За кадром (СИ)

В этот момент в кармане у Каулитца завибрировал смартфон. Вызов был настолько неожиданным, что Билл вздрогнул.
– Алло, – парень сделал извинительный жест рукой, давая понять Тому, что разговор они еще продолжат.
– Билл, здравствуйте, – в телефоне раздался мужской голос, – это Дирк, частный детектив.
  
– Да, Дирк.
– Мне удалось кое-что узнать про вашего мнимого голландца… Дело в том, что камеры наблюдения засекли номер машины, на которой он выслеживал вас до ресторана… Автомобиль зарегистрирован на Рудольфа Пауля Штанге. Вам знакомо это имя?..
– Знакомо, Дирк… Знаете, мне сейчас неудобно всё вам объяснять… Но в расследовании больше нет надобности. Всё выяснилось… Это был… дружеский розыгрыш. Позвоните завтра Йосту, с гонораром мы всё решим.
Закончив разговаривать, Билл повернулся к Тому. Тот, словно побитый щенок, сидел на краешке стула и ждал окончания разговора.
– Вот, скажи мне… А почему ты мне всё это не рассказал сразу… Мы с тобой провели всё утро. Зачем надо было так секретничать?
– Во-первых, это сразу так и не сделаешь… Поставь себя моё место. Как так можно обо всем об этом рассказать?.. Во-вторых, я хотел тебе вечером все поведать, после того, как рисунок бы тебе подарил…
– Какой рисунок?
– Помнишь, ты про белые листочки спрашивал… Я всем подставным актерам на кастинге рисовал шаржи… Смешные… Ну, чтоб весело было… А тебе я рисунок не отдал, потому что…
Том протянул руку к какой-то папке на столе, достал белый холст из альбома и протянул Биллу. Парень увидел себя, свои глаза, свои скулы, свои волосы, свою улыбку… Красиво. С этим невозможно было спорить. Подумалось, что таким красивым его никто еще никогда не видел. Внизу, под рисунком, мелким почерком была выведена аккуратная надпись: “Мой вездесущий призрак”.
– Это тебе… Теперь ты знаешь всё… И если можешь, прости меня… Всё, что я сделал, я сделал только потому…
– Заткнись!
– Что?!
– Я говорю, заткнись… Сейчас я скажу кое-что важное… Запоминай, – вставший со стула Билл четко и медленно произносил слова, так чтобы собеседник не переспрашивал, – я сплю только справа. На завтрак ем только овощи и йогурт. Я терпеть не могу, когда ко мне относятся со снисхождением, поэтому когда будем репетировать и снимать кино, будешь заниматься со мной как с актером, а не как с бойфрендом, понятно? И еще… Я не хочу, чтобы между нами была недоговоренность или какая-нибудь неправда, поэтому…
– Я больше тебе ни в чем не врал… Честно!
– Спокойно! Я тебе врал…
– Ээээммм…
– Нет у меня никакого психосексуального расстройства. Это мы с Эрикой придумали, чтобы тебя заинтересовать, и чтобы от противного Фрица избавиться… Если бы ты с самого начала сказал, что влюбленный художник – это ты… Да еще и в меня влюбленный… Ххе… То я бы и не парился…
–Так… мы вместе?
– Том, ты дурак?.. Я кому сейчас про свои привычки рассказываю?..
– О, боже! – режиссер упал в ноги к Биллу и обхватил его колени руками, – Люблю тебя, люблю…
– Дурак, – Билл прижал голову Тома руками к своему торсу, – я тебя тоже люблю… Зови своих оруженосцев, мириться будем…
– Кхмм… Ну, как бы мы уже здесь, – из темноты появились две фигуры, Фриц, в отличие от липового голландца, выглядел виноватым, – ну, извини, Билл, если бы ты выцарапал глаза Тому, мы бы остались без работы. Мы же не могли так рисковать...