Семнадцатая жена

Бесконечный, казалось не знавший конца, маскарад угнеталАнастасию, убранство залов, в которых можно проходить курс минералогии, раздражало. Вокруг сотни гротескных масок, сверкавших драгоценными камнями, переливавшихся пурпуром перьев и перламутром жемчужных нитей, слепящий блеск украшений, во время тьмы нищеты на пяти континентах. Все оттенки цветового спектра в исполнении шёлковых тканей на фоне геологической коллекции в отделке залов, в черноте войны в сотне регионов. Приглушённые разговоры и искусственный смех под нескончаемый гомон оркестра, исполнявшего попурри из бравурных похоронных маршей с преобладанием виолончелей, которым аккомпанировал шелест платьев в тишине голода на окраинах столиц. Классические костюмы и туники, викторианские смокинги и метровые шлейфы, камзолы и кимоно, шелка и соболя, невероятность современной моды переплелась с мотивами прошедших веков, исторгнув под свет хрустальных люстр гомункула из бантов, мантий и металлов.
Сам дворец, словно только и построили ради празднества. Анфилада из огромных залов, каждый из которых был оформлен в своей цветовой гамме, неизменно поражая размерами и обилием произведений искусства, образовывала многоугольник с каскадом тропического сада во внутреннем дворике, в кущах которого спрятался оркестр. Словно уменьшенную копию водопада Виктория облекли в шестицветную оправу — голубая, красная, зелёная, оранжевая, белая и фиолетовая залы сменяли друг друга, так что можно было видеть лишь часть одной, причудливо освещённой капризным и изменчивым светом, бросавшим жуткие блики на маски публики. И Кларисса вознамерилась провести её по ним всем, но спасибо ей уже за то, что избавила от общества Дмитрия Идена, практически толкнув к нему своего мужа. Бедный Обен, он к ним так и не вернулся, неужели их разговор до сих пор не кончился? Но неприятные встречи на этом, к сожалениюженщины, не закончились.
Попытавшись расслабиться, Анастасия приняла приглашение на танец от нескольких кавалеров, поучаствовала в разговорах компаний по интересам, облегчила поднос одного из официантов, и вновь встретилась с Клариссой. На пороге красной залы они попали в толпу, окружившую Юлию Девил и пытавшуюся узнать, приглашена она как частное лицо или как исполнительница.
— Ты только посмотри, какой интересный образ. Когда в воздухе повисло слово «маскарад» все поголовно подумали про Венецию и Италию, но Юлия как всегда оригинальна. Она решила воскресить эпоху «бургундских мод», это платье с высоким поясом ей невероятно идёт, удлиняя её тонкую фигуру. А шляпка в форме конуса с белым тканевым шлейфом, она не кажется тебе импозантной сверх меры? — Анастасия буквально оттащила свою подругу от тёмного центра притяжения, продолжая выслушивать причитания про то, как другие не стареют.
Она любила Клариссу, но её патологическое желание вечной молодостипериодическипревращало энергичную и яркую женщину в истеричного ребёнка. Но была ещё одна причина, по которой вдова Константина Вревского не желала видеть Юлию Девил.
С её мужем неоднократно искали встречи представители финансовых и промышленных объединений, желая заполучить его в союзники. Это было неудивительно, Русэнерго владеет солидными активами во всех видах электрогенерации. Но ответ Константина оставался неизменен — он будет с Россией и все его действия направлены исключительно на благо родной страны, он не желает оказаться втянутым в бессмысленные для простых людей конфликты и распри.
После чудовищной катастрофы «Падишаха», едва Анастасии удалось преодолеть горе и взять все дела в свои руки, к ней пришла она, Юлия Девил, с предложением стать союзником Ред Фокс, Иден и Первого Общественного. Тёмная дива, исполнительница сатанинских песен и бог весть ещё кто произвела на неё сильное впечатление, редко происходят встречи со столь неоднозначными натурами. Если в начале разговора глава Русэнерго недоумевала и едва не открыто демонстрировала своё раздражение на столь бессмысленную беседу с пришедшей неизвестно зачем певицей, то спустя два часа она почти полностью оказалась во власти амбициозных планов о единой цивилизации, веры во всеобщее спасение человечества ценой незначительных жертв. Мисс Девил умела убеждать и вести за собой миллионы, всеобщее помешательство на её личности оказалось всё-таки её собственной заслугой, а не виртуозной пиар компанией. Живи она на несколько столетий раньше, стала бы подобной Екатерине, только не Романовой, а Медичи. Анастасия почти согласилась, но, вспомнив своего мужа, идеи, которым он был верен до конца, она отклонила предложение главы медийного конгломерата. И Юлия ничем не показала своего неудовольствия.
 
Скорее всего того факта, что Русэнерго не будет и против них, было достаточно для туманных планов данной троицы. Однако предложение оставалось открытым, и певица пообещала вернуться. В это невозможно было поверить, но прошло всего лишь десятилетие с момента, как мир в первый раз услышал новые звучные фамилии в названиях корпораций, а теперь послушно катился в указанном направлении. Анастасия Вревская не считала Дмитрия и Калису виновными во всех текущих проблемах экономики, экологии и безопасности, но она ненавидела их за жадное использование всех их в своих целях и опасалась даже их посла от мира массового искусства.
Оставив за спиной порфир и алый шёлк, струившийся с высоты восьми метров, женщины вошли в зелёный зал, царство малахита и серпентинита, с ленивыми бурыми медвежатами, сопевших вповалку у огромного резного камня камина, в котором полыхала целая сосна. Более бодрых зверушек гладили немногочисленные здесь гости, закармливая сладким. Взять на руки даже маленького медвежонка непростая задача, в связи с чем куда большим вниманием пользовались кошачьи всоседних залахи птицы в двух противоположных. Генетическая модификация позволяла использовать грозных хищников как милых домашних животных — собственный пушистый тигр или тигрёнок, если по каким-то причинам хочется уменьшенную копию или просто вечного котёнка. С птицами приходилось быть осторожнее, им клюв не вырвешь, но орёл вместо канарейки выглядел куда импозантней, а инстинкты сделали те же. Пёстрые шкуры, богатые перья, закруглённые когти, тупые зубы и повадки персидского кота или пекинеса, с какой-то стороны всё это выглядело карикатурой и насмешкой по отношению ко всем собравшимся гостям.
— Кларисса, посмотри какая прелесть, — к ним направилась жена хозяина одного из автомобильных гигантов с увлечённо чавкавшей маленькой пандой.
Но в этот момент с противоположного конца залы донеслось оживление, и относительно тихий покой медвежатника нарушила Юлия Девил с энненом, пантерой и поклонниками. Анастасия, взвесив в уме умильность медвежат и общество тёмной дивы, предпочла, извинившись перед Клариссой, уйти в следующий зал.
Её объял насыщенно яркий, как апельсин, коралл колонн и спокойный оранжевый парчи, расшитой золотыми райскими цветами. Здесь гостей не было совсем, чем пользовалась в своё удовольствие стайка лисят, шнырявшая между огромных подушек восточных диванов. Периодически сквозь оккорды оркестра во внутреннем дворе доносилось их весёлое тявканье, просто удивительно обрести континент спокойствия в центре празднества с таким количеством гостей. С другой стороны, учитывая размеры праздничной анфилады, Дмитрий Иден мог пригласить ещё тысячу ничего не значащих весельчаков. «Любители фуршетов», кажется, так в одной из публикаций один английский политик назвал всю современную верхушку.
Наслаждение спокойствием длилось не долго, Анастасия заметила на противоположном конце зала персонажа, куда более неприятного, чем хозяин дома и его подруга — Александр Македонский, или Д.Д. Строн, как знали его в частных беседах наивные мотыльки, прилетевшие на количество нулей обещанного гонорара. И это называется бал-маскарад, хорошо, что она вовремя его узнала. Как «посол» от Бильдербергского клуба, он неоднократно приходил к вдове Вревской, уговаривая, подкупая, а в конце угрожая, да так, что ей едва не пришлось вызывать охрану. Он представлял коалицию против союза корпораций Иден и Ред Фокс, но даром убеждения не владел вовсе или же просто не умел общаться с женщинами. Д. Д. Строн ещё не заметил Анастасию, но стоял в пол оборота к ней и словно кого-то ждал у противоположной арки входа, явно собираясь пересечь оранжевую залу.