Запретная любовь царя лабиринтов
– Вот, держи! – мне торжественно вручили свечу и подняли мои руки со свечкой над головой. – Вот так держи! И р-р-р-раз! И два-а-а-а… И… Ты что? Не рад?
По лицу Альтаира было видно, что он вообще не рад. И даже кислая улыбка, вымученная, как моя зарплата, не придавала ему радостного выражения.
– Неужели? Не понравилась?! А! – выдохнула красавица, покачнувшись и хватаясь за сердце. – Мамин подарок уже не нужен совсем взрослому мальчику! Мама сейчас будет плакать!
– Ну… – промычал Альтаир, явно не желая расстраивать маму. – Рад конечно! Красивый. Подарок.
Улыбка стала чуть шире. Альтаир даже расправил крылья, делая вид, что в жизни не получал подарков.
– Мама сама выбирала! Хотела ленточку, но не успела! Так спешила! – тут же заулыбалась мама, украдкой смахнув несуществующую слезинку. – Скромненькая и со вкусом!
Свечка загорелась у меня в руках, а я, как истукан смотрела на всё, происходящее. Я сошла с ума! Точно! Наверняка за мной сейчас по центральному парку гоняются санитары! А кто-то снимает на камеру мой эпический забег.
– С днём рождения, Тай! – ласково проворковала “мама” и запрыгала на месте, хлопая в ладоши и звеня украшениями, – С днём рождения, любимый сыночек! Желаю тебе счастья, любви, здоровья, понимания, успехов и крепкой завесы! Пусть процветают перекрестки!
Она что? Сотрудник гибдд? Ну тогда понятно, откуда у него дворец, а у мамы такие цацки.
– Задуй свечу и загадай желание. Ах, как быстро растут дети! Совсем был маленьким, цокал за мной: “Мама! Мама Геката!”, а теперь уже вон какой! Ну, давай! Задувай! – все еще умилялась мама, сложив руки на груди.
Не надо мне никуда задувать! Тоже мне сквозняк! Альтаир кисло посмотрел на меня, а я почувствовала себя шестым тостером на свадьбу, кружкой на восьмое марта и пеной для бритья на двадцать третье февраля.
– Ну мам, – скривился Альтаир, пока я стояла с горящей свечой, как дура. Горячий воск стекал на мои пальцы,а мои руки нервно дрожали. Я что? Именинный пирог? Только не говорите мне, что меня просто отложили на будущее под эгидой: “Не ешь, это на День Рождения!”.
– Гаси ее!!! – послышался голос матери, а я подпрыгнула, собираясь дать деру. Где там был выход?
Внезапно меня оплело заклинание! Натурально, словно золотые цепи вырвались из рук той, что называла себя Гекатой.
Глава 6. Куда мамин подарок выбрасывать?!
-Мама, – терпеливо выдохнул Альтаир. В его глазах стояло страдание взрослого сына, горячо любящего маму на расстоянии. – Все мои желания уже сбылись! Так что у меня нет желаний!
– Ну же, Тай! Давай, не стесняйся! Не может быть такого, чтобы у тебя не было какого-нибудь желания! – умоляюще пролепетала мама, а её подбородок и нижняя губа затряслись, – Ну порадуй мамочку! Загадай желание и загаси!
“Тай! Ути бозецьки ты мой!”, – передернуло меня, пока я пыталась освободить руки. Просто зайчик, просто лапочка. Можно иметь огромные крылья, копыта, рога и жрать случайно заблудившихся девушек, но при этом быть маминым “Таем”.
Альтаир закатил глаза и громко выдохнул. Царь чувствовал себя неловко, но мамочка, видимо, не хотела этого замечать совсем. Воск стекал уже к локтю и я была на грани бросить эту свечку прямо в его доставучую мать!
– Хочу, чтобы… – сдался Тай и начал нехотя произносить желание вслух.
– Нет! Нет-нет-нет, дорогой! Вслух нельзя! – замахала руками родительница и округлила глаза, – А то не сбудется! А мамочка и так услышит! Ну, загадал? Задувай! На счет три! И ра-а-а-а-аз! И два-а-а-а-а! И три-и-и-и-и! Ура!
Альтаир резко махнул крылом. Пламя свечи сдуло вместе со мной. Правда, не слишком далеко. Только до ближайшей колонны, в которую я врезалась ровно в той позе, в которой стояла.
Мама захлопала в ладоши, звеня всей своей сокровищницей. То, что у него мама – настоящий клад было понятно даже тому, кто видел ее впервые. А мне искренне хотелось ее куда-нибудь закопать!
– Вот так умничка! – похвалила его женщина, подходя ближе и потрепав царя за щеку, – Совсем большой стал! Скоро вообще забудешь мамочку!
И ее подбородок предательски дрогнул. Меня чуть не стошнило от умиления. У каждого маньяка есть заботливая мама. Я для себя решила, что мне в этой семейной идиллии делать нечего. Я даже пожалела сумасшедших красавиц, которые так рьяно охотятся за копытами и рогами. Интересно, они в курсе, что к этому набору для холодца прилагается еще и свекровь?
– Не говори глупостей, – возмутился Альтаир, присаживаясь на не пойми откуда взявшийся трон, – Мам, а ты не надолго ли перекрестки оставила?
Тай выжидающе поднял брови, намекая маме, что родительский долг она исполнила и ей пора домой. Или на работу. Я что-то пока не поняла.
– Конечно-конечно! – спохватилась женщина, целуя Тая в щеку и звеня драгоценностями, – Наслаждайся мои подарком!
Женщина подмигнула мне и… РАСТВОРИЛАСЬ!!! С громким хлопком. А я как держала свечку выше головы, да так и осталась стоять, громко открывая и закрывая рот.
Альтаир посмотрел на меня, вздохнул и пробубнил что-то недовольно-невнятное направился ко мне. Я опасливо стала обходить колонну по кругу, помня о пожелании сердобольной женщины и представления меня, как праздничного торта. Если сейчас от меня отрежут кусочек, я буду очень против!
Золотые цепи, сковывающие мои движения, исчезли.
Царь обошел колонну с другой стороны, не с той, с которой я рассчитывала и резко опустил мои руки, выкинув свечку куда-то в угол.
– Спасиб-б-бо, – барабанной дробью зубов произнесла я, все еще готовая дать деру, – Ты меня есть не будешь? Из меня п-п-п-плохой торт получится. Невкусный! Кислый… Подумай, торту двадцать пять лет! Это уже сто процентов просрочка!
– Не буду, – твердо заверил меня Тай, закатывая глаза. О, как я его раздражала. – А теперь иди с глаз моих!
Он даже поморщился. Отлично! Замечательно! Мне два раза повторять не надо!
Я уже направилась в сторону двери, как вдруг замерла и подпрыгнула на месте.
– Куда мамин подарок выбрасывать? – эхом пронеслось по всему залу, а под потолком загорелись огромные подозрительные желтые женские глаза. – Мама все видит! Или ты думаешь, что пока мама не видит, можно выкинуть подарок?
– Мама, ну что ты! – елейным голосом произнесло чудовище, обнимая меня, как родную. До хруста ребрышек, между прочим. – Чтобы я! Выбросил подарок мамы? Да никогда!
Глаза прищурились, а потом … исчезли. Фух!
– Иди, быстро, – прошипел Альтаир, осматривая зал. Я только отлипла от него, делая шаг в сторону, как вдруг глаза снова вспыхнули, взгляд пригвоздил меня к полу.
– Так! – глаза снова открылись на потолке. Альтаир резко схватил меня и прижал к себе. Я стояла, расплющив щеку о чужую каменную грудь. – Я все вижу!
– Я просто подумал, что … моему подарку нужно отдохнуть, – произнес Альтаир, елозя мной по себе, как губкой. – Его нужно беречь! Это же твой подарок, мама!
– Ну да, ну да! – согласилась мама. – Только что -то мне снова кажется, что подарок тебе не понравился! Уж больно быстро ты решил с ним расстаться!
Пару минут мы стояли, как двое влюбленных. Потом Тай выдохнул и отпустил меня. Но отпускал медленно, все еще косясь на потолок. Я тоже косилась на потолок.
– Как ты думаешь, она ушла? – прошептал Альтаир.
– Не знаю, – прошелестела в ответ я. – А тебе на каждый день рождения дарят по бабе?
– Это тебе зачем знать? – прошипел Альтаир.
– Да я так просто интересуюсь. Ты всех их домой провожал так, что не одна домой не вернулась? – прошептала я.
Меня отпустили. И только я сейчас я заметила, что мои ноги снова вернулись на пол.
– Ч-ч-ч-что это было? – испугалась я, не понимая, в какой момент, вцепилась в Альтаира, как в единственную защиту.
– Богиня Судьбы. Геката, – усмехнулся Тай, наблюдая за тем как вытягивается моё лицо и округляются глаза, – Моя мама. А теперь слушай меня внимательно…
Тихо прошипел Альтаир и склонился ко мне.