Моя Теневая Империя (СИ)

— Константин, да я даже права не имею рассказывать об этом… — стиснул зубы отец.
— Их убил некромант — это я прекрасно понимаю, — сказал я. — Слышал, что Прибалтийский Союз использовал против твоей армии некроманта, как оружие.
Отец уселся на камень и устало провёл ладонью по лбу.
— Так оно и было, — кивнул он. — На западе некромантов освободили от печатей и позволили им воевать против наших войск и светлых магов. Но не всё из этой истории правда…
— Что ты имеешь в виду? — спросил я.
— Понимаешь ли, все меня чествуют, как великого полководца, но я себя таковым не считаю. Особенно после того, что случилось там — под Калининградом, — продолжил отец. Ему было тяжело говорить об этом, но он не останавливался, несмотря на дискомфорт. Думаю, ему уже очень давно нужно было выговориться. — Я потерял контроль над собой, когда увидел тёмного мага. Это был первый некромант, которого я увидел вживую. Мной овладел страх, и я не смог направлять бойцов с помощью магии слова. Понимаешь, Константин? Мы могли победить. Но солдаты бились с ним своими силами, без моей поддержки.
— Поэтому ты и перевёлся на другой фронт? — спросил я.
— Да, — кивнул отец. — Потому что у турок нет некромантов. А когда ты сказал, что эта сила пробудилась в тебе… Боже. Я испытал этот страх вновь. Лишь пару дней назад, когда ты одолел другого некроманта и защитил ту журналистку, я впервые осознал, что тёмный маг — это не абсолютное зло.
То, что случилось с отцом, это следствие длинной цепочки событий, которую сами же светлые маги и породили. Запрет на тёмную магию озлобил некромантов и превратил их в оружие для некоторых государств. Современные некроманты сами верят, что они — зло. Потому что светлые им это внушили!
Проклятье… И сам отец! Испугался бы он так некроманта, если бы постоянно видел представителей тёмной магии среди своего окружения? Нет.
Вот к чему приводит победа светлой стороны над тёмной. К тому, что настоящее зло начинает цвести там, где его никто даже не ожидает увидеть.
— Я благодарен тебе, Константин, — улыбнулся отец. — За то, что ты выслушал меня. И за то, что помог побороть свой страх. Рад, что мы поговорили до моего отъезда. Завтра я уезжаю обратно — на войну.
— В Краснодарский край? — спросил я.
Он замотал головой.
— Нет. Отправлю императору прошение о переводе, — заявил он. — Вернусь на западный фронт. Снова поведу войска на Прибалтику.
Отец — человек войны, и я не тот, кто должен его отговаривать. Однако во всём, что он мне сказал, есть один большой плюс. Он смог преодолеть свой страх. А значит, прежних ошибок он уже не допустит.
Мы вернулись домой как раз в тот момент, когда бригада магов-строителей заканчивала ремонтировать наш особняк. Роман расплатился с работниками и приветливо помахал нам рукой.
— Я уже начал за вас переживать, — улыбнулся он. — Сбежали все куда-то, оставили меня одного в доме, который вот-вот рухнет.
— Прости, Роман, у нас с Константином были неотложные дела, — улыбнулся отец. — И да, понимаю, что вы ещё не успели отойти от вчерашнего происшествия, но я хотел предложить вам устроить сегодня большой ужин. Я завтра возвращаюсь на фронт, поэтому не отказался бы отобедать с семьёй в полном составе.
— Ох, — у Романа опустились плечи. — Прости, отец, я не знал, что ты уже уезжаешь. Поэтому пригласил сегодня свою коллегу. Хотел отблагодарить её за помощь с ордой мертвецов. Остальные сотрудники бюро отказались, а она сказала, что с большим удовольствием познакомится с нашей семьёй.
— Роман, бога ради, не отчитывайся передо мной, как школьник, — рассмеялся отец. — Это и твой дом тоже. Пусть приходит.
«Она»? Интересно, а ведь среди бойцов бюро была всего одна девушка. Уж не та ли это богиня войны с копьём наперевес?
— Роман, а как зовут твою коллегу? — поинтересовался я.
— Наталья Добрынина, — ответил Роман. — Ты должен был её видеть вчера вечером. Она выкосила раза в два или в три больше нежити, чем все остальные.
Значит, это точно она. Что ж, мне будет крайне интересно с ней познакомиться.
 
Всю оставшуюся часть дня слуги готовились к предстоящему ужину. Я же отстранил Софию от подготовки и увёл в свою комнату, чтобы начать то, что обещал ей уже очень давно.
— Ты готова, — заключил я. — Пора тебе стать настоящим тёмным магом, Софа.
— Правда? — расцвела она. — Владыка, а как ты понял, что я готова?
— По многим признакам. Ты не раз доказала мне свою верность. Твои умения в тёмной алхимии тоже успели меня впечатлить. Я решил, что достаточно тебе прозябать на кухне и целыми днями убирать дом. Вчера был тот самый момент, когда мне был жизненно необходим другой тёмный маг в качестве соратника. Но такого рядом не оказалось.
— Прости, владыка. Я сделала всё, что могла, — вздохнула девушка.
— И это правда, я тебя ни в чём не виню, — кивнул я. — Пойми одну важную вещь, София. У нас появился серьёзный враг. Другой тёмный маг. Вполне возможно, что он даже не некромант, а лич. Нам потребуется много сил, чтобы одолеть его. Поэтому мы начнём обучение прямо сейчас.
Следующие три часа я обучал Софию выходить в транс, связываться с духами и искать в окружающем мире некротику. Девушка схватывала новые знания налету.
Но нам пришлось прерваться, поскольку стол был уже собран, а гостья, приглашённая Романом Владыкиным, уже прибыла в наше имение.
— Продолжай практиковаться, — посоветовал я Софии. — Вернусь с ужина — проверю, как у тебя выходит. Только не высовывайся наружу. У нас в доме целых два агента бюро. Роман и Наталья. Нельзя, чтобы они заподозрили тебя в использовании тёмной магии.
Я спустился вниз и тут же столкнулся взглядом с Натальей Добрыниной. Светловолосая девушка была белом облегающем платье с вырезом на уровне левого бедра. Вечерний наряд подходил ей не хуже, чем форма агента. Думаю, она бы и в таком виде неплохо справилась с копьём.
Наталья поздоровалась со всеми членами семьи и лишь после этого подошла ко мне. Её глаза блестели, как два солнца. Любят же светлые маги добавлять с помощью своего колдовства такие изящества. Осветлить волосы и зажечь безопасным для глаз пламенем свои зрачки. Ну и показуха…
— Рада официально познакомиться с вами, Константин, — улыбнулась она. — Я о вас наслышана.
Она невольно взглянула на мою грудь — в то самое место, где должна находиться печать света.
— Боюсь даже представить, какие слухи обо мне ходят, — усмехнулся я и помог ей присесть.
И лишь потом заметил, что Роман тоже отодвинул стул для своей коллеги. Странно… Мой старший брат вёл себя слишком суетливо. Это на него совсем непохоже.
В моей голове сложилось «два плюс два». Несколько фактов с щелчком объединились в один любопытный вывод.
Ну ты и проказник, Роман. Он ведь явно солгал отцу насчёт того, что позвал сюда всех коллег, но все кроме Натальи отказались. Уж Зубов точно пришёл бы. Мне рыжебородый командир светлых магов показался безотказным человеком.
Неужели Роман втюрился в эту колдунью? Что ж, могу его понять. Но ведь агенты бюро дают обет безбрачия. Не слишком ли вызывающе он себя ведёт?
— Как давно вы работаете с моим сыном, Наталья? — спросил отец, когда все приступили к ужину. — Он почти ничего не рассказывал о вас.
— Правда? — удивилась Добрынина. — Странно, мы с Романом воюем бок о бок уже несколько лет. Зато Роман мне много рассказывал о своей семье. Особенно о тебе, Константин.
Она вновь перевела беседу в иное русло и переключилась на меня. Кажется, отец тоже это заметил, а потому напряжённо нахмурился.
— В бюро все о тебе говорят, Константин, — заявила Наталья. — Я особенно восхищена тем, как ты, будучи запечатанным, одолел того некроманта — графа Свиридова.
— Разве это не запретная тема для бюро? — перебил её я.
Роман и вовсе не встревал в эту беседу. Хотя ему-то как раз и нужно было пресечь болтовню Натальи, пока та не разболтала все тайны их организации.
— Я думаю, семья Владыкиных имеет право знать о делах, в которых участвуют их дети, — сказала Наталья. — На самом деле, Константин, я неспроста завела этот разговор. У меня есть для тебя предложение.