Полюбить Ковбоя (ЛП)

Темнота начала рассеиваться. Перед глазами Лейси замелькали тени, когда она медленно пришла в себя. Сначала она ничего не слышала и не видела, кроме странного белого света перед глазами, но вскоре и зрение нормализировалось.
Дождь хлестал её по лицу. Даже когда взгляд полностью прояснился, она по-прежнему могла видеть только непроглядную тьму ночи. Она не могла ни слышать, ни видеть Фантома. Она позвала его по имени, и в тот момент, когда пошевелилась, её пронзила боль.
Все её тело болело. Она поняла, что едва может дышать, и попыталась сесть. Даже просто дышать было слишком больно. Лейси снова опустила голову на землю и снова потеряла сознание. Когда она очнулась в следующий раз, она гораздо лучше осознавала, что произошло, хотя боль не уменьшилась. Ей было холодно, а дождь всё ещё шел. Она чувствовала себя дезориентированной. У неё болели голова и всё тело. Лейси попыталась пошевелиться и сумела встать, но как только она перенесла вес на ногу, её лодыжку пронзила невыносимая боль.
Она огляделась вокруг. Фантома нигде не было видно. Потом она вспомнила про горного льва. Мог ли он всё ещё быть где-то поблизости? Её сердце бешено колотилось в груди. Ей нужно было укрыться. Ей нужна была защита от дождя и от льва.
Теперь её глаза могли лучше различать очертания в темноте, и Лейси искала укрытие. Лучшее, что она смогла найти — пару больших камней, спрятанных под деревом примерно в тридцати метрах от неё. Если бы она смогла до них доползти, то была бы лучше защищена. Разработав план, Лейси почувствовала себя лучше.
Паника отступала, и её уверенность в себе и независимый дух брали верх.
Она начала ползти к камням. Расстояние в тридцать метров вскоре стало казаться ей тридцатью километрами. Она боролась до тех пор, пока у неё просто не кончились силы, тогда она опустила голову и заснула.
Ей снился сон. Мать баюкала её, как ребёнка, и что-то говорила ей.
— Всё в порядке, — сказала она. — Теперь ты в безопасности.
Они катались на Фантоме под ярким солнцем. Затем пума вернулась и принялась терзать её спину и бок. Боль была ужасной. Потом она вернулась к матери, и боль прошла. Лейси хотела, чтобы боль просто ушла. Она начала приходить в себя, изо всех сил стараясь отогнать сон.
Яркое солнце грело ей лицо, и на несколько мгновений ослепляло её, пока глаза привыкали к свету. Как только она смогла сфокусировать взгляд, Лейси оглядела комнату вокруг себя. Это была не её комната.
Не комната на ранчо, но постель была мягкой, а ей было тепло. Рядом с кроватью на маленьком столике лежали мази, чистые бинты и стояла лампа.
Сначала она была очень рада укрыться от дождя, от пустыни и от пумы. Затем её осенила другая мысль. Где она?
Она услышала движение в соседней комнате. Шаги по деревянному полу. Звяканье кастрюль и сковородок. Затем дверная ручка повернулась. Дверь открылась, и на пороге появилась тень, окруженная ореолом света. Было похоже на то, что ангел Господень только что вошел в её комнату.
На мгновение Лейси подумала: «Неужели я умерла?».
Мужчина закрыл дверь и стоял тихо. Она могла ясно видеть его. У него было точеное лицо с резкими чертами. Слишком большой нос и растрепанные волосы. Его лицо покрывала густая щетина. Одежда была отнюдь не новой и не особенно чистой.
Когда он подошел к кровати Лейси, она обратила внимание на его глаза, голубые, цвета летнего неба, и они тоже были мягкими и добрыми, как ей показалось. Лейси сразу почувствовала, что ей не нужно бояться этого человека. Он не причинит ей вреда. Однако он не был знаком ей по городу, он подошел ближе и повернулся к ней.
— Меня зовут Дэниел, — сказал он. — Как ты себя чувствуешь?
— Думаю, лучше.
— Ты не хочешь чего-нибудь перекусить? До сих пор я насильно поил тебя бульоном, но, возможно, теперь тебе нужно что-нибудь посущественнее.
— Теперь, когда ты упомянул об этом, я очень проголодалась, но, думаю, было бы лучше пока выпить ещё бульона.
 
— Я принесу тебе немного, — и он повернулся, чтобы уйти.
— Подожди, — попросила Лейси. Она хотела, чтобы это прозвучало громче и напористее, но слова оказались тихой мольбой. Он обернулся. — Где я и как сюда попала? — спросила она.
— Твоя лошадь прибежала будто её задница вся в мыле, и я решил, что всадник всё ещё где-то там. Я выехал с первыми лучами солнца, и найти тебя было нетрудно. Ты лежала посреди тропы. Я привёз тебя сюда.
Лейси вдруг осознала, что на ней нет одежды. На ней была только ночная рубашка из мягкого хлопка. Незнакомец, должно быть, заметил её реакцию и понял, о чём она думает, потому что поспешил объяснить.
— Я попросил свою знакомую помочь мне с твоей одеждой. Она также лучше меня справляется с бинтами. Сейчас ты отдохнёшь, а я принесу что-нибудь поесть, — с этими словами он повернулся и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
Дэниел вышел из комнаты и направился к выходу. Он понятия не имел, что собирается делать с этой девушкой. Не то чтобы он мог с триумфом отвезти её в город и забрать награду или что-то в этом роде.
Мало кто знал о том, что он был здесь, что он вообще существовал. Никто не знал, потому что он хотел оставаться вне поля зрения общественности, особенно учитывая то, чем он зарабатывал на жизнь.
Он вернулся в дом и подошел к камину, где кипятил воду с овощами и зеленью. Это был бульон, готовить который его научила мать. Она всегда говорила, что этот бульон может вылечить что угодно.
Это было первое, что он начал делать, как только привёз девушку к себе в хижину. Это и то, что он попросил свою подругу Салли прийти и помочь ему. Салли была танцовщицей в салуне.
Однажды она подружилась с Дэниелом после драки в баре и ухаживала за ним, пока он не выздоровел. Он считал её своим другом, и она была одной из немногих, кто знал, чем он на самом деле зарабатывает на жизнь. Он был уверен, что она никогда никому не расскажет. У них никогда не было любовных отношений, но она всё равно защищала его. Она была просто хорошей подругой.
Он понятия не имел, кто эта девушка, которую он встретил на тропе, и на самом деле не хотел знать. Кем бы она ни была, она доставляла ему неприятности. Он жил здесь, в пустыне, в этой маленькой хижине не просто так.
Хижина находилась в отдалении от обычных дорог и была расположена так, что её было нелегко заметить издалека. Он прожил здесь уже семь месяцев, и ни одна живая душа не прошла мимо.
Оглядываясь назад, он понял, что, вероятно, ему не следовало привозить сюда девушку. Но было темно, гроза была в самом разгаре, и она была не в состоянии отправиться в город верхом. У Дэниела не было ни коляски, ни фургона. Для его работы они были не нужны.
Сев на пол, он задумался о событиях ночи. Это был один из самых сильных дождей в его жизни.
Он удивился, почему она забралась так далеко от города. Её травмы не представляли угрозы для жизни, в основном это были серьёзные царапины и поверхностные порезы. У неё была довольно серьезная шишка на голове и довольно серьезная травма лодыжки, но на этом всё. Денек-другой в постели, и девушка сможет нормально передвигаться. Дэниелу предстояло решить, что делать до того, как наступит этот день.
До сих пор она ела его в небольших количествах. Он хотел убедиться, что её желудок выдержит большее.
У неё была тысяча вопросов. Кем он был? Где они были? Почему он жил так далеко? Дэниел изо всех сил старался не отвечать и перевести разговор на то, что она чувствовала.
К счастью для него, она всё ещё была недостаточно сильна, чтобы действовать решительно, и ей быстро надоел допрос. Дэниел устроил её поудобнее и быстро вышел из комнаты. Лейси лежала на кровати и смотрела на дверь. Этот мужчина был странным. С одной стороны, он был загадочным, молчаливым и даже немного грубоватым. С другой стороны, его прикосновения были нежными и заботливыми, а голос — спокойным и негромким.