Семнадцатая жена

***
Он очнулся от боли в ногах, словно ступни сдавливали испанским сапогом. Посмотрев на них, он увидел истёртые и рваные кроссовки, шнурки развязаны, языки вырваны, ногам слишком тесно. С раздражением он сорвал обувь с ног, сразу почувствовав облегчение, что не удивительно — кроссовки были на несколько размеров меньше. Полосатая футболка натянута до предела, треснув по швам, джинсы прилипли к коже, пуговица на поясе вырвана с куском материала. Под тканью вырисовывались очертания глянцевого журнала, врезавшегося в живот, край обложки выехал снизу из-под футболки. Руками он ощущал тепло песка, который в трёх метрах впереди слизывали ленивые и тихие волны. Солнце мягко светило с безоблачного неба, широкого и высокого.
— Ты согласен? — справа от Стефана на шезлонге сидела изящная брюнетка, в тёмных волосах которой переплетались несколько синих прядей, лёгкое бледно-сиреневое платье окутывало стройную фигуру. Она испытующе изучала вора любопытным, но надменным взглядом, словно считала ниже своего достоинства находиться здесь и общаться с ним, однако женское желание знать всё заставляло её слишком пристально сверлить собеседника синими глазами.
Стефан посмотрел вниз, на песке валялась визитка какой-то фармацевтической фирмы. Он хотел уже согласиться на предложение, которое наверняка было очень заманчивым, но тут шумный всплеск отвлёк его внимание. Он поднял голову и увидел маленькую девочку, с веснушчатым лицом и длинными рыжими волосами, она из чувства безмерной любви или любознательности хотела искупать в море котёнка, но бедное создание явно не хотело такой участи и пыталось вырваться. Мокрый и продрогший комок к своему счастью, наконец, выскользнул у неё из рук и, едва не утонув, жалобно мяукая, потрусил по песку. Девочка была возмущена таким пренебрежением и стала громко звать маму. Молодой человек внезапно вспомнил это девушку с синими прядями, вспомнил, на что и для кого он собирается согласиться. Он повернулся к милому молоденькому лицу и отрицательно покачал головой.
Улыбка сразу пропала с лица девушки, верхняя губа начала нервно дёргаться, кожа резко побелела, а волосы спутались между собой в один клубок, словно змеи у медузы Горгоны. Но самое страшное — глаза, синева стала отступать куда-то вглубь, а на поверхность радужки, словно из гнетущей бездны поднялся и наполнил всю глазницу, расплавленный жгущий янтарь, сверкнувший опаляющим пламенем.
***
Стефан резко поднялся на кровати, испуганным взглядом обшаривая пустоту светлой комнаты. Адреса он выкинул, а журнал так никогда и не прочёл, но девушка с золотыми глазами на глянцевой обложке бережно хранилась в коробке с личными вещами в его уголке на пыльном чердаке старого дома. Рыжий ноутбук он всё-таки доставил заказчику, а на следующий день прочитал в газетах о техногенной катастрофе в исследовательском центре, жертвой которой стали не только сотрудники центра, но и десятки жителей в соседних кварталах. Девушка же с синими прядями предлагала сделать грязную работу за будущую транснациональную корпорацию, Ред Фокс, и он на свою беду согласился. А Калиса… Калиса была всего лишь Калисой — умной, красивой и коварной, но от этого ещё более завлекающей, девушкой, странным фантомом просачивавшейся в жизнь Стефана и каждый раз изменявшей её.
Но янтарные глаза и безжалостное небо были всего лишь кошмаром, одним долгим и чудом прервавшимся кошмаром, ознаменовавшим пробуждение в ещё более жуткой реальности. В памяти всплыли все события прошедших дней, близость смерти, спасение, а потом заключение и жуткие ощущения, словно кто-то заглянул в самые тёмные уголки его души, выпотрошив их содержимое на свет. Голова немного гудела, во рту ощущалась сухость, создавалось ощущение, что прокутил где-то ночь напролёт, а теперь проснулся у ново обретённого знакомого. Вор ощупал и осмотрел себя. Он был чистым и вымытым, не ощущая на теле никаких следов от уколов или побоев, одет в тёмно-синие штаны и такую же рубашку, вроде тех, что носят больные в военных госпиталях, на ногах мягкие туфли-тапочки. По телу пробежала судорога. Стефан был в заключение у корпорации Иден, и то, что он до сих пор жив, несмотря на то, что из него уже получили всю информацию, свидетельствует явно не о том, что Дмитрий хочет получить почётную грамоту от Интерпола. Та странная тварь, она от него что-то хотела, может, он нужен именно ей, а не оружейному барону? Хотя, скорее всего она была частью одного большого кошмара, продолжительного бреда, вызванного наркотиком или препаратом, о котором говорил какой-то человек в чёрном хитине костюма в грязно-серой камере. Так что вполне возможно его действительно сдадут Интерполу для популяризации и демонстрации эффективности частной армии миллиардера.
 
Стефан опустил ноги с кровати, хотя куда больше она напоминала ложе в кабинете хирурга. Рядом с ней стоял небольшой стол, и пара стульев, у дальней стены до потолка поднимался пустой книжный шкаф. Бледно-голубые, словно полинявшие стены, были мягкими и тёплыми на ощупь, свет лился от квадратной лампы, вделанной в низкий, метра два с небольшим, потолок. Изучив скудную обстановку, вор встал с кровати и подошёл к двери, надавив на утопленную ручку. Она легко и бесшумно открылась, выпустив молодого человека в светлый коридор, с точно такой же отделкой и светом, вдоль стен, которого, тянулись редкие белёсые двери. Всюду царила идеальная чиста, мягкий свет расходился по полу неровными освещёнными кругами, воздух был свежим и пах озоном, словно только что прошла гроза, а в пространстве висела обволакивающая тишина, словно он оказался в другом измерении, где всё подчиняется своим неспешным законам. Стефан сделал несколько нерешительных шагов и остановился. Дверь за его спиной с тихим щелчком захлопнулась, он рванулся к ней, но она также легко открылась. Вор внимательно осмотрел комнату, из которой только что вышел, но она была такой же, как и полминуты назад, ничего не изменилось. Он потоптался в дверном проёме, потом обошёл комнату по периметру, заглядывая в каждый угол, за шкаф, под стол, пошарил для достоверности рукой под кроватью, но абсолютно ничего не нашёл. Ещё бы телевизор да холодильник и вылитая палата в хорошей больнице, не хватало только окна с видом на парк. Стефан прощупал тёмно-синюю робу, снял и помял в руках тапочки, но всё было совершенно обычным, никак скрытых блоков он не обнаружил. Конечно, они могли быть совсем небольшими, и в голове мелькнула мысль снять с себя одежду, но логика заставил отказаться от акта параноидального нудизма, во сне ему его хватило, сейчас он всё равно в полной власти корпорации Иден. Или нет?
Ещё раз обойдя комнату, но теперь в обратном направлении, молодой человек вернулся в коридор. Все двери были абсолютно идентичны, различаясь только чёрными буквами и цифрами на карточках: комната, из которой вышел Стефан, имела индекс С04. Осмотревшись по сторонам, вор пошёл по коридору, периодически дёргая за ручку то одну, то другую дверь. Но все они были заперты, более того, бледно-голубые стены шли под небольшим изгибом, и вскоре он вернулся туда, откуда пришёл — к индексу С04. Проверив комнату, он убедился, что она такая же как и была, а вокруг всё также царила абсолютная тишина. После чего принялся с всё нарастающей злостью проверять каждую дверь в коридоре, стуча по гладкому материалу рукой или ногой, с силой дёргая дверные ручки. Наконец одна поддалась, и молодой человек попал в комнату, точь-в-точь, как и его. Он вышел на середину и стал медленно обводить предметы глазами — шкаф, стол, стулья, кровать… девушка. Вжавшись в угол, на полу и равномерно раскачиваясь из стороны в сторону, что-то нечленораздельно бурча себе под нос, с закрытыми глазами сидела девушка с короткими каштановыми волосами. Видимо невысокого роста, сжавшись в комок, она казалась совсем ребёнком, испугавшимся монстра под кроватью.
Стефан замер в нерешительности и рассматривал её несколько минут, а девушка всё раскачивалась и раскачивалась, словно душевно больная или пребывающая в религиозном экстазе, читая мантру неизвестному богу. Аккуратно, словно она могла его укусить, он подошёл к ней, нагнулся и потряс за плечо. Девушка никак не отреагировала, лишь на мгновение задержалась в своём однообразном движении, но скоро вернувшись в прежнюю амплитуду. Вор прислушался к бормотанию, но смог разобрать лишь то, что она в чём-то виновата, но её простили, про чьего-то ребёнка и опасные поиски. В голове мелькнула мысль, что его заточили в частную психиатрическую больницу, но такая мысль была быстро отметена как лишённая смысла. Склонившись над ней, Стефан простоял ещё несколько минут покашлял, осмотрел комнату, такую же безжизненную, как и та, в которой он очнулся, после чего схватил девушку за плечи двумя руками и несколько раз с силой встряхнул, после чего рывком поставил на ноги.