Семнадцатая жена
Annotation
Чем грозит прогулка по заброшенной шахте: упавшим на голову камнем или встречей с древним и неведомым? Чем грозит незаконное проникновение в штаб-квартиру корпорации: арестом или участием в интригах могущественнейших людей? Чем грозит попытка захвата мира: смертью миллионов или рок-концертом? Земля. Альтернативные события ближайших лет. Несколько человек из разных концов планеты волею случая оказываются втянуты в интриги трёх транснациональных корпораций. Каждая из которых может оказаться всего лишь пешкой.
Дион Страда
Часть I
Глава 1 Пожаловать в…
Глава 2 Венецианский монолит
Глава 3 Любовь к музыке
Глава 4 Последний рыцарь
Глава 5 Посторонним С
Глава 6 Мерлезонский балет
Глава 7 Опечатка в инструкции
Глава 8 Бог из машины
Глава 9 Тоннель без света
Часть II
Глава 10 Праздничная полночь
Глава 11 Вся королевская рать
Глава 12 Я подарю тебе эту звезду
Глава 13 Экспресс в зазеркалье
Глава 14 Паломница Второго Рима
Глава 15 Меньше паники
Глава 16 Человек в высокой башне
Глава 17 Тишина в сейфе
Глава 18 Абсолютный финал
notes
1
2
3
4
5
Дион Страда
Семнадцатая жена
Часть I
Глава 1 Пожаловать в…
***
Капли дождя неистово стучали по стеклу, отбивая частую дробь. Словно небесный резервуар прохудился и был готов обрушиться на маленький городок, и лишь поместье на холме, последний этаж которого тонул в клубящемся мраке туч, держало небо, подобно атланту из греческих мифов. Огромное здание, способное поспорить роскошью с дворцом восточного набоба, прорезало штормовую мглу парой красноватых огоньков из окон верхнего этажа. У подножия холма, как подобострастный раб перед господином, ютились утлые домики поселения, зажатые в долине между гор и морем.
Среднего роста немолодой мужчина, на лицо которого печатью легло пристрастие ко многим человеческим грехам, нервно вышагивал по толстому ковру в свете горевшего камина. Несколько раз он прерывал монотонное движение, подходил к окну, завешенному бархатной красной портьерой, и смотрел на город, раскинувшийся у его нескромного жилища.
— Ты хотел обмануть Нас, — слова, брошенные под вой ветра и шум дождя за окном, заставили хозяина поместья подпрыгнуть на месте и нервно осмотреться по сторонам.
В кресле, в дальнем углу комнаты, скрестив руки на груди, в свободном платье сидела девушка, цветом одеяния и кожи подобными белому мрамору. Её взгляд, до этого бесцельно блуждавший по стенам кабинета, теперь сверлил мужчину, боявшегося пошевелиться под тяжестью её изжелта-янтарных глаз.
— Я, я…. Всё совсем не так. Да, я виноват, но сейчас не время для этого. Чернь не остановит ни ночь, ни непогода. Скоро все будут здесь, и Вам нужно спасти всех нас, — голос дрожал, готовый в любой момент сорваться до истерики, дряблые руки, украшенные тяжёлыми перстнями, непрестанно сцеплялись и расцеплялись.
— Нам? Всех нас? Ты не выполнил своих обязательств, и время теперь всё равно потеряно, — холодный и жёсткий голос отчитывал приговор осуждённому на смерть.
— Выполнение этих обязательств и привело всё к тому, что мы имеем! Они были слишком сложными, а Вы хотели получить результат слишком быстро! — истерика мужчины выплеснулась наружу, но его собеседница продолжала сохранять спокойствие пирамид и озвучивать вердикт ничего не выражающим бесстрастным голосом:
— У тебя было много времени, но ты распорядился им недостаточно мудро. Нечто, конечно, закончено, и пока Нам этого хватит, но дальше ты бесполезен…
— Но толпа уничтожит всё!
— Нет. Она лишь отстрочит то, что неизбежно. Но Мы привыкли ждать. Ещё немного, и люди будут готовы завершить начатое.
Со двора донеслись крики людей, перекрывавшие шум проливного дождя. Спустя несколько минут поместье дрогнуло от ударов чего-то тяжёлого в парадные двери.
Мужчина бросился прочь из кабинета в тёмную галерею, а всё пространство вокруг него сотряс идущий отовсюду шёпот, более громкий, чем самый надрывный крик, — шёпот проклятия и слабый скрежет камня о камень. Тяжёлые двери внизу треснули и упали с петель, впустив в поместье непогоду и разъярённую толпу.
***
Мина со скучающим видом сидела на переднем пассажирском сидении проехавшего пару световых лет Ситроена, скользя взглядом по пробегающей за окном водной глади. Солнечные лучи играли на тягучих ярко-синих волнах, нехотя накатывающихся на каменистый берег, вдоль которого вилась дорога, зажатая между скалистыми уступами, спускавшихся к самому морю гор, и заливом. За рулём сидел Виктор и без умолку что-то рассказывал о местечковых достопримечательностях. Девушка попробовала включить радио, но на единственной вещавшей без помех радиостанции стартовал чарт никому неизвестных рок-исполнителей, начавшийся сумасбродными завываниями какой-то Юлии, сделавшими пребывание в тесном душном салоне ещё невыносимее.
Молодые люди познакомились полгода назад — Мина через заброшенную техническую шахту, или бог его знает для чего это было вообще построено, вылезла в небольшой грот у берега залива, перепугав одинокого собирателя ракушек. Они были одногодки, родились и прожили двадцать лет в Лапласе, несуразном городе на берегу моря.
С полвека назад один миллиардер, привлечённый красотой природы и амбициями, решил выстроить у берега моря город-казино, соединить Лас-Вегас и Монако, а получился Лаплас. Широкие проспекты, пальмы, роскошные фонтаны, высотные здания, за городом огромные виллы на гряде холмов, древний замок над водопадом — и всё это на берегу лучшего из морей на земле. Миниатюрный мегаполис, вобравший в себя самые необычные городские решения со всего мира. Однако окончание постройки города-мечты ознаменовалось самоубийством эксцентричного богача. Долгие разбирательства, делёж наследства между многочисленными родственниками и бывшими жёнами обнажил несуразный факт, что никаких конкретных документов или лицензий на открытие чего бы то ни было или продажу, сдачу в аренду в черте города не существовало. Город строился просто так, по сумасбродной прихоти и вложены в него были все средства миллиардера, причина самоубийства которого так и осталась тайной. Государство выкупило необъятный каприз за бесценок и теперь поддерживало в относительно опрятном состоянии, хотя дома стояли пустыми на две трети, широкие проспекты сильно потрескались, а от мэрии крупными кусками отставала штукатурка. Но, несмотря на это, люди жили в этом полупризрачном городе — те, кто его строил и проектировал и их потомки, получив в счёт оплаты квартиры с видом на море, кто работал в нескольких цехах по ремонту и постройке яхт, хватало и маргиналов, занявших заброшенные виллы на холмах.
Мина была внучкой архитектора, проектировавшего многие здания города-прихоти, а потом вошедшего в совет по поддержанию высоток в жилом состоянии. В детстве играла с пыльными макетами неосуществлённых проектов, а повзрослев пристрастилась к изучению уже построенного. Про таких как она говорят, что следовало родиться мальчишкой. Мина облазила все крыши в Лапласе, спускалась в подвалы и в недостроенное метро, изучила многочисленные технические ходы и туннели под городом, оставила свою фирменную роспись из баллончика с синей краской на всех заброшенных загородных виллах за высоким забором. Но город ей уже невыносимо наскучил — одни и те же лица, игрушечные небоскрёбы и пустые улицы. Ей хотелось увидеть пульсирующую, бьющую через край жизнь, а не вяло текущее амфорное существование в ветшающих декорациях.
Виктор же вырос в семье ботаника и флориста, его родители познакомились под занавес затухавшего проекта, и если бы все их планы реализовали, то Семирамида обозвала бы царя Вавилона мелочным скупцом. Виктор отучился три года в университете и теперь приехал на каникулы и практику в родной город, собирать материал для объёмистого и, как ему казалось, всеохватывающего труда по местным моллюскам. Он любил эти места и не собирался никуда уезжать. Разве что мечтал обзавестись уютным домом в одном из небольших городков в окружении Лапласа. В один из таких городков он и вёз сейчас свою спутницу, надеясь, что, наконец, нашёл место, способное объединить их интересы.