Грех (СИ)

Пришлось вспомнить слова психологов, что своим страхам надо смотреть в лицо. Принимать их, как данность. Если я не могу сейчас ничего изменить в этой ситуации, то необходимо изменить свое отношение к ней в целом. Постараться отрешенно, словно со стороны, наблюдать и учавствовать во всем происходящем. Решимость таяла, как льдинка под кипятком, стремительно и безвозвратно. Мне понадобились все мои воспоминания о патовой ситуации родителей, чтоб воскресить в себе решимость.
С чего начать?! Как сказать за деньги, начать разговор о вульгарном и порочном предложение своего тела?! Это позор. Ужас.
Никогда в жизни я не предполагала, что опущусь так низко. Буду стоять перед властным и состоятельным мужчиной в качестве шлюхи. Еще и надеяться на его милость. Ведь от решения Ареса зависит жизнь моих родителей.
Я сконцентрировалась на этом, вошла в образ жертвенницы. Так было проще и легче, наконец, заговорить
— Я пришла к вам с деловым предложением, — я откашлялась, потому что голос скакал с верхних нот на нижние, предательски осип. Я продолжила под тяжелым хмурым взглядом из под маски, — Мне нужны деньги. Значительная сумма — сто тысяч долларов. Моим родителям угрожает серьезная опасность. И эти деньги мне необходимы в ближайшие дни…
Арес откинулся на спинку широкого кресла и выражение его лица совсем скрылось в тени. Только губы изогнулись в ликующей насмешке и зрачки бликовали, как угли костра.
— С чего ты взяла, что я дам тебе такую сумму? — обволакивающим баритоном с хрипотцой произнес он, акцент стирал окончания слов, но смысл я уловила безошибочно.
И действительно, с чего я это взяла? Купить девушку за сто тысяч — беспросветная глупость, к тому же не девственницу. А хозяин процветающего заведения в центре города создавал впечатление очень умного и продуманного мужчины.
— Не знаю. Но я обязана использовать любой шанс на спасение своей семьи. К тому же я отработаю каждый доллар, — краска залила щеки огненным румянцем. Большего позора, чем стоять перед незнакомым мужчиной и вымаливать деньги не придумаешь!
Только выхода мне никто не оставил. Молитвы остались не услышанными и теперь единственная надежда была на порок, что клубился и сгущался в темных зрачках хозяина Греха. Если Арес воспламенится и захочет меня, то был шанс выпросить спасение для отца с матерью.
— Ты ведь понимаешь, что за такую сумму я потребую? — низкие интонации с тягучим акцентом были смутно знакомы. Тембр и глухие хрипы пугали сильнее слов. Дрожь волной прокатилась по коже. Я должна была быть готова, что Арес не потребует за деньги мыть посуду и натирать мебель антистатиком. Все шло именно к тому, чего я осознанно ожидала. Только все равно, чем ближе я подходила к краю пропасти, тем сложнее было в нее шагнуть.
— Да, Арес, — игнорируя чувства самосохранения и страха, произнесла я.
Воздух в кабинете заискрил похотью. Мужчина молча осматривал меня с головы до пят. В нем пробуждались первые эмоции заинтересованности и вожделения. Он смотрел так, словно я перед ним полностью обнаженная. Оценивающе и развратно.
Жар клубился под кожей и растекался по венам. Вся ситуация была настолько аморальной, что я старалась игнорировать здравый разум, который просто вопил бежать прочь и искать деньги в другом месте.
Только вся ирония ситуации заключалась в том, что если б было другое место, где раздавали б сто тысяч долларов без проблем, по первому требованию, то здесь в душном мрачном кабинете перед мистически пугающим мужчиной, я бы в жизни не оказалась.
— Хочу посмотреть товар перед покупкой. Раздевайся, Лиза! — приказ прозвучал медленно и с ленцой. Даже надежда на то, что я получу необходимую сумму не заглушала стыд и стеснение.
Я замерла. Вот и все. Пришло время начинать игру.
Что там Настя говорила за этого Ареса?! Что он жестокий и изощренный садист. Синяки на теле подруги были явным доказательством его предпочтений в сексе.
Чтоб не сбежать немедленно, я отогнала все противоречивые мысли и сомнения. Вздохнула поглубже и дрожащими пальцами потянула молнию на джемпере вниз.
 
Арес пошевелился, когда показалось мое кружевное белье. Черный бюстик с очертаниями груди был уже виден в просвет одежды.
Я остановила процесс раздевания, всматриваясь в движения мужчины и пытаясь разглядеть выражение его лица под маской.
— Продолжай, Лиза. Раздевайся полностью, — снова приказ. Слова уже звучали отрывистей и резче, будто его начинала раздражать моя медлительность.
В пальцах мужчины блеснула зажигалка, а в зубах он зажал сигарету. Короткий ровный язык пламени осветил подбородок и губы моего босса.
Лицо Ареса было, словно высечено из гранита ровными и грубыми линиями — чертами. При этом собиралось в единый образ властного и беспринципного палача.
Я сняла первую вещь, и моя оголенная кожа покрылась мурашками.
Арес медленно выдохнул облако сизого дыма, окружая себя еще более густым шлейфом загадочности.
Под пристальным взглядом чернеющих глаз, я потянула шнурок на поясе спортивных штанов. Справилась с завязками и стянула их до самых щиколоток. Переступила ткань, собранную в гармошку и стала гордо расправив плечи.
— Белье тоже долой, — скомандовал мой покупатель. Я окончательно почувствовала себя рабыней на средневековом невольничьем рынке.
Аукцион за меня устраивать никто не будет, так как цена уже мною назначена максимальная.
Становилось все тяжелее справляться с застежками на лифе. Пальцы дрожали и отказывались слушаться.
Арс Мадаев так смотрел, что казалось, он одним взглядом испепелял кружева на моих интимных частях тела.
Катастрофа в душной клетке. И бежать некуда. Ведь я сама напросилась на пир к хищнику…
  
Глава 16. Прогулка в прошлое
 
Арес и Макс.
Нервы Макса были натянуты до треска. Сбежать из дома — гениальная идея. Но вот только, где теперь ему жить…
Эту ночь Романов гордо переночевал на лавке в городском парке. Теперь он чувствовал себя разбитым и уставшим. А еще остро нуждался в поддержке друга.
— Братан, ты всё правильно сделал. Показал себя настоящим мужиком. Осадил придурковатых баб и указал их место, — одобрил Арес, когда Макс нашёл его на следующий день на пустыре. — Моя сестра даже не входит ко мне в комнату без стука.
— Везёт тебе, — огорченно согласился Макс, разжевывая сухую булку с маком — его обед.
— Дело не в везении. Так её воспитал отец. И ни разу руку не поднимал на нас, хотя по характеру он был очень горячий. Бери пример с меня и тоже станешь настоящим мужиком, — Мадаев поправил маску, скрывающую пол лица со лба.
— Спасибо, Арес, ты настоящий друг, — согласился Макс и проглотил таки свой сухой паек.
— Без базара! — Арес добродушно хлопнул друга по плечу.
— Слушай, когда ты рядом я тоже чувствую себя… ну, крутым, понимаешь? — смущаясь, заметил Макс.
— Ещё бы. Мы — шлюхоборцы и должны вегда держаться вместе!
— Кто-кто?
— Смотри, дружище, наш мир захватили сучки. Помнишь, как в «Титанике»? Эта тёлка залезла на дверь, пригрела жопу и ждала, пока её парень замёрзнет. А потом спихнула его в море, чтобы не мешался. Ну и слезу наигранно пустила. Думаешь, ей жалко стало мужика? Было бы жалко — нормальная баба нырнула за ним! А этой шлюшке стало обидно, что её, такую повелительницу плавающих дверей некому будет спасать, защищать от урода-жениха и родни, принимая на себя все плевки и удары. А потом трахать и ублажать до потери памяти. Улавливаешь связь? — грубо пояснил Мадаев.
— Мм… пока не очень, — пожал плечами Макс.
 
— Сейчас врубишься. Что бы сделала твоя родня, окажись они на «Титанике»?
— Хм! Мамуля захватила бы все шлюпки и приказала бы Белке продавать их самым богатым по тройной цене! — усмехнулся Макс и невольно обрадовался, что он хлопнул дверью перед лицом этих упырих. Уж лучше спать в парке и найти работу, чем вернуться обратно к этим стервам.
— Так. А чтобы сделала наша директриса, окажись она на корабле со своим обдолбанным сыном, Паханом?