадьми, которых приобрел на прошлой неделе в Донкастере, и был неприятно удивлен, обнаружив, что тот явился вместе с сестрицей. Последняя, скрестив перед собой длинные ноги, восседала на просторной софе, занимавшей центр комнаты, потягивала коктейль и курила сигарету, заправленную в тонкий мундштук.
Стоявший у окна Рич видел, как к дому подъехала Вирджиния — она была очаровательна в своем коротеньком, прямого покроя, розовом платье.
— Думаю, нам пора возвращаться в Лондон, Рич, — сказал Пол. — Скоро стемнеет, а путь неблизкий.
Он подошел к окну и, увидев выходившую из машины Вирджинию, тихонько присвистнул.
— Ну и ну! Кто это чудесное создание?
— Мисс Китс — мой секретарь.
Кристина встрепенулась и устремила подозрительный взгляд к окну, где стояли мужчины. Пол с нескрываемым любопытством повернулся к Ричу.
— Секретарь? Признавайся, дружище, ты держишь ее подальше от чужих глаз, верно?
Тем временем Вирджиния открыла заднюю дверцу и наклонилась, чтобы достать сумочку, не подозревая, что выставляет напоказ свои хорошенькие ножки.
— Боже правый, Рич, да она красотка!.. — пробормотал Пол и задумчиво наморщил лоб. — Сдается мне, я уже видел ее однажды… Нет, не может быть! Такое лицо я запомнил бы на всю жизнь. — Пол буквально пожирал Вирджинию взглядом. — Как ты можешь работать, когда рядом с тобой такая женщина?
— Все очень просто, Пол, — рассмеялся Рич. — Не все же такие похотливые распутники вроде тебя.
— Как тебе удалось заполучить такое сокровище? — не унимался Пол.
— Я здесь ни при чем. Это все Нэнси. Когда я вернулся из Лондона, мисс Китс уже была здесь, в Стэнфилде, и уже успела приобрести репутацию незаменимой. Я вынужден был признать: она действительно чрезвычайно способная и умная юная леди. У меня рука не поднялась ее уволить.
— Кто же, будучи в своем уме, уволит такую красавицу? — воскликнул Пол. — Послушай, Рич, пусть зайдет, выпьет чего-нибудь вместе с нами. Мне было бы приятно с ней познакомиться.
— Возвращаясь из Лондона после выходных, мисс Китс сразу идет к себе и до утра уже не показывается. У нее свои правила, которых она строго придерживается.
— Правила создают для того, чтобы их нарушать. — Пол лукаво подмигнул Ричу. — Что, если сегодня она сделает исключение? То есть, конечно, если ты любезно попросишь ее об этом. Если откажешься, я сам сделаю это.
Рич шумно вздохнул.
— Хорошо, но, если она откажется, не говори мне, что я тебя не предупреждал.
Выйдя в холл, он встретил Вирджинию у лестницы.
— Мисс Китс?
Увидев Рича, она кивнула и вдруг почувствовала, что ее сердце затрепетало от восторга.
— У меня в салоне друзья, они скоро уезжают в Лондон.
— Я так и поняла. Видела машину у дома.