Семнадцатая жена

— Да что такое… — Мина больно споткнулась обо что-то твёрдое, скрытое под заросшей травой кочкой. По опыту зная, что случайно вокруг таких мест ничего не валяется, девушка подцепила носком кроссовка край дёрна и попыталась расчистить твёрдый предмет. Под тонким слоем земли оказалась узкая металлическая балка, о продолжение которой споткнулся подоспевший Виктор. Теперь уже в глаза бросилось, что эта «кочка» тянется от развалин дома по заросшей просеке к крутому склону горы и параллельно ей тянется вторая такая «кочка».
— Рельсы. Здесь, наверное, была шахта. Хотя странно, я перевернула море книг и сайтов, но нигде не находила упоминания, что у нас здесь что-то когда-то добывали… — Мина стояла, задумавшись, провожая взглядом убегающие заросшие рельсы, потом медленно повернулась к Виктору, потиравшему ушибленные пальцы правой ноги, он не предусмотрительно надел сандалии на босу ногу, и вопросительно посмотрела на него.
— Отец перебирал старые документы, и на одной из папок я увидел копию старой карты местности, до постройки Лапласа и других мелких городков, когда здесь была только россыпь поместий. И там была обозначена заброшенная шахта где-то в этой долине. Называлась она «Первая жена». Здесь был шахтёрский посёлок, развалины, наверное, были складом добытого.
У Мины вызвало улыбку подобное название шахты:
— А что в ней добывали? Этого случаем на карте указано не было?
— Нет, я пробовал что-то найти об этой шахте в городском архиве Лапласа и сети, но глухо. Видимо, она была небольшой… — На последнем слове Виктор прикусил язык.
Нетрудно было заметить, какой взгляд бросила на него Мина. Он вёз её, чтобы поучаствовать в незабываемом приключении и объединить интересы, а теперь сам разрушил интригу. Притащить девушку в жару к шахте, от которой остался туннель в двадцать метров. Да, хороша же идея.
— Ну пойдём её поищем, — с этими словами Мина прогулочным шагом пошла по ещё угадывающейся в деревьях просеке. Парню ничего не оставалось, как удручённо поплестись следом.
Через десяток метров стали угадываться заросшие травой отвалы породы, вскоре за ветками показались и ворота, преграждавшие путь в шахту. И только подойдя к ним вплотную, молодые люди увидели, какие это были ворота. Зёв шахты около трёх метров в высоту и ширину, в обрамлении позеленевших каменных столбов со стёршимся рисунком, перекрывали массивные деревянные створки, некогда обшитые металлическими листами, которые теперь валялись где-то рядом, скрытые травой, или держались на паре болтов, сильно отогнутые, почти оторванные. Ворота, выгнутые наружу, видимо пытались сорвать, привязав трос к увесистому замку, большой ржавой шайбой выделявшемуся на них. Пусть это не удалось, зато дыру в самих воротах выломали достаточных размеров, чтоб туда мог спокойно пролезть человек. И даже что-то вытащить обратно.
— Выглядит многообещающе. — Парень обернулся к девушке, смерившей его холодным взглядом.
— Только если там не случилось обвала. Фонарики ты хоть взял? — Виктор вытащил из висевшей через плечо сумки два небольших фонарика и протянул один Мине.
— А ещё мельче найти не смог? — И чуть ли не с отвращением взяв фонарь, даже не взглянув на бедного парня, Мина первой полезла в щель в развороченных воротах шахты.
Внутри сразу окутало сыростью и затхлостью. Карманный фонарик выхватывал у темноты лишь небольшие куски пространства в нескольких метрах впереди себя, практически проигрывая обволакивающей пространство тьме. Мина осторожно двинулась вглубь тоннеля, стараясь отвоевать у темноты как можно больше информации о шахте. Через пару минут к ней подбежал Виктор.
— Не бегай и смотри под ноги, — Предостережение разошлось эхом по каменному заброшенному туннелю.
Мина вздрогнула, не ожидая, что шахта окажется таких размеров — отголоски эха стихли очень далеко. Молодые люди осторожно двинулись дальше, освещая пол и стены. Тоннель шёл прямо и вниз под небольшим углом, рельсы на земле прекрасно сохранились, свет фонарей периодически выхватывал из темноты опорные балки, сваленную у стены вагонетку или ещё какой металлический мусор.
 
Через сотню метров тоннель раздваивался, и парень с девушкой свернули направо. Направо повернули и у следующей развилки, но прошли недолго — это оказался тупик со спускавшимся вниз стволом шахты. От подъёмника, естественно, давно ничего не осталось. Мина опустила вниз луч фонаря, но не смогла ничего разузнать у темноты: ствол шахты уходил вертикально вниз, словно к сердцу земли. Девушка рассеянно пнула ногой небольшой камень, ругнув про себя бесполезные китайские карманные фонарики. Развернувшись на пятках, она уже пошла к внимательно изучавшему слегка обсыпавшуюся стену шахты парню, как её буквально оглушил всплеск откуда-то со дна уходившей вниз штольни. Мина замерла на месте и, ничего не ответив вопросительно посмотревшему на неё спутнику, осторожно вернулась к тёмному зёву. Второй камень полетел, подгоняемый секундной стрелкой часов. Выходило, что тоннель спускается вниз едва ли не на полсотни метров, но это невозможно — вокруг шахты просто не было столько породы.
— А какого года та карта? — Девушка повернулась к также подошедшему к краю Виктору, но тот вместо ответа лишь мотнул головой вверх, куда указывал луч его фонаря.
Там ничего не было. Совсем ничего, непроглядная пустота. Но там должен был быть потолок шахты. Вертикальная штольня не только уходила вниз на десятки метров и неизвестно куда ещё на затопленные уровни, но и поднималась так же высоко вверх.
— Гора не такая уж и большая, а вырыли гигантский термитник, — девушка улыбнулась фразе парня, термитник или муравейник были лучшим сравнением, учитывая протяжённость тоннелей, — не представляю, что здесь можно было добывать в таких масштабах.
Мина и Виктор медленно побрели назад и продолжили проверять все ответвления, но каждый коридор заканчивался или тупиком, или идущей из ниоткуда и спускавшейся в никуда штольней. Рельсы при этом заворачивали даже в самые короткие ответвления, словно нить Ариадны опутывая весь этаж шахты.
После нескольких часов безрезультатного осмотра молодые люди застыли у очередной вертикальной штольни, которой заканчивалась последняя осматриваемая на уровне галерея.
— Без моего снаряжения здесь делать больше нечего… — Но Мина сказала это без особого энтузиазма, она была раздосадована — в заброшенных домах всегда находились оригинальные трофеи, обломки прежних времён, старые вентиляционные шахты всегда куда-то выводили, а здесь была лишь абсолютная и давящая пустота. Тупик. И ничто живое не захотело тут закрепиться и избрать эти туннели своим домом. Шахта пребывала в каком-то удручающем безвременье, и сейчас хотелось только одного — поскорее выйти на палящее солнце. Совершенно новое чувство для человека, излазившего десятки пустых мест, но именно оно завладевало девушкой.
— И что ты опять там ковыряешь?
Виктор подпрыгнул на месте от резкого тона своей спутницы, но он и правда в очередной раз остановился у обсыпавшейся стены и внимательно её рассматривал.
— Не могли же просто так вырыть все эти тоннели — добыча чего-то ценного шла широким потоком. А тут получается не осталось нигде ни одной записи… — Парень хаотически поводил фонарём из стороны в сторону, высвечивая каждую опорную балку и, внезапно подорвавшись, в пару прыжков достиг дальней балки у противоположной стены и что-то подобрал.
Мина подошла к нему и увидела, что парень крутит в руках кусок белого камня — идеально отполированный с одной стороны и шершавый, явно сколотый с другой.
— Мрамор? Его разве добывают в шахтах? — Но сомнений быть не могло.
Мина благодаря своим приключениям неплохо знала использующиеся в отделке натуральные камни, и мрамор опознала без труда. А здесь был прекрасно-белый, не тронутый времени осколок. Словно только вчера его отполировали до идеальной гладкости. Вертя в руках странную находку, девушка, а следом за ней парень, в молчании пошли к выходу из шахты. В молчании проделали и подъём по тенистому склону, и крутой спуск на солнцепёке. Они остановились лишь у Ситроена, одновременно бросив взгляд на блестевший в вечернем солнце белый скелет постройки на холме и внимательно посмотрели друг на друга.