По эту сторону. Дом с секретом и истинные лица. Часть первая.
– Никогда, – сходу отреагировала Таня. – Я поддерживаю позицию твоих свёкра и свекрови и точно знаю, что и для меня такая ответственность не подходит! А уж про занятия я и вовсе молчу – возьми Вике репетиторов, и пусть подтягивают.
– Таня! Это твоя сестра!
– И что? – Татьяна удивлённо прислушивалась к себе – ничего-то у неё не щемило, не тянуло, не болело. Странно… может, она стала какой-то жесткой, бесчувственной?
– Таня, я не думала, что ты… ты станешь такой! Вы же сёстры, вы должны друг друга любить, заботиться друг о друге!
– Мам, во-первых, это насильно не бывает, во-вторых, всё, что ты перечислила, – штука обоюдная, а в-третьих, извини, но у меня свои планы на моё время. Ты почему-то даже не спросила, есть ли они, может, я с кем-то планирую в отпуск поехать, может, просто отдохнуть хочу!
– Вот и отдохнёшь с Викой.
– Нет, мам, с Викой я сидеть не буду, заниматься не буду и даже присматривать за бабушкиной дачей не собираюсь, ты же и это хотела мне поручить? Верно я поняла? – Таня пожала плечами. – Мам, давай закончим с этим – ничего не будет! Я рада, что у вас всё хорошо, а теперь, извини, но мне пора идти.
– Куда? Куда идти? – звучало в трубке, пока Таня скидывала звонок, так что ответ старшей дочери Ирина уже не услышала:
– Куда? Наверное, куда-то вперёд! В глушь, в тайгу, к горностаям!
Таня собрала свои вещи, а потом отправилась складывать препараты, которые могут пригодиться в командировке, да ещё почитала, что там такое может быть с горностаями.
«Странно, что Уртян не разузнал подробнее, что там за проблема, раз уж он у горностаев в долгу. Ну ладно, посмотрим по ходу дела, что и как!»
Крамеш мрачно наблюдал за лисом, который отправился прогуляться по Москве. Уртян вёл себя как нормальный человеческий парень – правда, из-за своей яркой внешности и пышных длиннющих волос он привлекал много внимания, особенно от представительниц женского пола, но, похоже, ему это нравилось!
– Какой-то он очень уж сияющий, такой скалящийся направо-налево, – брюзгливо каркнул Крамеш.
– А ты не придираешься? – Вран сидел на ветке рядом и косился на приятеля, а дождавшись неопределённого фырканья, предложил: – Может, сказать Соколу, чтобы Таню не отпускал?
– Да чего там не отпускать? Я ж с ней лечу, присмотрю уж как-нибудь! Слушай, а ты не слыхал… этот Урчик-Юрчик не говорил случаем, есть у него какой-нибудь талант? Сейчас вроде у многих просыпаться начало…
– Нет, точно не говорил, я бы запомнил. Интересно, а почему сейчас? Ну, что такое приключилось?
– Потому что исконные земли очищаются, становятся сильнее, поэтому и мы можем больше, чем недавно, – пояснил Крамеш. – Ты же мне сам рассказывал про тявинскую огнёвку, помнишь?
– Помню, конечно. И правда, интересно, есть ли у Уртяна что-то подобное? А если есть, какое?
– Точно не огонь – у Тявина в роду огнёвок не было, это мне Шушана говорила.
– Ну, вот и понаблюдаешь! – решил Вран. – А я, если что, при случае у Тявина уточню.
Глава 3.
Лисий гонщик
Нельзя сказать, что Соколовский не насторожился поведением Уртяна. Нет, даже не так… Не было у него причин, чтобы тому особенно доверять. Наверное, потому, что за свою не такую уж и короткую жизнь он привык доверять только самым-самым близким. Остальные, даже те, с кем он долго общался, не видя от них никакой подлости, всегда были «в зоне риска».
– Да вроде ничего, а как прижмёт… кто знает, что перевесит. Неразумно на себе рисовать мишень и нарываться на прилёт чего-то острого, да ещё, бывает и отравленного! Нет уж, у меня себя запасного нет! – примерно так рассуждал Соколовский, скрывая свою недоверчивость за лучезарными улыбками и изящным выстраиванием отношений – так, чтобы даже вопросов не возникало «почему ты мне не доверяешь»?
– А что, разве обязан? – мог бы ответить Филипп Иванович.
Мог бы, но даже до вопроса такого не доводил, ибо нечего!
Именно поэтому Филипп озаботился уточнением того, а разумно ли отправлять свой ценный актив – Татьяну – с конкретным малознакомым лисом.
Изначально он дозвонился до Тявина, который подтвердил, что да… есть у него такой троюродный брат. Шалопай приличный, но вообще-то для его нежного возраста… всего-то двадцать девять лет, это вполне свойственно. В качестве иллюстрации шалопаистости Тявин рассказал, как он самолично носился по лесам за безбашенным лисёнком, который сбежал «поохотиться на охотников».
– Да, в болото он их увёл, конечно, но там такая канонада была по нему… Я думал, что поседею, пока не выловил этого авантюриста! – поделился Тявин. – А так как я не любитель седины на собственной шкуре, больше я его к себе не брал. Правда, с того времени прошло уже пятнадцать лет, может, поумнел…
Соколовский навёл справки ещё в одном месте, где ему сказали, что Уртян, конечно, лис не самый спокойный, но опять же возраст… Лисёнок почти, что с него взять? Но если уж говорит, что кому-то нужна помощь, значит, она и правда нужна.
Следующим этапом было уточнение у Руухи, но она лично этого типа не знала.
– Знает Лёлик – они где-то с ним сталкивались.
Лёлик на вопрос только пофыркал:
– Уртян? Нескучный такой… Большой спец по поиску приключений на свой хвост. Отчаянно злится, когда его Тяночкой называют, за это по морде можно схлопотать. Дар? Нет, насколько я знаю, раньше никакого не было.
Именно после этих разговоров Соколовский и решил познакомить Уртяна с Таней. А вот потом будто бы засомневался, отчаянно жалея, что сам не может поехать…
«Что-то он финтит, по-моему! Эх, жалко, не получается сейчас дозвониться до Тявина! Переговорить бы с ещё разок не помешает!» – озадачился Соколовский.
Йиарна ответила вместо мужа, объяснив, что он сейчас в тайге, совершает оббег территории в истинном виде, так что временно вне зоны доступа.
«Жаль, жаль… Ну ладно, придётся рискнуть, – решил Сокол. – На всякий случай Крамеша озадачу. Этот-то за Таню любого лиса в узелок завяжет!»
Крамеш, получив строгие инструкции, если что, не церемониться, мрачно покивал:
– Лучше бы ему ничего такого даже не думать, иначе не то, что без хвоста останется… а может и без головы внезапно оказаться! – мрачно процедил Крамеш.
***
Таня косилась на иллюминатор, в котором от края и до края горизонта была тайга, но не такая, как в прошлую её командировку, когда леса были укрыты снегами.
«Красиво как! Интересно, получится ли у меня по лесу пройтись…» – думала Татьяна, которая в тайге летом не была ни разу в жизни.
– Скоро уже прилетим! – рассуждал рядом с ней Уртян. – Потом, правда, ещё надо до деревни добираться, но это уже попроще. Вас я с комфортом доставлю до места, а если этот мрачный тип не прекратит сверлить меня взглядом, то будет добираться своим ходом, то есть лётом! Что, может, и к лучшему… Правда? – чем дальше он был от Москвы, тем свободнее вёл себя со своими спутниками.
– Без Крамеша я и шагу не сделаю! – мило улыбнулась Таня, а Крамеш уставился на лиса таким взглядом, от которого более впечатлительный тип вышел бы из самолёта без парашюта!
Правда, Уртяну было всё нипочём. Он белозубо улыбнулся, заявил, что просто шутит, и снова принялся болтать с самым невинным видом.
«Вот болтун-то! – думала Таня. Она вообще-то привыкла к тому, что в её профессии очень многое зависит именно от общения с хозяевами животных, так что чужое многословие воспринимала как поток информации, из которого можно добыть что-то полезное. – Но когда так говорливы НЕ люди, поневоле задумаешься о причине этого… Это он сам по себе такой говорливый лис или его кто-то из людей такому научил? При этом он такой дружелюбный и вежливый со мной, что… что это кажется слегка преувеличенным, особенно на контрасте – с Крамешем-то лис общается не очень… прямо скажем!»
Если честно, то дорога её утомила. То ли дело, когда они ездили в прошлый раз – с Крыланой ей было несоизмеримо спокойнее, да что там говорить, даже присутствие Соколовского, вокруг которого моментально образовывался кружок поклонников, не так напрягало.