Клан. Человеческий фактор (СИ)
— В первую очередь ты — моя любимая жена, — назидательно произнес мужчина. Алена довольно улыбнулась и прижалась к его груди. — Не стоит тратить на это Силу, время и нервы, лучше потратим немного денег и наймем технаря, пусть пишет.
— Лекс дело говорит, — кивнула Кая.
— Да я и не возражаю, — ответила Алена. — Вот утром и займусь. Обычно на факультете каждая собака знает, кто этим занимается, поспрашиваю знакомых на строительном.
* * *Базовая реальность встретила Виктора и Киру серой предрассветной хмарью и обжигающе холодным снегом в лицо. Покинутый магами мир огней, скоростей, стекла и бетона как будто отторгал тех, кто посмел выйти за его пределы.
— Проклятие, а не погода, — проворчала девушка, выбираясь из "космолета" и зябко кутаясь в пуховичок, от которого уже успела отвыкнуть. — И исправить это гнусное обстоятельство может только чашечка хорошего кофе и горячая ванна.
Мужчина захлопнул дверцу автомобиля и обжег откровенно раздевающим взглядом.
— Кофе — сейчас, а что-нибудь погорячее придется отложить до вечера. В том числе и ванну.
— Как тебе не стыдно, совесть у тебя есть? — Кира вспыхнула и отвернулась.
— Никак не стыдно. А с совестью у меня мирный договор: она меня не грызет, а я ее не имею, — пожал плечами маг, обняв девушку за талию и направляясь в дом. — А вот призвать к совести Фила и мантикор следует в самое ближайшее время, если еще осталось, к чему взывать.
— Ты обещал не обижать их! — укоризненно напомнила новоиспеченная хозяйка мантикор, расстегивая в прихожей пуховик. — Лучше пойдем кофе пить. Да и мне переодеться нужно перед тем, как ехать в универ. По-моему, в кабинете я оставляла запасную чистую рубашку и джинсы.
— Времени мало, кое-кто не хотел возвращаться в базовую реальность, и мне его пришлось долго и весьма настойчиво уговаривать, — Виктор провел рукой по телу девушки вертикально вниз, от чего по ее коже пробежал теплый ветерок, а клетчатая рубашка и старенькие джинсы избавились от запаха костра и прочих следов загородного отдыха, приобрели свежий и вполне презентабельный вид. Пока зеленоглазка в удивлении разглядывала результат, маг проделал те же действия со своей одеждой, наскоро завязал галстук и накинул пиджак. — Ну вот и все, на бомжей вроде не похожи, в темпе пьем кофе и выезжаем. После учебы отправляйся к себе на квартиру и собирай вещи, переезжаешь сюда. Если нужна помощь, пришлю людей.
Оторопевшая Кира отрицательно замотала головой.
— Ты нормальный вообще? С какого перепою я должна переезжать?
— А в чем, собственно, проблема? Фактически ты и так уже живешь у меня. Тебе же будет удобнее перевезти вещи сюда.
— Но я привыкла там жить, там мой дом! А это твой дом, я всего лишь у тебя в гостях. И что я маме скажу? — растерялась девушка. К такому повороту событий она оказалась не готова.
— Там не твой дом, а съемная комнатушка, тот же гостиничный номер. И живешь ты в ней на птичьих правах, — Виктор безжалостно констатировал факты. — Если тебе так будет легче, можешь по-прежнему там числиться или сдать в субаренду кому-нибудь из своих знакомых. А что ты скажешь своей матери — твое личное дело. Можешь сказать все, как есть, можешь соврать, можешь персонально для нее создать иллюзию, делай, как считаешь нужным.
— А если я тебе надоем через месяц? Или разочарую своей учебой? — едва слышно спросила Кира, разглядывая ботинки. — Выгонишь, и прав будешь.
— Я, по-твоему, совершеннейший идиот или полный мерзавец? — маг бросил на собеседницу знакомый "лазерный" взгляд, от которого девушку передернуло. — Договор действителен три года, и таких действий, как выгнать тебя до истечения этого срока, оставить без помощи, защиты или крыши над головой он не предполагает, если ты сама его не нарушишь или не расторгнешь. Если у тебя найдутся разумные аргументы, выслушаю вечером, а сейчас спорить с тобой у меня нет ни времени, ни желания. Жить будешь со мной. Вопрос закрыт.
Девушка молча кивнула и торопливо засобиралась в универ — сессию никто не отменял. Маг во всем был прав, говорил разумные, справедливые и толковые вещи. Но эти правильные вещи почему-то казались горькими и гадкими, как водка с перцем.
* * *— Макарова, прием! — Маша пощелкала пальцами перед глазами ушедшей в себя подруги.
На появление перед лицом руки Кира среагировала инстинктивно — перехватила руку за запястье и вывернула кисть.
— Макарова, сучка крашенная, отпусти! — прошипела рыжая девчонка, пытаясь вырваться. — Что с тобой, ты под чем сегодня?
Только сейчас блондинка узнала подругу.
— А? Машка? — взгляд Киры, пустой и бессмысленный, медленно фокусировался, постепенно становясь осмысленным и живым. — Прости, я не хотела. Больно?
— Сломай уже ее к чертовой бабушке с интегралами непугаными, может, писать не смогу, больничный дадут.
Кира отпустила руку и виновато посмотрела на подругу. Каминская, морщась, потерла кисть, вздохнула и махнула рукой.
— Ладно, забей, не помру. С электротехникой поможешь — все прощу, я ж "звезды" от "треугольника" не отличу, но Крокодилу об этом знать не обязательно.
— Заметано, — согласилась зеленоглазая блондинка. — А помимо крокодиловой дисциплины чего хотела?
— Покурить, Макарова! И в столовку сбегать. Звонок давно прозвенел, чего троишь?
— Ну, пошли, — Кира поднялась из-за парты и слегка пошатнулась. Маша придержала подругу за талию и девушки вместе покинули аудиторию.
— Отдохнуть тебе надо, мать, — сделала вывод Маша. — Не доведут тебя до добра твои шабашки, совсем себя загнала, деканат в армейку загоняет гуманнее. Пусть бандит твой тебе поможет…
— Каминская! — резко оборвала Кира разошедшуюся подругу. — Ты берега-то не теряй, вторую руку сломаю, и уже вполне сознательно и заслуженно.
— Да ну тебя, — вздохнула Машка. — Баран ты твердолобый, а не женщина, я ж тебе добра желаю! Кстати, как у вас вообще дела обстоят?
— Дела у прокурора, у нас делишки, — неопределенно пожала плечами Кира. — Вот, потребовал, чтобы я к нему переехала.
— А ты? — ахнула Каминская.
— А что я? Сегодня буду вещи собирать, — бесстрастно сообщила блондинка, не отвлекаясь от поиска в карманах зажигалки.
— Здорово! — порадовалась Машка за подругу. — Только счастливой ты почему-то не выглядишь. Вы что, поцапались?
— Нет, все норм. Просто не готова к переезду. Но жизнь — не сессия, ко всему подготовиться невозможно.
— Он что, заставил тебя? — рыжая даже запнулась на ровном месте.
— Нет, сделал предложение, от которого невозможно отказаться, — ухмыльнулась Кира, придерживая Машу за локоть.
— Так ты с ним… уже? — карие глаза округлились, как кофейные блюдца. Кире даже стало смешно.
— Уже не раз, — после небольшой заминки ответила блондинка подруге. На лице ее при этом невольно расплылась довольная улыбка, глаза засверкали, на щечках разлился легкий румянец.
— Ну, судя по довольной роже, в горизонтальной плоскости у вас все сладилось, — хихикнула Маша. — Так чего ты ломаешься и носом крутишь, как препод, который взяток не берет? Дура ты, еще и дура наивная! Переезжать она не хочет! Ты же счастливый билет вытянула, единственный выученный из полсотни! Красивый, богатый, умный, крутой, на тачке возит, еще и в постели огонь… чего краснеешь, балда? А-а-а, понятно, он у тебя еще и первый, и по-ходу умеет с женщиной обращаться, не силой же он тебя загнул? Хотя, такой может. Но когда силой, рожа-то другая совсем, а твоей килограмм лимонов не поможет…
— Заткнись, Каминская, иначе пойдешь сама Крокодила на зачет разводить с пустой тетрадью! — пригрозила Кира, стукнув болтушку рюкзаком пониже спины. — Он точно оценит твой ораль… ораторский талант.
— Все, все, я поняла! Я рыба, я памятник, я мебель, я молчаливый конденсатор в электрической цепи безгласной!
— Памятник тут уже мне ставить нужно, за мужество и выдержку, — вздохнула Кира. — Ни разу за полтора года заклинание немоты на одну пустомелю не наложила. — Последнее девушка произнесла уже мысленно.