Все поставлено на карту (СИ)

— Заприте дверь! — крикнул один из китайцев. — Не дайте ему выбраться!
Я нырнул в клубы дыма. Двигаться приходилось быстро, так как дожидаться приезда полиции я не собирался. Конечно, предъявить мне нечего: аристократ защищался от бандитов, проникших в храм с оружием. Плюс у них явное численное преимущество. Просто мне не нужны лишние контакты с правоохранителями. Не при моей работе. Вдобавок, придётся объяснять, почему меня пытались убить челны триады. И что бы я ни придумал, меня возьмут на заметку. Такой роскоши я себе позволить не могу.
Справа возник силуэт. Метнувшись к нему, я опустился на колени, проехал на них и полоснул катаной по ногам. Раздался пронзительный, полный боли крик, и китаец свалился на пол. Наши глаза на миг встретились. Я вонзил в его грудь меч и перекатился в сторону.
Впереди кто-то двигался. Крался. Туда я и направился, обходя цель справа. И всё же, человек меня заметил. Но он не был уверен, что это не один из его товарищей. Так что бросившись ко мне, он не спешил атаковать. А когда увидел моё лицо, было уже поздно: кончик катаны чиркнул ему по шее, вскрыв артерию. Ударил фонтан крови. С хрипом и бульканьем, хватаясь за горло, китаец повалился мне под ноги.
Я отступил к стене и присел. В фиолетовом дыму тускло мерцали огни свечей, и метались тени. Ещё шесть человек. Многовато. Нужно поторопиться.
Справа возник силуэт, держащий перед собой кинжал. Кувырнувшись вперёд, я оказался рядом с ним и ударил вверх, вгоняя меч под рёбра. Пока ассасин падал, успел переместиться влево и буквально столкнулся с вынырнувшим из клубов тумана китайцем. Завопив, он замахнулся вакидзаси. Катана рассекла его наискосок, второй удар пришёлся по лицу. С воплями китаец попятился и исчез в дыму. Но на его место слева выскочил другой. Я отбил нацеленный в меня клинок и пронзил живот противника. Резкое движение стали в сторону, и на пол повалились внутренности.
Остался один. И, скорее всего, он охранял вход. Туда я и направился.
Китаец стоял перед запертой дверью, выставив кинжал и водя головой из стороны в сторону. Издалека донеслись звуки полицейских сирен. Ну, класс! Только этого и не хватало.
Размахнувшись, я запустил бильярдный шар в физиономию ассасина. Тот с хрустом размозжил ему нос. Китаец резко откинулся назад, ударился об дверь и пошатнулся. Этого хватило, чтобы я оказался рядом. Он даже не заметил меня. Катана вошла в шею сбоку, а затем вышла через трахею, разрезав её. Оттолкнув ассасина, я сдвинул засов и выскользнул на улицу.
Здесь звук сирен был гораздо громче. Добежать до ворот, сесть в машину и уехать я явно не успею. Значит, двинемся в другую сторону.
Под прикрытьем кустов я побежал вправо, добрался до ограды, через которую увидел проезжавшие мимо полицейские машины. Когда они свернули, я перемахнул через забор и спокойно направился к своему автомобилю.
Возле ворот виднелись две тачки триады — чёрные внедорожники. Они пытались уехать (водители до последнего ждали ассасинов), но полицейские их заблокировали. Ну, и отлично: будет им, чем заняться.
Спустя пару минут я отъехал от ограды и, развернувшись, направился туда, куда и собирался — к источнику Игл Иштар. Если, конечно, Альпецци не соврал.
  
Глава 25
 
Дом, который я искал, находился на окраине Петергофа. Старые деревья окружали его так густо, что мне с трудом удалось обнаружить его. Одноэтажный особняк выглядел совсем обветшалым, окна покрывал слой пыли. Неужели здесь и живёт мастер артефакторики⁈ Дом казался необитаемым.
Выйдя из машины, я открыл скрипучие ворота, сел за руль и въехал на территорию, окружённую ржавой, местами проломленной оградой. Маленький сад выглядел неухоженным, дорога заросла травой. Подкатив к самому крыльцу, я поднялся по трём каменным ступенькам и осмотрел дверь в поисках звонка. Не нашёл. Пришлось постучать.
Тишина была мне ответом. Я снова забарабанил в дверь, и вдруг раздался искажённый динамиком мужской голос:
— Что вам угодно?
От неожиданности я едва не вздрогнул.
 
— Мне нужно видеть мастера, который изготавливает Иглы Иштар, — проговорил я обычным голосом, почему-то будучи уверен, что меня отлично услышат. — Маркиз Альпецци сказал, что он живёт здесь.
— Этот пес? — раздалось после паузы. — Вы работаете на него?
— Нет. Но мы пересекались. И он был так любезен, что дал мне этот адрес.
Снова повисла тишина.
— Как вас зовут, молодой человек?
— Владимир Оболонский.
На этот раз пауза длилась дольше. Затем невидимый собеседник произнёс:
— Повернитесь налево. Нет, только голову. Спасибо. Можете войти.
Щёлкнул замок. Потянув дверь на себя, я открыл её и вошёл в прихожую.
Контраст с внешним обликом дома оказался разительным!
Внутри был не просто сделан ремонт. Хватило нескольких секунд, чтобы понять, что старые стены — всего лишь маскировка. Они окружали настоящий бетонный бункер, помещённый в потрескавшуюся кирпичную скорлупу.
— Смелее! — раздалось откуда-то из глубины дома.
За моей спиной сама собой закрылась дверь. Щёлкнул замок.
Пройдя по коридору, я заглянул в арку и увидел большую гостиную. Окна были забраны стальными ставнями. Мебели были мало, но выглядела она современно.
— Сейчас я подойду, — теперь было ясно, что голос шёл из динамика. — Располагайтесь.
Подумав, я сел на диван лицом к двери. Через пару минут она открылась, и в комнату, опираясь на трость, вошёл старик с собранными в хвост седыми волосами и гладко выбритым лицом. Одет он был в рабочий комбинезон и футболку. Хозяин дома остановился на пороге, и ярко-голубые глаза остановились на мне. Человек буквально впился в меня взглядом.
Я счёл вежливым подняться.
— Прощу прощения за беспокойство. Мне не хотелось вламываться без приглашения, но у вас есть то, в чём я очень нуждаюсь. Иглы Иштар. Назовите цену, и…
— Вы не узнаёте меня?
В голосе старика прозвучало удивление, смешанное с сожалением.
Я пригляделся к его лицу. Но никто не откликнулось в памяти.
— Мне очень жаль, но мы не знакомы. Вы с кем-то…
— Зато я вас узнаю, господин! — перебил старик дрогнувшим голосом. — Конечно, не удивительно, что вы не помните меня. Прошло столько лет… Да и были вы совсем маленьким, когда мы виделись в последний раз. Это я, Фёдор! Служил камердинером у вашего батюшки.
Слова хозяина дома застали меня врасплох. Разумеется, помнить его я не мог, так как оказался в теле Оболонского уже после того, как его спрятали в женском монастыре. Но подавать виду было нельзя.
— Фёдор⁈ — изобразил я удивление и неуверенно улыбнулся. — Ты ли это, в самом деле⁈
Как камердинер оказался мастером артефакторики, к которому меня отправил Альпецци⁈ От такого поворота голова могла пойти кругом.
— Я, Ваше Сиятельство! — расплылся старик в радостной улыбке. — Он самый!
Играть следовало ва-банк. Я быстро направился к нему, раскрывая объятия.
— Старый друг! Как же я счастлив, что ты до сих пор жив!
— А я — видеть вас. Признаться, не думал, что свидимся ещё. Я здесь отшельником.
Мы обнялись. Похлопав старика по спине, я отстранился.
— Так ты артефактор?
Фёдор кивнул.
— Да, Ваше Сиятельство. Всегда был.
Я прищурился.
— Погоди-ка! Не ты ли делаешь Иглы для моего опекуна⁈
— Конечно, я! Кто же ещё? А на что они вам?
— Да есть один проект. Но давай по порядку. Мы так давно не виделись, что негоже начинать сразу с дела.
— Да-да, — закивал старик. — Чаю? Я как раз собирался заварить свежего.
— Ну, раз собирался.
— Подождите здесь, господин, я мигом.
— Давай помогу.
— Нет-нет! Ни в коем случае! Я ещё не настолько немощен.
Он вернулся через несколько минут, неся в руке поднос, на котором стояли чайник и две кружки.
— Хорошая заварка, — сказал он. — Попробуйте. По моему собственному рецепту.
— Кто приносит тебе продукты? — спросил я, наблюдая за тем, как бывший камердинер разливает тёмно-коричневый напиток.