По эту сторону. Дом с секретом и истинные лица. Часть первая.

– Ну как какое?! Родовое! Когда человек, зная, кто перед ним, называет одного из рода моего мужа другом и желает что-то!
«Пожелание неуязвимости? Как? Как он ЭТО заполучил? – картины полнейшей безопасности Уртяна в любой, даже самой патовой ситуации проплывали перед его внутренним взором. – Мне ОНО НАДО! Вот она – настоящая компенсация! Они у меня все увидят, все попляшут!»
***
С плясками в данный момент было сложно – он изо всех сил дёргал плечами и головой, пытаясь разорвать непонятные путы, сковавшие его тело.
– Проклятый ворон! Что ты со мной сделал? – взвыл Уртян, осознав наконец, что ему не вырваться.
– Не мешай, я начальству звоню! – процедил Крамеш.
– Отпусти! Я ничего такого ей не сделал, мне просто нужна неуязвимость!
– Ты мне надоел! – сверкнул чёрными глазами ворон. – Заткнись и постой так!
Дар речи покинул Уртяна, словно ему кто-то громкость выключил – он пытался заорать как можно громче, но только беззвучно открывал рот, как рыба, выброшенная на берег.
Ему только и оставалось, что наблюдать, как Таня, морщась, поднимается с земли, отряхиваясь от сосновых иголок, как говорит с Соколовским Крамеш, оказавшийся неожиданно умным и опасным соперником.
Но даже тогда Уртян не осознал, во что вляпался. Он-то думал, что максимум, что будет, – это отказ Сокола с ним сотрудничать.
«Ну рассердится, ну поорёт, да и что? Ну родителям скажет. А они что сделают? Да ничего! Они сами во всём виноваты! Мать – потому что её мать кицунэ, а отец – потому что на матери женился, хоть и знал, кто у неё в родителях!» – Уртян сердито следил за Крамешем, который во время разговора ходил взад-вперёд по полянке, и ожидал, что его отпустят, ну или родителям отвезут. Почему-то в угрозы отвезти его Соколу или заставить самому туда перемещаться он ни разу не поверил – зачем он там нужен-то?
«Пугает гад крылатый! – насмешливо фыркал Уртян, стремительно пришедший в себя. – Ну, давай уже, отпускай меня!»
Вместо этого ворон приблизился и пристально посмотрел ему в глаза…
– Крамеш, а чего это с ним? – Таня уже почти дошла до машины, но тут мимо на максимальной скорости промчался Уртян, вопивший что-то вроде «спасити-памагити», причём абсолютно никаких признаков опасности рядом не наблюдалось!
– Ему кажется, что за ним бегут восемнадцать очень голодных медведей! – довольно объяснил Крамеш. – Не спрашивай, почему восемнадцать… Так вот мне придумалось!
– А не перебор? – осторожно уточнила Таня. – Слушай, он обратно бежит…
– Нет, не перебор! – отозвался ворон. – Для начала в самый раз, а потом посмотрим. А что обратно… так куда его гонят, туда и бежит. А! Погоди-ка… Счас!
Он дождался, когда Уртян окажется рядом, подножкой уронил его на землю, на секунду поймал взгляд лисотварюшки неразумной и…
– Слушай, а на крыше машины он чего делает? – поинтересовалась Таня, усаживаясь в салон и опасливо косясь вверх.
– Да, видишь ли… В этой местности такие затейливые мишки… взяли и превратились в крокодилов. Здоровенных таких! И эти крокодилы лезут на машину!
– Так машина же едет…
– А что им, трудно, что ли, догнать и залезть? – флегматично поинтересовался Крамеш, аккуратно объезжая здоровенную лужу. – Они у меня вообще очень талантливые, все восемнадцать!
– Ты его отпустишь?
– Я? Неее, он с нами полетит! Соколовский велел доставить на разбор полётов!
«Ой, лучше бы ему тут от крокодилов бегать! – подумала Таня, невольно посочувствовав предприимчивому лису. – И Тявина очень жалко – он расстроится!»
 
Глава 6. Бандеролька в пути
 
Тявин закончил осмотр территории и размеренно трусил к дому, с удовольствием предвкушая вкусную еду и заслуженный отдых, правда, стоило ему только увидеть, как выглядит Йиарна, как вся его безмятежность испарилась, словно её и не было!
– Что случилось?
Впрочем, он мог бы и не спрашивать – Йиарну переполняла ярость и сдерживаться она уже просто не могла!
– Этот-гад-обманул-нас-всех-увёз-и-напугал-Таню! – содержательный рассказ Йиарны перемежался бросками огненных сгустков, точечно попадавших в здоровенную песчаную ямищу, специально вырытую Тявином для таких случаев. А что? Очень, знаете ли, полезно, когда у вас жена – огнёвка!
  
Тявин огнём не владел, он вообще не имел никаких особых даров, но в данный момент ощутил, что и без дополнительных средств мог бы устроить «троебрату» крайне весёлое и занимательное времяпрепровождение.
– Да зачем? Что ему надо было от Тани? – сквозь зубы прошипел Тявин.
– Пожелание неуязвимости, как у тебя! – выдохнула его супруга.
– Ыыыть! – содержательно высказался лис. – Ну всё, теперь я до него точно доберусь! Где эта скотина?
– Сокол тебя разыскивал, сказал, что его сотрудник-ворон, который Таню сопровождал, сумел остановить и обезвредить Уртяна и теперь везёт его в Москву. Велел тебе передать, что с Татьяной всё в порядке. А ещё ему нужны контакты родителей этого иллюзиониста!
– Понял… Но сначала с его родителями я сам пообщаюсь! – Тявин хорошо знал законы лисьего сообщества и понимал, что за проступок Уртяна, по-хорошему, платит он сам, а если виру, то есть штраф за себя, он потянуть не в состоянии, то это могут сделать его родные. Ну… если захотят, конечно!
После разговора с Тявином и подробностей, которые были им озвучены, мать и отец Тяночки срочно выкупать сыночка призадумались – когда открылись подробности произошедшего, степенная и уважаемая лисья пара была в настоящем шоке.
– Как он обманул Сокола? Что значит пугал его ветеринара для пожелания? Да чем? Чем он мог пугать? Зубы показал в истинном виде?
Откровения о том, что сын может наводить иллюзии, заставили родителей Уртяна в растерянности переглянуться.
– У него открылся дар иллюзий, а он нам ничего не сказал? – вообще-то это считалось ужасным неуважением…
Дар, который появлялся у лисёнка или взрослого лиса, был поводом гордости для всего рода! Это праздновали, чествовали владельца дара, хвалили его родителей, воздавали должное предкам, а тут… Это что же получается? Сын скрыл от них это? Но почему?
– Вот пусть он вам сам об этом и рассказывает, а я хочу вас попросить о том, чтобы вы не торопились соглашаться на виру! – сказал Тявин.
– Но… как же? Урик… Мой лисёночек… У него просто нет денег на выплату. Наверняка Сокол захочет много! – заторопилась чадолюбивая мать Уртяна. – Если что, бабушка его поможет, тем более такой дар – это же от неё! Её наследие!
– Угу, и то-то я смотрю, он бабушку уважил! Взял и ни звука не тявкнул о том, что у него он есть! – сходу расстроил собеседницу Тявин. – Так что по вире не торопитесь! Тем более что я сам сейчас в Москву собираюсь, на самолёте быстро будет.
– Ой, ты с вирой хочешь помочь? – вдохновились родичи, припомнив, что нынче Тявин вообще-то весьма состоятельный лис.
– Нет, с этим и лапы марать не стану! А вот за Таню с Урика спрошу! – прорычал лис.
– Я с тобой! Заодно и родителям покажусь! – заявила Йиарна, решившая, что яма с песком это, конечно, очень здорово, но кое-кто очень уж сильно и старательно нарывался, и нехорошо это просто так спускать!
Родители Урика крепко уповали на его обаяние и умение выходить сухим из воды, так что не очень-то поверили последнему заявлению Тявина, а зря…
Сам Уртян в это время самозагружался в самолёт, то есть шёл по трапу вверх, глядя прямо перед собой и шагая ровно, словно по струночке.
Крамеш даже не счёл нужным идти прямо за ним – велика честь, и так никуда не денется, а уж тем более после поездки на крыше собственной машины, с ногами, молотящими по воздуху, словно Тяночка изо всех сил плывёт.
– Слушай, а что это он делает? – Таня недоумённо пожимала плечами, а потом всё-таки решила уточнить.
– Отлягивается от крокодилов! – содержательно объяснил Крамеш. – Теперь главное что?
– Что? – переспросила Татьяна.
– Содрать его оттуда до выезда на трассу! Хотя лично мне он там больше нравится! – Крамеш сдерживался изо всех сил, чтобы не прибить лисопаразита так, как он того заслуживает, и уповал только на то, что, как ни крути, но у Сокола всё равно фантазия богаче!