Грех (СИ)
А он? Ведь он помнит меня. Эти его жесты, вопросы, танец…
Только он снова ушел, как и тогда, много лет назад…
Глава 7. Прогулка в прошлое
Много лет назад.
Макс и Арес.
Макс Романов — высокий тощий парень пятнадцати лет, с фантастическими мыслями о сказках и его первой влюбленности — золотоволосой малышке Лизоньки Сокольской. Первой красавице в школе, а теперь в лицее.
Лиза стала для Макса отдушиной в его жестокой реальности. Где деспотичная мама каждый день унижала парня, сравнивала его с покойным отцом — слизняком и недотепой, а сестра Белла потешалась над его первыми работами по разработке игр. Специально удаляла из компьютера его файлы наработки, проникала, как воришка в его комнату, и тащила деньги из тайника. Те деньги, оторые Макс кропотливо откладывал на подарок Лизе ко Дню Рождения, подрабатывая разносчиком листовок, хватаясь за продвижение сайтов в интернете, ретушь фотографий для именитых фотографов их города. Талантливый зеленоглазый парень, забитый авторитетом домашних мегер, находил спасение в мире своих фантазий про Сокольскую. А еще, в ежедневных встречах с единственным другом — Арсом Мадаевым.
Арс был родом из чеченской диаспоры. Полной противоположностью милого романтика Макса. Он уже многого достиг в боксе, не боялся уличных разборок. Единственное, что напрягало в его внешнем виде — это то, что он постоянно носил маски на поллица. Страшные, с черепами или кровавыми паутинами, полностью черные до глаз или, наоборот, на поллица сверху. Мадаев считал себя крутым беспредельщиком. Уличным бандитом. И образ свой подгонял под выдуманные стереотипы.
Что связывало их с Максом, даже они сами не понимали. Вероятно, действовал принцип, что противоположности притягиваются. Арс в тайне восхищался талантливым умным другом, любил слушать рассуждения Романова о новых движках на игры, созданных им фентезийных мирах. А от Арса Макс был в восторге, наблюдая его смелость, граничащую с глупостью, мускулистое тело боксера, умение за себя постоять в самых поганых переплетах.
Макс протянул другу конверт и замер, ожидая его реакцию.
Арс удивленно посмотрел на развернутый лист А4, на котором ровными строками выделялся продуманный текст. Прислонился спиной к дереву и начал читать излияния друга:
«Лиза мечтательно потянулась, вспоминая первое свидание с Максом. До сих пор мурашки по коже и хочется кричать от восторга.
Галантный будто князь из утончённой русской классики. Обаятельный как Голливудский актёр. А главное — щедрый и добрый, словно пушистый щенок лабрадора.
Неужели она наконец-то встретила собственную волшебную машинку для исполнения желаний?
Жгучий брюнет одним взглядом зелёных глаз покорил её. А как он целуется? Ммм… с ума сойти!
Когда в её скромный кабинет постучали, и курьер принёс огромный букет голландских роз, Лиза не выдержала и с минуту танцевала, обняв это чудо.
Вот это настоящий мужчина! Не то что пропахшие нахальством, самомнением и озабоченностью придурки, при первой возможности хватающие за грудь как свою собственность!
— Эй, крошка! Ты же хочешь меня, сучка? Я твой идеал в этом мире отбросов! Я твой принц на ржавой «Оке»! Я твоя мечта — будешь вкалывать со мной на огороде, мыть, стирать, готовить жрать как банда затраханных золушек и услуживать твоему самцу!
Бр-р-р-р!
Хорошо, что её наконец-то повезло, и Лиза вытянула счастливый билет.
Через час Макс позвонил и лично отпросил её у босса, подъехав на такой шикарной тачке, что у начальника затряслись щёки как у жадного, похотливого колобка.
А затем началась её сказка.
Настоящая. Звонкая. Кричащая от восторга.
Они катались по городу, заезжали в самые дорогие рестораны, где даже не бывала вечно хвастливая сестра Белла, обожающая козырять своими модными похождениями, выкладывая десятки фоток в новых шмотках.
Да все её понты не шли ни в какое сравнение с одним вечером, когда Макс попросил исполнить лично для Лизы Шопена, «Прелюдию номер 5».
Неужели всё это действительно происходит с ней? Сердце замирало от восторга, а по телу раскатывались волны тепла, когда Макс окидывал её фигуру влюблёнными глазами и подавал руку, чтобы помочь выбраться из машины.
— Загадай желание, — улыбнулся он, когда они гуляли по вечернему парку.
Этот сектор оказался на ремонте, но Макс быстро договорился с охранником, поэтому романтика ударила в душу Лизоньки с новой силой. Фонари освещали их путь, напоминая сияющих рыцарей. Прохожие с завистью оглядывались на них, потому что не могли попасть в эту возбуждающую, роскошную и немного мистическую сказку.
— Что, ещё одно? — удивилась она, глядя в его глаза. В самой глубине что-то блестело, притягивая тайной и сокровищем. Она уже дотянулась до этого сокровища, отрыла сундук, а теперь дрожащими руками поднимала тяжёлую крышку.
— Для тебя сколько хочешь, моя принцесса, — пообещал он. И Лиза растаяла, растворившись в безумной романтике вечернего чуда, сотканного из искренности и доброты.
А затем случился их первый поцелуй, нежный, слегка неловкий, но оттого безумно сладкий и вдохновляющий.
Вечер обхватил влюблённых сумрачными объятиями, разрешая этому грязному, жестокому миру хотя бы на один день стать немного светлее и человечнее.
Сегодня мир принадлежал только им. А любимая девочка только ему. Максу Романову…»
* * *— Э-эй! Ты мужик или сопливая тёлка? — возмутился Арес, единственный друг Макса, с ядовитой ухмылочкой дочитав его сочинение, — Целый фонтан, мля, розовых соплей, чуть не блеванул карамелью в конце! — Воспитанного в жёстко патриархальной семье парня возмутило пресмыкательство перед какой-то девчонкой.
— Ну-у… я так представил, — вздохнул Макс. — А вообще, как тебе эта… сказка? Совсем отстой, да?
— Ништяк, если бы тебя не знал, подумал, что ты содрал где. Стиль, короче, есть, а брутальность как у меня придёт со временем. Ну и да, тёлку погорячее надо, там сиськи побольше, жопа персиком.
— Чем-чем? — удивился Макс, оглядывая бережно сложенный вчетверо листок, словно боясь, что мамуля с Беллушкой выскочат из-за угла и разорутся на него за такие пошлости. — Только ты никому про меня с Лизкой!
— Могила! — заверил приятель, и тут же его лицо просияло догадкой. — Так это ты в Лизку из девятого «Бэ» втрескался?
— Не встрескался, а просто использовал… э-эм… её светлый образ для сочинения! — возмутился Макс. — Ты же обещал никому!
— Ну она такая себе — смазливая, хитрозадая блонда, если честно. Корчит из себя типо Тургеневскую барышню, а сама крутит жопой перед Паханом и его дружками.
— Врёшь! — руки Макса сжались в кулаки. — Лиза на такое не способна! Она светлая и очень искренняя!
— Ну да, многие тёлки искренне слюни распускают, когда в классе учится сынуля директора. Послушай совета бывалого кореша: не давай себя охмурять этой соске.
— Она не соска! Не говори так про Лизоньку! — в зелени зрачков Макса полыхнул первый огонь противостояния. За честь Лизы он впервые был готов расправить плечи и ввязаться в настоящую войну со всем миром. И с Арсом в том числе.
Друг недовольно нахмурил лоб над маской. Но быстро обуздал свои эмоции и усмехнулся криво. Первым камнем преткновения в безоблачной дружбе парней стала хитрозадая девка. Какая то Лиза Сокольская…
Глава 8. Лиза
Лиза. Настоящее…
Дома царило траурное уныние. Папа разложил на столе копии протоколов об уголовном деле. Им с мамой, как соучредителям аптек, торгующих наркотическими препаратами без рецептов, предъявляли статью за распространение наркотиков в особо крупных размерах.
— Ну как так, Ваня? Столько лет платили твоим ментам, а теперь все только плечами пожимают, — сокрушалась мама. Она подошла к горке с элитными бутылками алкоголя. За последние дни ряды спиртного поредели. На нервной почве родители все чаще расслаблялись за бокалом вина или рюмочкой коньяка с лимоном.