Не допивай ближнего своего (СИ)
* — Ты слишком добр,* — показательно-расстроено вздохнул беловолосый и переместился к Бриссору. Напоследок произнес уже по-русски: — Я бы хотел с тобой поиграть еще, Рома.
* — Лен, сохраняй спокойствие, — бросил Бриссор.*
* — Он назвал нас педиками. Думаешь, я не посмотрел слэнг местных? — зашипел Лен. — Тупой гомофоб, чтоб ему в черную дыру провалиться.*
* — Лен, — коротко и четко, с одним понятным им двоим оттенком.*
И беловолосый мигом успокоился, растерял свою ершистость и, устроившись на коленях мужа, прижался к его груди.
* — Вот самое оно, чтоб у этого сердце не встало, — буркнул под нос Фобиос.*
Лимир молча поставил перед Ромой стопку водки. На прищуренный и подозрительный взгляд Камелы, в котором читалось «где взял это пойло?!» с немым продолжением «я тебя потом убью», техник пожал плечами и изобразил святую невинность.
Рома принюхался и храбро опрокинул в себя стопку, закашлялся, когда спиртное обожгло горло и с надеждой посмотрел на Лимира.
* — Между прочим, гомофобия отчасти признак латентного гомосексуализма. Поймите, это у нас почти половина гомосексуальны по своей природе, это обычный, социально-биологический механизм контроля за рождаемостью. Подсчитайте сами, в среднем гетеросексуальная вампирская пара за свою жизнь производит на свет семерых детей, а человеческая троих. В результате этого у них геями являются по последним данным тридцать три процента населения, что для нас смешная цифра. Многие не хотят попадать в эту группу, в это меньшинство. Из-за страха быть отвергнутыми социумом они подменяют свой интерес агрессией, — Камела запнулся и замолчал, понимая, что увлекся.*
Откуда-то сбоку к охотнику подошла вампирша, невысокая, полноватая, немолодая, и какая-то по-домашнему уютная, женщина тихо спросила:
— Может, со мной поговоришь?
— Да, — облегченно выдохнул Рома, невольно расслабляясь в присутствии женщины.
— Итак, ты сказал, что не воин и не верил в нас, но, тем не менее, у тебя было оружие. Кто занимался твоей подготовкой? Верят ли другие? И сколько вас?
— Я сам занимался, стрелял по банкам, даже попадал, иногда. Не знаю, сколько верит по-настоящему, сколько играет в это. В моем городе есть две группы: моя и вторая, но там совсем дети, лет по двенадцать-тринадцать. С группами из других городов мы общаемся на сайте «Охотник на ночных убийц», — затараторил донор и потом сдавленно спросил. — Теперь вы меня съедите? Да? Только не насилуйте, пожалуйста.
Парень вновь всхлипнул, собираясь расплакаться.
* — Насиловать? — подал голос Лен. — Фелесия, ты слышала? И это еще мы извращенцы. В голове этого парнишки полный дурдом творится. Камела, его кровь вообще пить хоть можно? — хихикнул беловолосый и уже по-русски продолжил: — Съесть говоришь? Хм, звучит соблазнительно…
Фелесия цыкнула на разгулявшегося знакомого и вернулась к человеку.
— Мы не едим людей, — спокойно произнесла женщина, но не удержалась и добавила. — Вы жесткие, калорийные и питаетесь гадостью. За лишением девственности обратись к кому-нибудь другому, среди нашей расы насильников нет.
Роман покраснел до кончиков ушей, а Фелесия сказала:
— Вот кровь нам интересна, — но заметив, как поежился человек, уточнила специально для этого ненормального. — Но не вся. Только чтобы восстановить силы, потом тебя покормят и дадут отдохнуть. Ты сможешь пообщаться с другими людьми или вампирами, если будешь вести себя прилично, конечно.
* — Похоже на то, что мы уже знаем, — встрял Фобиос. — Лимир, начинай проверять сайт.*
* — Уже делаю, — пальцы техника со знанием дела порхали по планшетнику.*
* — Отлично. Улик мы не оставляли, группа Романа сама не заинтересована в продолжение контактов с нами. Один из потенциальных доноров оказался родителем кого-то из охотников, думаю, этим фанатикам будет не до нас. Уйдем из города, продолжим в другом месте.*
Фобиос задумчиво потер подбородок, и слово взял Бриссор:
* — Разумно. Я бы предложил рассредоточиться по стране, затем континенту. Не будем испытывать судьбу и дразнить местную власть.*
Воин прижался губами к светлой макушке супруга и устало закончил:
* — Нужно избежать даже маловероятных сражений. Думаю, не только я хочу по возможности жить в мире с местными и не бояться за свою семью*.
Лен вскинул голову и запечатлел на подбородке любимого согласный поцелуй.
Роман, как завороженный следил за парой гомиков, спокойно и не скрываясь демонстрирующих нежные чувства прилюдно, то есть привампирно. Странно, но кроме раздражения они вызывали и другое чувство, что-то на подобии грусти. Покорно последовав куда-то за рыжей женщиной, он вновь, в этот раз внимательнее, осматривал помещение, в которое попал.
Фелесия остановилась, выслушала девушку-врача и развернулась на девяносто градусов, небрежно бросив через плечо:
— Не отставайте, молодой человек.
В полутемном помещении пахло склепом. Нет, Рома никогда по склепу не бродил, но пахло именно им. Тут бесконечными рядами стояли столы, пустые и чистые, только один единственный был занят. Там лежало иссохшее тело, скрюченное, серое, абсолютно мертвое. Человек остановился, не желая подходить ближе, но женщина неожиданно легко перебросила его через плечо и понесла, успокаивая на ходу:
— Не бойся, все хорошо, ничего страшного с тобой не произойдет.
Затем, поставив извивающегося юношу на ноги, словила его руку и быстро прокусила запястье. Прислонила рану к мертвым, высушенным временем губам. Первый же судорожный глоток мумии — и ветреное сознание покинуло Рому, уступая блаженной темноте.
========== Глава 20 ==========
— Ну, Илья, — Фобиос потянул с юноши одеяло, но парень вцепился в него мертвой хваткой и вновь замотался с головой. Только иногда капитан углядывал смущенное лицо парня. Борьба уже шла добрые пятнадцать минут и безрезультатно.
— Почему ты не хочешь? Доктора нужно слушаться, — Фобиос погладил выглядывающую макушку и коварно дернул одеяло на себя. Ткань затрещала и в когтях вампира остался внушительный кусок.
Илья отгородился подушкой. Если получилось один раз, это не значит, что парень теперь всегда готов к таким «приключениям». Да и в спортзале после ночи с Фобиосом пришлось ограничить количество подходов к тренажерам, а от занятий на некоторых из них вообще отказаться. Поскольку юноша продолжал отмалчиваться, Фобиос решил действовать иначе. Словив ногу Ильи вампир нагнулся и поцеловал его лодыжку, затем прошелся языком ниже до пальчиков, и прикусил за большой, тихо предупредив:
— Или ты объясняешь, почему нет, или я начинаю без тебя.
— Как это без меня? — дернулся Илья. — Черт, щекотно!