Семнадцатая жена

Дмитрий посмотрел на герцога, только сейчас заметив его. Миллиардер слегка сдвинул брови, больше ничем не выявив своё раздражения, сам англичанин начал жалеть, что благоразумно не скрылся заранее.
— И правда, у меня есть гости, но не герцогНорфолк, а репортёр Первого Общественного, — сказано это было ледяным тоном, Марк почувствовал на себе тяжесть каждого сказанного слова и приготовился к защите.
В нескольких метрах от беседующих, за нежно кремовой стеной коридора, отделанной под мрамор, вновь прошелестел лифт.
— Приношу извинения, что стал невольным свидетелем вашей беседы. Но с вами всё равно репортёр, завтра обо всём произошедшем уже напечатают в газетах, если не снимают сейчас для прямого эфира, — Говард решил поддержать светский тон беседы, — Но согласитесь, визит двух столь влиятельных людей выводит данный саммит на новый уровень.
— Хотя Вы неоднократно утверждали, что это пустая трата денег, «собрание любителей фуршетов», — Дмитрий переключился на Марка, возможно, надеясь, что разговор с Калисой на этом удастся завершить.
— И я счастлив, что ошибался. Ведь самое главное для всех нас, это процветание человечества. Не так ли, мисс Фокс?
— Безусловно. Хотя Дмитрий находится на противоположной стороне баррикад от Ред Фокс, нам необходимо делать шаги на встречу друг другу, — приторная улыбка зажгла жёлтые глаза хозяйки фармацевтического гиганта недобрым огоньком.
— Вся беда, что корпорацию Иден воспринимают слишком шаблонно. Мы не занимаемся исключительно технологией разрушения, значительная часть сил направлена и в мирное русло. Но и не стоит забывать, что на планете по-прежнему существуют группы людей, понимающих только язык силы, именно против них мы и направляем свои разработки в области вооружения.
Михаэль и Роберт стояли счастливыми, что ситуация нормализовалась, Марк был горд своей ролью миротворца и тем, что удалось уйти из-под удара. Одна Кристина была явно недовольна, что вместо сенсации она стала свидетельницей постного и пустого разговора о заверениях во взаимном уважении. За спиной Калисы раздался мелодичный звон и приглушённые голоса, створки лифта бесшумно разъехались, выпустив в коридор шумную толпу, возглавляемую Юлией Девил. В пурпурном экстравагантном платье со шлейфом, изящной шляпке с вуалью и длинным мундштуком из слоновой кости, дива возвращалась из ресторана в сопровождении поклонников.
Кристина сорвалась с места и, буквально вытащив оператора из-за всё ещё открытой двери апартаментов Дмитрия, с тихими, но злыми ругательствами заставив того включить выключенную несколько минут назад камеру. А Юлия, смеясь своим колючим смехом, отмахиваясь от комплиментов и лести поклонников, приближалась к застывшим в ожидании главам корпораций, секретарям и представителям организаторов. Лицо Роберта вытянулось в полтора раза, а Михаэль постарел на десять лет, ночь ожидалась куда более длинной. Марк отступил в сторону, давая дорогу шумной толпе, но певица не собиралась проходить мимо и, едва различив лица в ночномосвещении, ускорила шаг на встречу.
— Дима! Сколько я тебя не видела. Ты многое потерял, не прилетев в Париж на мой концерт в опере Гарнье, — подойдя к мужчине, Юлия окутала его ароматным облаком духов и дорогих сигарет, — Тебе ещё рано запираться в высоком небоскрёбе, хорошо хоть тебя на саммит вытащили.
— Я читал о нём, сколько случаев суицида на этот раз? — Дмитрий расплылся в искренней улыбке, повернувшись к новой собеседнице, тем самым задвинув Калису в угол беседы.
— Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. А смертей не очень много было, в основном на этапе подготовки, эта опера жуткое старьё, всё отовсюду сыпется и шатается. Так что рекорд прошлогоднего концерта в Амстердаме остаётся непобитым, — немного уставший насмешливый голос равномерно отпускал слова, Юлия откинула с глаз чёрную вуаль, открыв по-своему красивое лицо с белой как мел кожей и тёмно-зелёными как два заколдованных изумруда глазами.
— Меня, к сожалению, не отпустили в Париж дела, не представляешь, с какими пересадками я добрался до лайнера. Кстати, я смотрю у тебя платье из твоей новой коллекции? В этом сезоне пурпура ещё не было.
 
Не успела Юлия ответить на этот приятный каждый женщине вопрос, как о себе напомнила Калиса, не потерпевшая, что другая женщина забрала у неё всё внимание, не только её личного врага, но и всей не малой толпы, собравшейся в коридоре шестнадцатой палубы.
— Как я вижу, оружейник неплохо разбирается в женских тряпках. С чего бы это? Имеете тайное пристрастие? — в голосе чувствовался не ядовитый укус, а плотоядная зубастая челюсть, вцепившаяся в тело.
— Калиса, и Вы тут. И как всегда в белом, но к этому летнему платью это не комплимент. К тому же я его планировала с пояском, отсутствие аксессуара не делает это причастным к новой коллекции, — Юлия сделал яркий акцент на слове «это», окунув собеседницу в чан холодной воды до того, как Дмитрий успел придумать достойный ответ, — Вы, кстати, в честь чего здесь? Ночной визит вежливости к заклятому врагу?
Глупо предполагать, что Калиса выбирает одежду по принципу по принципу бренда, как любой занятый человек, она если и берёт что-либо в руки, то это непременно самое практичное и ничему не мешающее. Однако платье иправда оказалось от дома моды Девил, причём вышитая витиеватая буква «Д» на лацкане расстёгнутого пиджака Дмитрия говорила о том, что и он посетил фирменный бутик Юлии. Монополия на искусство такая же монополия, как и все прочие.
— Тут целая очередь вежливых визитёров, — Калиса небрежным жестом руки указала на явно не знавшую что делать свиту.
Её секретари и прислуга переминались, отмахиваясь от вульгарных замечаний поклонников Юлии, секретарь Дмитрия стоял в стороне с подавленными представителями организаторов. Марк, оказавшись в середине тайфуна, уповал на затишье, которое обычно царит в центре бушующих воздушных потоков.
— Тогда не буду мешать. Позвольте пройти, мой сьют в конце коридора. А это Дмитрий твой? Значит мы почти соседи, разместились через одни апартаменты? — дождавшись ещё более широкой улыбки и утвердительного наклона головы, дива нарочито подчеркнула свою радость, — Как удачно, заходи на чашечку глинтвейна. И у меня в холле стоит прекрасный рояль.
— А где же Ваш знаменитый электронный орган? — Калиса решила взять реванш за все колкости певицы, в особенности за поясок.
— В чемодан не влез, — дива небрежно махнула рукой, — Дмитрий, я тебя жду.
Юлия подмигнула оружейному барону и сделала знак поклонникам. Те, издав ликующий крик и уронив бутылку шампанского, двинулись нестройными рядами за своим идолом, едва не смяв всех остальных. Калиса жестом подозвала всё ещё бледного и нервничающего стюарда и спросила, где её сьют. Роберт, заметив короткий диалог и неприятно изменившееся лицо женщины, хотя казалось, не существует более испепеляющего взгляда, чем тот которым она смерила удаляющуюся диву, дёрнул за рукав Михаэля.
— Уважаемая, может, соизволите съехать палубой ниже? — слова, словно веер выпущенных ледяных осколков, достигли уходившую торжествующую Юлию, нанеся удар в спину.
Калиса с вызовом ухмылялась, стоя рядом с готовым упасть в обморок старшим стюардом. Дмитрий, провожавший взглядом певицу, резко повернулось к главе Ред Фокс и вопросительным взглядом додавил бедного парня в белом пиджаке. Дива остановилась и медленно обернулась, подняв мундштук вверх, так что сигарета стала дымиться, словно труба маленького парохода. Десяток пар глаз отыскал в толпе Михаэля и Роберта, усердно пытавшихся провалиться сквозь все палубы в машинное отделение, а лучше сразу на дно мирового океана.
— А мы все соседи? — Дмитрий высоко поднял брови, не сложно было сопоставить факты: раз Калиса с чемоданами здесь, то пустующее пространство между ним и Юлией отдано именно мисс Фокс.
— У нас возникли некоторые сложности, видите ли… — начал бессвязные оправдания Михаэль, панически осознавая, что его безупречная карьера и долгие годы службы оказалась на волоске от пропасти.