За кадром (СИ)

– Нет, не хотелось бы… Просто поверить сложно… И как мы теперь?
Вопрос Биллу не понравился. Он, конечно, не рассчитывал, что Трюмпер бросится поутру к его ногам с признаниями в любви, но и не ждал, что тот будет всё усложнять. Зачем вообще после первой ночи задавать какие-либо вопросы. Им было хорошо вместе, они получили удовольствие, если не начинать всё расставлять по полкам, то у них есть шанс получить его еще раз. А потом, если повезет, могут сложиться отношения… Или если не повезет. Это с какой стороны посмотреть.
  
– Как мы что?
– Нуу… как бы… Ты это уже понял?.. Мы с тобой совместимы?
– В каком смысле?
– Ну, тебе понравилось… со мной?
– О, да, ты был прекрасен, мой тигр, – в подтверждение своих слов Билл впился поцелуем в губы Трюмпера, – но теперь я должен тебе отплатить добром… Или отомстить… А, неважно… Короче, теперь моя очередь быть сверху…
– Значит… ты не собираешься ложиться в больницу? – Том широко улыбнулся и приподнялся на локте.
– Эээээ… В больницу? Почему я должен ложиться в больницу?.. Том, ты меня пугаешь?
– Ну, как же… Ты же сам рассказывал про пансексуальность, психосексуальное расстройство, ну и… Если ты… если мы… совместимы… То, может…
“Твою же мать!” – Билл не сдержался и хлопнул себя ладонью по лбу, – “Как же я мог забыть про всю эту чушь… И как теперь себя с ним вести?.. Интересно, а на что он сам надеется?.. И какой доверчивый, в самом деле…”
– А… ты про это, – в постели надо полагаться на вдохновение, вспомнил Билл правило дон-жуанов всех времен и народов, – дело в том, что я не могу сам себя контролировать… Больница мне пока не светит. Я же не могу себя сам заставить в неё лечь… Так что, если ты не против, пока можем потрахаться всласть… А потом уже что-нибудь придумаем…
– Эммм… А обязательно потом что-нибудь придумывать?..
Сомнение в вопросе Биллу, скорее, понравилось. По крайне мере, если бы Трюмпер просто согласился с его предложением, было бы неприятно. А то, что он не просто хочет его трахать без последствий, а вроде как рассчитывает на какое-то продолжение (понять бы на какое), вселяло в парня надежду. Понять бы, на что.
– Нууу… Я не знаю… Тебе виднее. Я сейчас в не самом адекватном состоянии, сам понимаешь… Могу только предупредить, захочешь от меня сбежать, буду тебя преследовать и добиваться. Понимаю, тебе это, наверное, не очень приятно слышать, ты человек солидный, режиссер и всё такое, но…
– А если тебя еще… это…
– Что еще?
– Ну, если кто-нибудь тебя еще, кроме меня, поцелует… Ты уже будешь добиваться его?..
– Не знаю… Не пробовал. А что?.. К чему этот вопрос?
– Просто… Если это так, то мне надо как-то сделать так, чтобы… Ну, как-то оградить тебя… Чтобы никто к тебе больше не подошел, – Том густо покраснел.
Билл почему-то заволновался. Стал глубже дышать, сердце забилось сильнее. Внезапно он почувствовал, что должно произойти что-то очень хорошее… Балагурить и прикалываться совсем больше не хотелось.
– А… ты бы... Действительно, хочешь… чтобы я был с тобой?
“Если он сейчас начнет уходить от ответа или мяться, то значит надо с этим завязывать. Хватит с нас игр, переведем отношения в рабочие, снимусь у него в кино и превращу его в еще одно приятное воспоминание…”
– Нет. Я не хочу…
“Вот тебе раз… И кто сказал, что искренность, всегда лучше чем неискренность… Совсем не лучше. Как-то неприятно даже… Мог бы и соврать из деликатности”
– Я не хочу, – зачем-то повторил Том, – Я очень хочу этого. Желаю. Мечтаю. Жажду… Выбери любое слово.
– Эээммм…
– Я люблю тебя, Билл. И хочу, чтобы ты всегда был со мной… До тех пор, пока смерть не разлучит нас… Как бы пошло это ни звучало.
XI
– Ты меня… любишь? – Биллу вдруг показалось, что Том просто подслушал его мысли, а теперь жестоко и неостроумно над ним прикалывается, – Эммм… Разве мы знакомы не меньше недели?..
– Для тебя имеет значение, как долго мы знакомы?.. Если дело только в этом, то я могу подождать столько, сколько тебе будет нужно…
Действительно, вопрос был глупым. Было сложно с этим не согласиться. Билл уставился в глаза Трюмпера, словно пытаясь разглядеть в них подвох. Однако Том такого пристального внимания не испугался. Не разрывая зрительный контакт, он приблизил свое лицо к лицу Билла. Парню вдруг показалось, что он сейчас утонет в этой бездне, словно за карей оболочкой притаился волшебный магнит, притягивающий к себе глупых мальчиков, имевших неосторожность услышать признание в любви.
Но тигр внезапно начал превращаться в испуганного котёнка, Билл кожей почувствовал, как делает больно Тому, только тем, что ничего не делает. Тусклой вспышкой в мозгу мелькнула неуместная параллель – они, как герои фильма, который собираются снимать. Билл тряхнул головой, аналогия ему не понравилась. Он легко переносил печальные финалы в кино, но терпеть не мог их в реальной жизни. Пока резервуар с счастьем не иссяк, он не будет делать больно. Ни себе, ни другому. Просто нужно уметь всё не усложнять. А он это умеет…
Билл сделал резкий рывок. Навалившись на Тома, опрокинув его на спину, он впился в него поцелуем. Ответная волна не заставила себя ждать. Он почувствовал, как горячие руки Трюмпера нашли его ягодицы и нежно их сжали. Ну, нет, Томми… Сегодня всё будет по-другому.
Это было какое-то сумасшествие… Им не нужно было друг друга спрашивать и уговаривать. Всё происходило само собой, как по заранее написанной партитуре. Том слушался его рук, как кусок мягкой глины в руках художника.
Заморачиваться с презервативом не хотелось, здравый смысл потерялся где-то на задворках. Нанеся смазку на пальцы, Каулитц попытался быстро растянуть Тома. Плоть подавалась тяжело. Видимо, Трюмпер очень давно не был в пассивной роли. Но остановиться Билл уже не мог. Закинув ноги Тома себе на плечи, он осторожно ввел в него член. Раздался стон на всю комнату, парень понял, что перестарался…
– Больно?.. Боже… Том, прости, я сейчас…
– Продолжай! – почти выкрикнул режиссер, сжимая зубы, – Иначе я тебя убью…
Наверное, режиссерская тигриная природа оказалась сильнее кошачьей. Билл не осмелился ослушаться, и начал делать медленные, осторожные движения. Всё это время его глаза были прикованы к глазам Тома, через них он получал и разделял с ним его боль.
Темп постепенно увеличивался. Рукой Билл сначала поглаживал внутренние стороны бедер партнера, подобно тому, как тот ночью делал ему, а потом начал стимулировать ему член, медленно и нежно, стараясь не опрокинуть его в агонию оргазма раньше времени. Боль отступала, Билл это видел.