Семнадцатая жена

День предстоял быть куда более долгим, чем задумывалось.
Девушка перевела взгляд на горы и тёмно-серое, цвета асфальта небо, спустя бесконечные три минуты задав новый вопрос:
— Они поднимут истребители и собьют нас?
— Я не удивлюсь, но они могут и дурачить нас. Мы же не знаем, действительно ли с нами разговаривал какой-то генерал, — Стефан глубоко вздохнул и замолчал.
Его профессия всегда предусматривала форс-мажорные обстоятельства, он всегда готовил себя к тому, что однажды может попасться, что его загонят в угол. Всегда держал при себе план для отступления и побега на случай непредвиденных обстоятельств, но теперь все его планы были бессмысленны, все убежища ненадёжны. Он оказался в дикой и безумной ситуации, и грозило ему нечто куда более худшее, чем тюремное заключение в какой-нибудь России. В голове яркой вспышкой мигнула, а затем вновь затеплилась и, наконец, зажглась и разгорелась интересная и внезапная мысль.
— Там нас будет сложно найти, — тихо ответил Стефан сам себе.
Мина недоумённо на него посмотрела. Вор хотел ей уже всё рассказать, но потом вспомнил про запись всех разговоров и видеонаблюдение, к которым наверняка имелся доступ в реальном времени.
— Просто доверься мне, — сказал новоиспечённый пилот и попытался как-то намекнуть девушке, что ей стоит ему поверить и по возможности подыграть, за ними следят и внимательно изучают.
Мина его поняла, подтвердив это смелой фразой, облачённой в трагические и фаталистические тона:
— Значит, садимся в Ивало.
И Стефан попытался аккуратно подкорректировать курс.
— Я была бы весьма рада увидеть отчёт, — по молодому женскому лицу пробежала холодная улыбка, наигранно-милый голос прозвучал требовательно, не терпя возражений.
— Для начала, доброе утро, мисс Свонсон, — но ему противостоял не менее твёрдый и жёсткий голос Отто Бёлера, управляющего объединённым штабом безопасности проекта «Стигматы», вальяжно полулежавшего в обширном кожаном кресле с высокой спинкой, скрестив руки на животе. Он не испытывал каких бы то ни было тёплых чувств к собеседнице, но сейчас ему хотелось с кем-то поговорить, пускай даже с изображением на мониторе.
— Доброе? Утро? С первым ещё можно согласиться — у всех разные градации добра. Но второе? — Чак Мэри Свонсон, а для Юлии Девил просто Чаки, менеджер тёмной дивы, подняла тонкие брови и отодвинулась от камеры компьютера, благодаря чему Бёлер смог увидеть её на мониторе в своём кабинете по пояс.
— Когда я встал, тогда и утро, мисс. Особенно, когда не видишь солнца.
— Хороший график работы в корпорации Иден. У вас случайно нет свободных вакансий? — Чак машинально поправила локон.
Зачем она это сделала, для Отто было загадкой, поскольку короткая стрижка менеджера всадника апокалипсиса с преобладающими иссиня-зелёными цветами являла собой эталон хаоса.
— Я поинтересуюсь в отделе кадров.
— Будьте добры, — округлое лицо мисс Свонсон вновь озарилось полярным днём улыбки.
— Для Вас мне это не составит труда, — грузный мужчина средних лет ответил ей взаимностью.
— Теперь надеюсь, я выполнила все необходимые формальности, соблюла ритуал вежливости и смогу увидеть документ? — спустя короткую паузу продолжила Чак, придвинувшись к монитору и сплетя пальцы рук.
— Конечно. Считайте, что говядина короля уже у Вас, — вытянутое и полное лицо Отто как всегда не выражало никаких эмоций, но синие глаза весело блеснули, и он, сделав несколько кликов мышкой, отправил требуемый файл, затем вернув руки в прежнее положение.
— Я Вам уже говорила, что следует читать меньше исторических романов? — менеджер Юлии Девил перевела взгляд в угол экрана, судя по всему, посмотрела на оповещение о пришедшем документе.
— Дайте подумать. Сегодня ещё нет, — Отто Бёлер внимательно следил за своей собеседницей, уже начавшей изучать присланные материалы. После минутного молчания, он вновь заговорил, — Как видите, они выбрались на поверхность и попытались убежать, угнав ваш самолёт. Нопоняв, что так легко им от нас не скрыться, попытались приземлиться за пределами какого-либо аэропорта и теперь, если живы, а связь с ними пропала, когда они были достаточно высоко над землёй, ковыляют по финской земле в сценическом реквизите Юлии Девил в направлении ближайшей деревни. Хотите знать моё мнение?
 
Чак Свонсон перестала бегать глазами по экрану и посмотрела на мужчину, её буро-зелёные, цвета жухлой, готовой облететь при первом порыве осеннего ветра, того самого, что сделал ей причёску, дубовой листвы глаза с интересом ждали продолжения риторического вопроса.
— Со стороны вашей службы охраны было весьма неразумно оставлять самолёт в Седьмой жене. Вы забываете о том, что, хотя у комплекса и есть легальное прикрытие, излишне частые визиты столь приметного транспортного средства вызывают вопросы. А теперь нам ещё разбираться с его падением на территории Европейского Союза и розыском этих двоих. Причём в момент, когда абсолютно всем, в том числе и нам, решительно не до этого: «Падишах» обеспечил всех работой на пару лет вперёд. Невозможно прикрываться эксцентричностью мисс Девил вечно.
— Пока, знаете ли, получается. Предоставьте всё Первому Общественному, — по непонятной причине отповедь со стороны управляющего штабом безопасности развеселила мисс Свонсон, — Асфодель в последнее время пытается начать вести двойную игру за нашими спинами, используя при этом наши же ресурсы. Мы пытаемся сузить круг контактов белой дамы, однако, Вы правы, получилось скверно. Следить за ней совершенно невозможно. Вам с Каем и его братцем проще. И кстати, как нашим двоим гостям удалось выбраться на поверхность к взлётной площадке? — глаза менеджера метнули зелёную молнию в сторону невозмутимого Отто.
— Брешь в охране Седьмой жены связана не с нами, а с любимой всеми Асфодель. Есть серьёзные подозрения, что Виктор Тошер, исполняющий обязанности смотрителя над стадом норвежских менторов, не знаю, как их правильнее назвать, помог Мине и её сообщнику сбежать. Этот полоумный, судя по всему, является «персонажем, жаждущим искупления». И лучше молчите о Кае. Данная тварь своими возможностями уже несколько раз перезагружала нам все системы. Появились даже жалобы из Сент-Идена.
— Даже? А можно подумать Вы так далеко от него находитесь, — Чак Свонсон сделала попытку рассмеяться, — И о сообщнике Мины, кто он?
— Не играет роли, один из участвовавших в проекте.
Менеджер Юлии Девил бросила лукавый взгляд на непроницаемого собеседника и пробежала пальцами по клавиатуре:
— У меня всё. Вам есть, что ещё добавить?
— Да. Это не указано в документе, поскольку проходит совсем по другой линии, но… — Отто Бёлер сел наиболее прямо за всё время разговора и, убрав луки с живота, положил их на подлокотники, — Сработала сигнализация широкого радиуса Первой жены. Причём нарушитель, скорее всего, уже покидал объект. Произошло это восемь часов назад. Если это возможно сопоставить со временем пропажи Асфодель, то мы имеем некоторое предположение. Вы, являясь заместителем Юлии Девил, думаю примете это к сведению.
Если бы мать Мины увидела сейчас свою любимую и единственную дочь, она бы прослезилась. Будучи женщиной, внимательно изучавшей все модные журналы Европы, она всегда воевала с мальчишеским гардеробом своей принцессы. Но спустя годы её советы, наконец, были услышаны: приталенное шерстяное платье цвета красного дерева, полусапожки на высокой шпильке, укороченное пальто с меховыми вставками и темно-серая широкополая шляпа с мягкими полями. Огорчал лишь тот факт, что данный гардероб Мина выбрала для прогулки по холмистой тундре на севере Финляндии, размоченной бесконечными осенними дождями, в кампании спутника, одетого точно также по-женски элегантно.
Подыграв Стефану в самолёте, Мина догадалась, что он хочет посадить самолёт где-то за пределами ближайших городов, но её очень интересовал способ, которым он собирался это сделать. Молодой человек, судя по всему, и сам не слишком хорошо представлял себе свой способ, однако прибегнул к нему. После череды манипуляций, сопровождавшихся тревожными системными сообщениями на весь дисплей-панель, он принудительно перезагрузил все бортовые системы, и вновь загрузиться им на самолёте, где не было даже штурвала, было уже не суждено. Кабина пилота разом потухла, двигатели отключились, и борт 1408 начал плавное падение в объятия скандинавской земли. Стефан предложил перейти в салон и пристегнуться к креслам, что и было расторопно-панически исполнено. Автономная система безопасности, заподозрив неладное, зафиксировала кресла в салоне, закрыла двери и опустила жалюзи на иллюминаторы. Беглецам оставалось лишь ожидать посадки в абсолютной тишине и темноте. Для Мины они были и внутренними — она ни о чём не думала, ни о мраморной деве, ни о родителях, ни о молитвах, которым её учили в пять лет. Она закрыла глаза и попыталась расслабиться в кресле.