Не допивай ближнего своего (СИ)

Рома, словив взглядом Лайнела и проигнорировав Бриссора, спросил у своего вампира:
— Этот болезный всегда такой или только мне так везет?
Затем уже обратился к Лену:
— Ты не заметил, что на улице ночь, может, ну его это море до утра? Честно, ну чем тебе так эта соленная лужа приглянулась? Хочешь, я тебе ванну налью?
Бриссор вздохнул и покачал головой. Наивный человек всерьез рассчитывал остановить его супруга?
— Фу, какой ты нудный, — Лен сделал большие грустные глаза, зная, как их небесно-синий оттенок притягивает неподготовленных слушателей. — Ну, пожаааалуйста, что тебе стоит? Мы встретим там рассвет, посмотрим на звезды, плавая на спине. Ночь — время особенное, и народу никого. Я проверял.
— Ладно, ладно, я пойду, все равно не отстанешь. Чувствовал же, что вместо того, чтобы тратить время на готовку ужина для вас, между прочим, кровососы вы бессовестные, стоило пробраться в рубку и попробовать взлететь на этой махине, — Рома ворчал, уходя в их, общую с Лайнелом, каюту.
Уже в комнате, быстро переодеваясь, человек, на мгновение забыв о слухе вампиров, пробормотал:
— Лен действительно кровопийца. Типо комара. Вечно пищит и все время появляется из ниоткуда.
Лен прижался к супругу и, приподнявшись на носочки, поцеловал того в губы.
— Хе-хе, а я не теряю хватки, всегда работает.
— Знаешь, я согласен с Ромой, ты тот еще жук.
Бриссор подтянул к себе Лена и сладко поцеловал супруга.
Рома сидел на подстилке и нервно наблюдал за неадекватным беловолосым вампиром. Лен носился по пляжу, делал сальто назад, ходил на руках и весело смеялся.
— Интересно, а вампиры сходят с ума?
— Всякое бывает, но этот псих неизлечим. Пока не занимается жертвоприношениями, я не считаю нужным беспокоиться, — хмыкнул Бриссор.
Лайнел с упоением рыл яму недалеко от Ромы и собирал все приглянувшиеся ракушки. Сейчас он больше чем когда-либо походил на ребенка. Рома незаметно для себя улыбнулся. Можно ли считать их друзьями? Парень тяжело сходился с людьми, никогда никому не доверял и со всем справлялся самостоятельно… Но что-то было в этих совместных безумствах. Роме нравилось учиться у Лена, только холодная уверенность всегда спокойного и молчаливого Бриссора слегка нервировала, а Лайнела еще до разговора, где-то в глубине души, Рома и так принимал за младшего брата. Доверчивого, открытого, немного наивного и бесхитростного, его хотелось оберегать. Даже эта странная парочка опекала Лайнела.
Роман встал и прямиком направился в море, собираясь то ли искупаться, то ли просто избавиться от гнетущей близости Бриссора. С первой встречи этот воин заставлял человека нервничать. Плавал Рома не очень хорошо, даже плохо, но вот сидеть на берегу сейчас казалось опаснее.
Как всегда незаметно подобрался Лен, вампир просто вынырнул рядом.
— Теперь понятно, чего ты не хотел идти. Плаваешь ты так, словно вместо рук и ног у тебя макаронины.
Роман захотел возмутиться, но вместо этого тихо, не ругаясь, пошел на дно.
Лен подхватил парня под мышки и поплыл с ним к берегу.
— Не паникуй, я уже чувствую ногами дно. Расслабься и ляг на спину, я тебя придержу, все хорошо.
Человек откашлялся и сам встал на дно, выругавшись, все же спросил:
— Идиота кусок, если ты видел, что я не очень хорошо плаваю, зачем было выныривать и пугать меня?
— Я по-другому не умею. К тому же у тебя всегда такое забавное лицо становится при виде меня, — Лен подошел ближе и попросил: — Не злись, вытяни руки у меня для тебя подарок.
Рома выдохнул, посчитал до пяти, но ладонь вытянул, уже понимая, что подарок от Лена — это почти угроза.
Вампир с полным восторгом на лице шлепнул на ладонь медузу, та растеклась по руке, розоватые щупальца свесились в воду.
— Вот, еле поймал, пришлось глубоко нырнуть. Правда она прикольная? — вампир широко улыбнулся и потыкал в тельце пальцем. — Совсем как желе, которое мне по вкусу пришлось, хотя оно и странное, зато веселых расцветок.
Рома взвыл, роняя «подарок» в воду и схватился за руку.
 
— Она ядовитая! Блядь, больно же! — человеку впервые захотелось заняться охотой на вампиров всерьез. Не на всех, только на одного конкретного.
Лен сжал зубы и, перекинув Рому через плечо, на максимальной скорости выбежал на берег.
— Бриссор! Лайнел! Рому отравила медуза, — возвестил вампир и уложил злого, гневно сопящего, человека на подстилку.
— Да не насмерть, упокойтесь вы все. Больно, неприятно, но нестрашно, — попытался отбиться от вампиров донор. — У нас многие существа ядовиты для человека, но не опасны при этом.
Рома выдохнул, все еще сжимая руку, и отполз от вампиров подальше.
— Лен, не стоит все, что видишь трогать. Это может не очень хорошо закончиться и для тебя.
— Извини, — погрустнел вампир. — Мы изучили большую часть ваших основных языков и общие сведения о порядках людей, политической системе некоторых государств, экономику и часть животного мира. Но подробности приходится узнавать без вспомогательных программ, а это дольше.
Лен подполз к человеку и взял Ромину кисть в свою.
— Я могу помочь, если это схоже с ожогом, то…
Не договорив, Лен лизнул ладонь и принялся смачивать ее слюной. Жар спадал, печь стало не так сильно, а вампир, вдохновившись возможностью все исправить, шустрее заработал языком.
Роман ошарашено смотрел на вампира, затем, подняв голову, тихо прошептал:
— Лен, не стоит, и так пройдет. Это неудобно, слишком… Двусмысленно. Да и твой муж смотрит на меня странно, а его я действительно боюсь. — Человек попытался отдернуть руку, но вампир не отпускал:
— Лен, ну, пожалуйста… Честно, Бриссор опаснее медузы.
Мужчина продемонстрировал внушительные клыки и, подавшись вперед, погладил Лена по спине. Лайнел тактично отвернулся, уши алели из-под отросшей копны светлых волос.
Вампир лизнул еще пару раз, выпустил ладонь и отклонился, погружаясь в объятия Бриссора, облокотился о грудь супруга.
— Не беспокойся, этот гигант умеет быть нежным, — расплылся в улыбке Лен и демонстративно облизнулся. — Я, правда, очень-очень извиняюсь и хочу искупить свою вину.
— Все хорошо, ты передо мной ни в чем не виноват. Ты ведь не знал, так что все в порядке, тем более медузы по-своему красивые и безобидные существа. А вот подобные сведения о твоем муже абсолютно меня не касаются, — человек тоже покраснел, когда заметил, как властно легла рука Бриссора на бедро Лена. — Лайнел, пойдем, я тебе кое-что покажу.
Встав с подстилки и, прихватив с собой юного вампира, донор принялся собирать плоские камни на берегу, попутно что-то объясняя подростку.
* — Милый, что это было пару мгновений назад? — вкрадчивым тоном поинтересовался у Лена муж.*
* — Не знаю, сначала я хотел помочь, а потом дотронуться до него… Знаешь, его кожа и запах очень приятны, — задумался Лен и прижал к себе руку Бриссора. — Тебе он совсем не нравится?*
*— Внешне он ничего. Но… Сложно что-то сказать о человеке, когда он так старательно тебя игнорирует. Если ты не заметил, — Бриссор вздохнул, поцеловал супруга в висок, — Он нормально общается с тобой и Лайнелом, а от меня бегает.*
* — Я тебе говорил, что с другими нужно разговаривать, иначе они никогда не узнают, какой ты на самом деле замечательный, — Лен вывернулся и встал на колени, потерся щекой о щеку, поцеловал в уголок губ. — Люблю тебя.*
Бриссор самодовольно улыбнулся и словил губы мужа, вовлекая того в страстный поцелуй. Шестьсот лет брака не прошли совсем бесследно: все, о чем стоило говорить, обсуждалось уже не раз, все, о чем можно было спорить — давно решено, да и в постели испробовано немало. Нет, любовь никуда не делась, не стала слабее, но вот влюбленности, страсти уже не было давно. Как бы Бриссору не хотелось, но Лен прав. Им нужен кто-то еще, и желательно не вампир, не тот, кто внесет в их союз еще и свои потери. Оторвавшись от любимых губ, воин пристально посмотрел на играющих Лайнела и Рому.