Сирень (ЛП)

Где-то около часа ночи она, наконец, показала свое лицо. Я поймал ее, когда она пробиралась на кухню, и прижал к холодильнику.
— Получила удовольствие от этого дня? — прошептал я ей, положив руки ей на бедра. Не хотел рисковать, разбудив Лорена и Рика. Я был готов разделить ее с ними в любое другое время и на всю оставшуюся жизнь, но мне нужно было сделать это в одиночку.
— Ага. Было на что посмотреть, — ее нос сморщился, когда она нахмурилась. — Не уверена, что успею посмотреть все до того, как мы отправимся дальше.
— Никто никогда не видит весь город за один визит, — заверил я ее. — Это лишь дает тебе повод вернуться.
Она лучезарно улыбнулась мне, прижимая к груди стакан с теплым молоком. Думаю, я был не единственным, у кого были проблемы со сном.
— Это правда. Кроме того, в следующий раз я снова буду обычной Брэкстон Фаун, и мне не нужно будет маскироваться.
Мне не нравилось слышать, как она строит планы покинуть нас, поэтому я проигнорировал неизбежное ради другой правды:
— Ты никогда не была обычной. Ты осветила вселенную, и именно так мы нашли тебя.
— Красивые слова, Морроу, но ты не нашел меня. Они нашла меня.
Мои губы искривились в усмешке, когда мои руки скользнули от ее бедер к обтянутой трусиками заднице:
— Семантика.
Она мягко улыбнулась:
— Спокойной ночи, Хьюстон.
Как только она попыталась вырваться, мои губы нашли ее. Я взял стакан из ее рук и поставил его на холодильник, прежде чем углубить поцелуй. Как и каждый раз, когда мы целовались, Брэкстон следовала за мной, уступая и позволяя мне брать столько, сколько я хотел. Она была податливой, когда хотела, и только тогда, когда это имело значение.
— Позволь мне остаться с тобой на ночь, — сказал я, когда наконец отстранился.
Она пристально посмотрела на меня, размышляя, доверять мне или нет.
— Я не знаю, что происходит, — прошептала она так тихо, что я едва мог разобрать ее слова, несмотря на то, как близко мы стояли, — но что бы это ни было, я бы хотела не торопиться, — она вдруг насторожилась, ожидая моего ответа.
Кивнув, я сделал шаг назад:
— Хорошо.
Схватив ее стакан с холодильника, я протянул его ей, прежде чем повернуться, чтобы уйти. Когда она схватила меня за руку, чтобы удержать, я остановился.
— Никакого секса, — предупредила она.
Я не понимал, пока она не отвела меня в свою комнату и не уложила в свою постель, чтобы проспать в моих объятиях до наступления утра.
СОРОК ТРИ
Не могу вспомнить, когда в последний раз так крепко спала. Определенно, не в последние два месяца. Когда я неохотно пришла в себя, теплое тело подо мной стало первым признаком того, что я не одна. Вторым был утренний стояк, тычущийся мне в живот.
Кровать королевского размера с ортопедическим матрасом, а я предпочла спать на груди, твердой, как кирпич.
Когда мои глаза наконец решились открыться, последним человеком, которого я ожидала увидеть, был Хьюстон. Я знала, что это был он, потому что самым первым узнала его сосок.
Все нахлынуло на меня волной.
Погоня, в которую я отправила их вчера, и Хьюстон, пробирающийся в мою постель. Я была безумно благодарна, что сдержала свое слово и не занялась с ним сексом. Однако мои мотивы были не совсем чисты. Как и у меня, у него были проблемы со сном, и я решила, что вместе у нас будет больше шансов, чем порознь. Я ненавидела себя за то, что оказалась права, потому что это усложняло чувства, которые и без того были сложными.
Я любовалась фантастическим видом на Нью-Йорк, открывавшимся с высоты двадцати девяти этажей, когда почувствовала, как рука Хьюстона обхватила мой затылок. Я и не подозревала, что он не спал все то время, пока я размышляла. Тем не менее, я позволила ему отвлечь мое внимание от панорамных окон и целовать меня до тех пор, пока я полностью не проснусь.
Никогда не думала, что Хьюстон Морроу когда-нибудь заставит меня парить, но, увы, так и было. Мне лишь было интересно, как скоро я рухну вниз.
 
— Доброе утро, — прошептал он мне в губы. На сцене у Хьюстона был такой голос, который менял устройство вашей души. Он изменял вас. Однако в постели, огрубевший ото сна, он производил совсем другой эффект. Из тех, что заставляют тебя делать то, чего, как ты знаешь, делать не следует.
— Привет.
Он смотрел мне в глаза в течение одного долгого, затаившего дыхание мгновения, и я могла сказать, что что-то важное было у него на уме. Он недолго держал меня в напряжении, и когда он, наконец, произнес слова, которые я никогда не думала услышать, я была рада, что уже лежала и не могла упасть:
— Мне жаль, Брэкстон.
— За что? — мне было все равно, насколько слабыми из-за него были мои колени. Я отплатила ему тем же, не облегчая ему то, чего он надеялся достичь.
— За то, что не осознал, что имел, пока не стало слишком поздно.
Я не отреагировала в основном из-за замешательства. Я стала его гитаристкой, а он сделал меня своим врагом. Он никогда не давал мне ни шанса стать кем-то другим.
— Я бы хотел начать все сначала, — предложил он, когда я решила промолчать.
Нахмурившись, я почувствовала, как учащенно забилось мое сердце, и немного приподнялась. Я больше не могла выносить этого напряжения. Я должна была знать, что они замышляют, и я хотела получить ответ в простых словах. Они ходили вокруг да около, делали намеки, но никогда в такой обстановке или таким способом, к которому я могла бы отнестись не скептически.
— Что происходит, Хьюстон?
Его взгляд был суровым, когда он встретился со мной взглядом:
— Ты и так знаешь, что происходит, Брэкстон Франческа.
Мне не следовало называть им свое второе имя.
Холод в моем голосе не был фальшивым, когда я заговорила. Я тоже могла быть суровой:
— На самом деле, я не знаю. Почему бы тебе не объяснить мне это по буквам?
Я вскрикнула, когда меня внезапно швырнули на спину. Теперь Хьюстон был надо мной, прижимая меня своим весом. Он убедился, что я не смогу убежать от разговора, пока он не будет готов мне позволить.
— Я хочу тебя, — сказал он так легко, как будто мы не провели последние шесть месяцев в ссоре.
— Ты получил меня, — может, я и не получила достаточно, но я была уверена, что он насытился. Это касается и Лорена, и Рика тоже. Даже учитывая мое прошлое, я не могла поверить, что трахнула их всех троих.
Внезапно я услышала сердитые голоса, призывающие меня покаяться.
Хьюстон прищурился, глядя на меня сверху вниз:
— Почему мне кажется, что ты намеренно неправильно понимаешь все, что я говорю? — в его тоне я услышала предупреждение не давить на него. Естественно, это означало, что ни одна из его кнопок не была в безопасности.
— Потому что ты все еще ходишь вокруг да около, и до тебя мое терпение никогда не было таким истощенным.
Хьюстон моргнул, глядя на меня, прежде чем застонать и уткнуться лицом мне в шею.
— Я это заслужил, — пробормотал он, как будто это было предметом обсуждения. Некоторое время мы лежали, прислушиваясь к дыханию друг друга, прежде чем он снова заговорил. — Я никогда не делал этого раньше.
— Не делал что?
— Не просил девушку быть со мной.
Я уставилась в потолок, притворяясь, что мое сердце не пропустило ни одного удара. Хьюстон слишком привык к тому, что все исполняют его желания. Я не стану еще одним блюдом на его тарелке:
— Плак-плак.
Его голова оторвалась от моей шеи, и когда наши взгляды встретились, я погрузилась в теплый и манящий аромат ванили. В третий раз меня охватила эмоция, которую я не могла определить. Первая была с Лореном, затем с Риком и, наконец, с Хьюстоном. Он никогда не выглядел таким уязвимым. По крайней мере, за то время, что я его знала. Он снова опустил голову и я встретила его на полпути. На этот раз, когда мы поцеловались, это была встреча разбитых душ, каждая из которых надеялась, что наши осколки сойдутся во что-то целое.