На все четыре... (СИ)
— Если будет куда возвращаться, — недовольно буркнул Кабан, но махнул рукой своим бойцам. — Собираемся. Брать только оружие. Клоп, возьми четверых: ты остаешься за старшего.
— А вы куда? Что, бросаете нас?
— Да никто вас не бросает. Завтра же вернёмся. Вон, без нас там революции уже устраивают. Макса научим «родину любить» и вернемся. Давай, действуй…
Гвоздь терпеливо ждал, пока Кабан пререкался с подчиненными, хотя в душе всё кричало о том, что нужно действовать быстрее. Что могут не успеть. Хотя вечер только начался, и до темноты ещё было время. Но ощущение утекающих сквозь пальцы минут никуда не девалось…
— Гвоздь! — стоило им появиться в Откормочный как к нему подскочили Потап и Пастух. — Горыныч отказался дать людей! Сказал, он в наши разборки не лезет. «Разбирайтесь сами!»
— Та-а-ак… — протянул Гвоздь. — И ты, Брут?
— Чего? — не понял Потап.
— Ничего! — отрезал Гвоздь. — Кабан, давай со своими ребятами со мной. В Левашово сначала.
— Чего опять?
— Измена.
Глава 18
Немец
Малиновка смогла выставить на "войну" 16 человек. Нет, в принципе-то, могли бы и больше, если поднапрячься. Вот только толку с того "ополчения" было бы явно немного. Ну кто там мог усилить ряды отобранных бойцов? Кирза — однозначно, да. Шаман у Севера, вроде как, воевал. Винтик, Щепа — уже с большой натяжкой могли считаться бойцами. И на этом, вроде как, и всё. Бывшие рабы из Рябково на эту роль не годились совершенно. Башка со своими «головастиками» тоже. Да и оружие, которое могли выделить ополченцам было далеко не лучшее.
А так получалось всё логично. 16 автоматических стволов в анклаве и на бой выходит ровно 16 человек (17-й автоматический ствол, ПП Кедр, всё-таки оружие, скорее, ближнего боя, и его отдали Шаману в резерв.) А в армии два РПК, девять АК-74, три АКМ и два АКСУ. И состав — тоже вполне логичный. Только опытные и уже повоевавшие бойцы. Ни одного новобранца. Два взвода самого Немца были в полной готовности. И Тёмыча, и Рона. Восемь человек. Сам Немец девятый. (Молодежный взвод Башки так же уходил в резерв. Сегодня "в бой идут одни старики.") Караульный взвод Белки тоже в полном составе (там опыта, конечно, поменьше, со времен войны с просветовцами они в боевых не участвовали. Да и пулемета у них во взводе нет, как в его взводах. Но девки там все боевые, и в бой рвутся. Можно и на них рассчитывать), а вот от взвода разведки всего два человека. Сам Шрам, да Юшка. Леший в командировке, и кто его знает когда вернется, а Маря в больнице с ранением (с них же все тогда и закрутилось). Ну и сама Эльба, командовавшая караульным и разведвзводом. Итого — семь. Вместе — шестнадцать.
А вот это-то как раз и проблема. Хуже не придумаешь, когда в отряде дваравных командира. Успеха от такой операции не жди. А Эльба, как не крути, ни в чём ему не уступает. А, возможно, даже, кое в чём, его и превосходит. Вот только выдержки ей командирской явно не достаёт. Немец, может быть, и готов бы был подчиниться ей, вот только сомнения, что она будет правильно руководить, были огромные.
Впрочем, уже ночью эта проблема разрешилась сама собой. К Немцу подскочил Ратибор из учебного взвода и позвал к Эльбе.
— Что там случилось? — слегка встревожился Гарольд.
— Там Мини прибежала. Ну эта, из Левашова. Говорит: Гвоздь Горыныча арестовал! В подвал посадил, под замок.
— За что?
— Я не знаю. Но Эльба сказала тебя звать. Надо там что-то решать.
— Идём.
Всё оказалось совсем скверно. Перепуганная девчонка многого не знала, но по косвенным признакам Гвоздь каким-то образом узнал, про готовящийся мятеж Макса и решил собрать бойцов в Откормочном. И Горыныч, отказавшийся давать людей, автоматически попал под подозрение. Вот и схватили Гвоздь, с появившимися бойцами, Горыныча, да троих его самых ближних сподвижников. Чумака, Фому да Бэтмена. И всех четверых заперли под замком в подвале. А почти всех старших угнали в Откормочный. В самом Левашово осталось от силы человек пять, условно «старших», под командой Му-Му.
— Нужно срочно предупредить Макса! — сказал Гарик, выслушав сбивчивую речь испуганной девчушки.
— Князю мы уже доложили по телефону, — заявил Сафрон, прибывший с пятью бойцами заменить малиновцев на блокпостах, пока они воюют. — Он сказал, что человека к Максу отправляет немедленно. Ни о какой атаке на Откормочный уже и речи не идет. Наоборот, ему, Максу этому, нужно самому уходить из Западного. Но там много мелких. В общем, пока там организовывают эвакуацию, нам нужно тут всё-таки пошуметь — авось отвлечём.
— Горыныча нужно вызволять! — подала голос и Эльба. — Он — нормальный парень. Не то, что этот утырок Гвоздь!
— Нужно автобусы отправить туда, — подала голос четвертая участница совещания, Кирза, командовавшая "ополчением" (10 разнокалиберных ружей, два карабина, два обреза, ПП Кедр… Сила немалая по нынешним временам.)
— Куда туда? — не сразу врубилась Эльба
— И в Левашово, и в Западное, — спокойно объяснила Кирза. — Ребят вывозить. Там же не только Горыныча с Максом нужно вывести, но и мелких, и девчонок разных. Я думаю многие уйти захотят. Но ночью, по темноте… Многие потеряются.
— Она права, — поддержал и Сафрон. — Я не знаю, подумает об этом Князь или нет, но подстраховаться стоит. У вас же есть автобусы?
— Да. Три штуки, не считая кинопередвижки. После войны с цыганами получили.
— Вот и отправляйте. Два к Максу, и один в Левашово.
— Так и сделаю.
— Кого за руль посадишь? — Эльба интересуется
— Шамана, Вилку и… Винтика, наверное, всё-таки.
— Добро. Действуй.
— А что со Стальмостом? — Немцу же нужна была определенность по ранее поставленной задаче.
— Стальмост по прежнему в приоритете. Эту задачу с нас никто не снимал. Впрочем, там народу, похоже тоже не осталось, так что занять его должно получиться без труда. Но вот потом, Гвоздь обязательно попробует вас оттуда выбить.
— Надо раздёргать его силы, — предложила Кирза. — Чтоб он не знал куда кидаться в первую очередь.
— Ну так я и говорю! — воодушевилась Эльба. — Я со своими взводами, со Шрамом и Белкой вхожу в Левашово. Навожу там шороху, отбиваю Горыныча и его ребят, а ты со своими берёшь на шпагу Стальмост. Ну а Макс в это время уводит своих ребят из Западного.
— У нас у самих не так много сил, чтоб их ещё больше дробить… — хмурился Немец.
— Так мы ж не будем пытаться удержатьЛевашово. Мы только Горыныча освободим и отойдем. А потом к тебе на Стальмост подойдем в усиление.
— Я, к сожалению, оставить ваши блокпосты не могу. Так как они могут ударить из Левашово, опять же, — заявил Сафрон. — Но я попросил Князя усилить вас на Стальмосте хоть чем-то. Тот согласился. Так что помощь будет. Людей, конечно, много выделить Князь не сможет, но обещал и пулемет настоящий прислать, и тепловизоры, и ночники. Ну и Макс, когда отойдёт, тоже к вам уйдет. В итоге десятка три должно набраться. Справитесь.
— Дай-то Бог… — пробормотал Немец в раздумье.
— Только действовать нужно уже сейчас. Не ждать до назначенного времени оставшиеся два часа, а прям сейчас. Иначе потом может оказаться поздно. В первую очередь — для Макса.
— Значит — действуем! — решительно выпрямился Немец, поправляя ремень автомата, перекинутого через плечо.
— Действуем! — не менее решительно согласилась Эльба.
— Удачи вам, ребятки! — негромко пожелал Сафрон. — Ни пуха ни пера.
— К чёрту! — в один голос ответили малиновские генералы и, переглянувшись, вышли из комнаты, служившей им штабом.